Чтение онлайн

– Так может лампочек туда насовать?

– Мы не в двадцать первом веке, Оленька! Озона с Авито здесь нет... Будем смотреть тем, что есть, и не возбуждать систему «двенашки» резкими изменениями окружающих условий.

– Поняла. Выполняю?

– Выполняй!

И как тут быть без Судоплатова? И все-то ему интересно! И во все он сует свой нос. А что? Да, как? Да, почему? Пришлось сделать морду кирпичом и предложить ему решить узкоспециальные задачи самому. Паша попыхтел-попыхтел от возмущения, но таки отвалил.

Зато нарисовался, правда по радио, Жуков. И вопросы все те же! А что? Да, как? Да, почему? Да, танковым батальоном на Змея Горыныча напасть! Да, сейчас роту штрафников пришлю они его на портянки порвут! Но дай результат, полковник Никитин, а то станешь лейтенантом. На что я только усмехнулся. Полковнику Никитину, т.е. мне, нажать «Escape»и свалить вместе с капитаном Усатовой в двадцать первый век - это, как Георгию Константинычу два пальца с перепою мимо. Не он утверждал наши звания. И даже то, что сам Сталин их утверждал значение не имело! Для нас с Олей имело значение, что приказ об их присвоении подписал сам Путин. Да, в подтверждение инициативы Ставки ВГК, но таки - Путин!!! Для меня лично это было более весомым. Для Оли, скорее всего тоже, но она «продукт» как раз этого времени и, вполне возможно, слово Сталина ей милее, нежели путинское. Впрочем, изначально для нее, что тот, что другой - одна ягода-малина. Это в глухой белорусской деревне-то в течение двадцати лет-то... Ага...

В общем, Георгию Константиновичу было обещано к пиву вяленое мясо Змея Горыныча и его же, Горыныча в смысле, шкуру на стену его, уже Жукова, кабинета в его же, Жукова же, московской квартире. Но обещать - это не значит сделать. Объективные обстоятельства, то да сё, всяко бывает на войне... Отвертимся! Главное, что Жуков таки от меня отстал, нагавкав, правда, с три короба кар небесных и пендаля впридачу.

Дрон, тем временем, вновь залетел в пещеру. Так же плавненько, так же уютненько. Аки кошка. Да, кошки не летают, но грация это не только на четырех лапках, но и на четырех пропеллерах. Которые поднесли камеры квадрокоптера снова к корпусу «Двенашки».

Дрон завис у фонаря кабины. В ней померцивали огоньки и я пытался угадать, что же за системы были активированы. Сразу распознал сигнал отсутствия топлива, критические уровни масла и охлаждающей жидкости. Т.е. «Двенашка» обездвижена конкретно. Любопытно, что аккумуляторы так и не сели за много столетий, чем обязательно надо будет порадовать наших технарей. Энергии в них, в аккумуляторах в смысле, а не в технарях, почти наверняка хватит на подрыв-самоуничтожение «Двенашки». Я знаю, что для активации ликвидационных взрывателей много-то и не надо. Это было опасно. Но кто не рискует, тот не угощает Жукова мясом вяленого Змея Горыныча. Хотя... Ему и так-то не обломится, да... Пусть и не мечтает... Или мечтает, но не более того!

– Оля! Аккуратно осматривай вокруг... Остановилась на точке, приблизь, сфоткай, сними видео.

– Поняла. Выполняю.

Сам я был тут же и на дисплее планшета смотрел на тоже самое, что видела Оля. Судоплатов тоже хотел, но был рыкнут и отлучен. Пусть не мешается. Все потом расскажем и покажем! А Оля явно что-то заметила...

– Виталя, смотри!

– Хм... На перчатку похоже.

– Она и есть!

– Фиксируй!

– Уже!

Дрон простер свой «взгляд» дальше и из темноты показался точно так же, как и сам вертолет, запыленный шлем пилота. А в нем... Да, в нем была голова и именно мумии.

Разумеется в ней не угадывались черты Десятова, который при всей своей гнилой сущности так и не стух окончательно. Но предполагать, что это был именно он, мы могли вполне.

Оля увеличила кратность зума. Усилила подсветку. На экране показались плечи мумии, явно лежащей на боку, затем грудь ее и на груди была табличка. Она оказалась частично скрытой за складкой материала комбинезона, но то, что было хорошо различимо, так это «...ятов». Теперь сомнений в том, что это была мумия именно Антона Десятова, сиречь Тотоши, у нас с Олей не было.

– Осмотри как он лежит, зафиксируй. Потом осмотри все вокруг и с другой стороны машины.

– Поняла. Выполняю...

Спустя десяток минут Оля доложила, что все доступное осмотрено и зафиксировано. Произведена съемка расположение обнаруженных предметов, в т.ч. под слоем пыли и неподалеку от тотошиной мумии угадывались контуры автомата ППК-20 [3]. Вот была бы проблема для Красной Армии доберись до него немецкая разведгруппа... Впрочем, тут все было бы проблема. Разве что, кроме уже расстрелянных ранее ракет. Но пушки и их боеприпасы, особенно 30-миллиметровые - те еще штучки.

Вот со всей этой информацией я и связался вечером со своим командиром...

***

– Ким Никитину!

– На связи, Виталий! Докладывай!

– Для начала тебе приветствия от Павла Анатолича. Он тут рядом.

– О, как! Польщен! Спасибо! Ему в ответочку!

– И по тому же месту?

– Да, по голове... Что?!!! А х тыж, юморист, мля!!!

Судоплатов, слушая наш с Ромой разговор, в этот момент попросту заржал! Он прекрасно знал, что за словом я в карман не полезу и откровенно получал удовольствие от того, как я же подловил своего непосредственного командира. Да, Паша знал, что мы с Ромой дружим чисто по человечески и вне службы.

– Ладно, больше не буду, не буду!!!
– смеясь тоже ответил я. И начла доклад о находке. И после того, как он был закончен, рома первым делом спросил мол предложения есть? Как не быть-то?!!!

– Да. Оля предложила уничтожить мумию Десятова кислотой.

– Э-э-э... Не улавливаю логику...

– И кто только тебе полковника-то присвоил, Рома?! Раз таких простых веще не знаешь!

– Ты полегче там...

– Окейно! Нет тела - нет дела! Слышал такое выражение?

– Ты хочешь сказать, что система «двенашки» потеряет охраняемый объект и выйдет из режима охраны?

– Именно!!!

– Ну... Надо посоветоваться со Штентлером...

– Посоветуйся. А мы пока спаиньки и баиньки. А то за день мы устали очень, скажем всем спокойной ночи...

– Давай дрыхни, Хрюша, блин! Утром дам заключение спецов. Семь три!

– Слухаюсь, товарищ Степашка! Семь три (щелк).

***

Судоплатов сидел и чуть ли не заикался от хохота.

– Хрюша? Степашка? Это позывные такие?

– Не... Это народные телегерои последней четверти двадцатого века и начала двадцать первого - тоже смеясь ответил я [4].

А наутро, все забегало. Тем более, что Штентлер подтвердил, что при физическом отсутствии в ближайшем обозрении охраняемого объекта и связи с ним, система «Двенашки» должна выйти из режимы его охраны. Судоплатов напряг всех, кого положено и к вечеру следующего дня нам была обещано какое-то нереальное количество килограммов азотной и серной кислоты и присутствие какого-то химика для возни со всем этим делом.