Чтение онлайн

– Зайдите, Отто...

– Яволь, мой фюрер!
– Гюнше зашел в кабинет.

– Вызовите ко мне фон Клюге, Манштейна, Моделя и Гота... Мы начинаем!

***

Тащить мумию Тотоши пришлось таки стальным тросиком. Дрон с успехом перенес поближе к ней легкий плексигласовый лист, а после и заостренные крючки сваренные из прочной проволоки. Такими и сома можно ловить. Тройники были на тонком тросике, потянув за который мумию и планировалось заволочь на лист. Что и было сделано с полным для нас успехом. И теперь оставалось аккуратно вытаскивать иссохшее тело Десятова наружу.

И вот это оказалось самым трудным. Ведь пещера не имела прямого профиля, плюс в ней лежали валуны, которые без серьезной строительной техники было не свернуть. Их надо было огибать. И нам очень помог светлый ум Миши, химика и механика в одном лице. Уж какие оттяжки и растяжки он изобретал, чтобы так или иначе направить движение листа с мумией так, как надо, чтобы ни во что не упереться. И наш бедный дрон летал до потери пульса безостановочно - только и успевали менять аккумуляторы. Ведь ему то так тросик надо было завести, то этак зацепить - хитро там все было.

А Оля-то какая молодец! Она всю неделю, пока тащили тотошину мумию, в светлое время суток буквально не выпускала из рук пульт управления дроном. Приходилось даже покрикивать на нее, чтобы хотя бы поела, а не только отдохнула. Один раз даже разругались. Оля считала, что если мы достанем «Двенашку», то сможем в две машины нанести небывалый урон немцам. На что я ей ответил, что победу куем не только мы с ней, а вся Красная Армия, весь Советский Союз. И делается это не второпях, а четко, размеренно и продуманно. И здесь, вытаскивая мумию Десятова, торопиться никак нельзя. Любая ошибка - и доступа к «Двенашке» нам не видать, как своих ушей. И если этот доступ мы получим на день или на три позже, то это лучше, чем если мы его не получим вообще, но на полдня раньше.

И вот этот день настал! Выделенный в качестве тягача танк Т-60 наконец-то проволок очередной поворот и при помощи дрона мы заметили, что конфигурация сигнальных огней на приборной панели «Двенашки» изменилась. Какие-то погасли, другие зажглись, частота мигания некоторых поменялась. Сообщили об этом в «Виртальность» и передали туда же видеофайл для анализа нашими спецами.

Буквально через час пришел ответ, что с большой долей вероятности система защиты пилота отключилась за неимением оного. Ведь сканер «двенашки», впрочем, как и сканер нашего с Олей «Мишки» не мог отслеживать за повороты пещеры, как мы не могли сканировать происходящее, например, за скалами. То-то нам в Румынии везло!

Тем не менее, мы все равно потащили мумию совсем «на выход» и, вытащив, отволокли ее в сторону от входа в пещеру. А там уже и дальше. И перед нами встал вопрос, какой из двух вариантов выбрать, чтобы подойти к «двенашке»: послать в пещеру танк с риском для мехвода, или же аккуратно идти кому-то... Вот кому?...

– Паш...
– обратился я к Судоплатову.

– Чего?...

– У вас же есть «расстрельные» зэка. Отправь одного с обещанием отмены приговора, при любом результате.

– Ну-у-у...

– Вот только не надо в гуманизм играть, а... Тебе точно не идет. Связывайся с Лаврентием Палычем. Пусть принимает решение.

И я знал, что говорил. Берия был таким человеком, что для дела он готов отменить любой приговор, если человек будет нужен. И примеров таких в истории было не счесть и отличные специалисты возвращались к своей профессональной деятельности и делали свое дело очень качественно. И действительно, через час пришел ответ, что к нам направляются трое с «расстрельными» приговорами - работайте, в случае успеха приговоры будут отменены всем троим. Зачем трое? А на всякий случай, чтобы коснись чего, два раза не бегать, как говорится.

Но пока Лаврентий Палыч решал, мы пошли смотреть мумию. И подходя к ней я уже видел, что налицо какая-то странность. А подойдя, понял что не так - это было не тело Десятова...

– Ты уверен?
– спросил меня Судоплатов.

– Абсолютно! У мумии разрез глаз восточный. Видишь?

– Вижу...

– А Десятов - европеец.

– Хм... Что это меняет?

– Может и ничего. Но машина...
– я задумался...

– А что машина? Она же охраняла именно это тело. Ты об этом?

– А его ли она охраняла?

– Ну, других-то мы не видели...

– Не видели. И это странно...

– Как эта странность влияет на ситуацию?

– Паша... Ты не знаешь, но у нас с Олей хирургическим методом вшиты небольшие чипы-идентификаторы. Система работает именно с ними, а не с нами, как биологическими особями. У Десятова в теле тоже такой был. Уверен, что в мумии, в том месте, куда они вшиваются, чипа нет.

– А куда они вшиваются?

– В мочку левого уха, в его основание. Вот потрогай у меня. Ощущаешь утолщение?
– и я показал место где был мой чип. Паша потрогал пальцами, убедился, что там что-то маленькое есть, чего нет у него и кивнул.

– Понятно... Сейчас проверим.
– он встал, махнул рукой санинструктору и пошел к мумии. Санинструктор побежал за ним.

Через минут пятнадцать Судоплатов вернулся и сообщил, что действительно посторонних предметов в ухе у мумии нет. И что все, кто был рядом, все как один сказали, что в чертах лица мумии четко угадывается восточный тип лица.

– Ну и чего теперь?

– А теперь все просто. Если чип там в пещере, то все наши усилия пропали даром, вертолет мы не получим. и никто не получит, пока у него не кончится энергия в аккумуляторах. А там, как мне мои сказали, при мизерном потреблении системы определения опасности для пилота, еще лет на двести хватит. Такие у нас технологии, Паша...

– Охренеть...

– А то ж... Поэтому остается только проверка при помощи зэка. Если он останется жив, то чип при мумии, но где - неизвестно. А если нет, то проще взорвать «Двенашку». Через двести лет она будет не могуче каменного топора против тех будущих технологий.

– Хм...

– Не «хм», а пойдем накатим. Все равно зэка ждать, время есть...

– Пойдем...

И мы пошли, провожаемые неодобрительным взглядом Оли...

А на следующий день, прямо с раннего утра, на севере загрохотало. Северный фас нам тут был ближе, оттуда грохот и слышался. Бросившийся к радиостанции Судоплатов вскоре вернулся и сообщил, что немцы начали наступление. Как и предполагалось ранее, в основании курского выступа, т.е. со стороны Орла и Белгорода.

– Мне включиться?

– Ночью тебя включат, не переживай. Иди отсыпайся. И ты, Оля, тоже.

И действительно к вечеру пришел приказ навести на цели и прикрыть своим огнем налет полка «ночных ведьм». Жаль только, что раций на их машинах не было и девчонкам придется ориентироваться по моим бортовым огням, которые я включать и не особо-то и хотел. Ну, а зачем эта демаскировка? Но иначе никак. Для их У-2 [3] рация - это большой вес.

И схема была проста: я вывожу их на нужный район, обеспечивая противозенитное прикрытие, а они наносят бомбовый удар. После чего девчонки возвращаются домой, а я, имея большую дальность полета, наношу еще удары в режиме свободной охоты. При этом, в паре со мной летит один Ми-8. Это на случай, если какой из У-2 будет сбит. Т.е. задача Ми-8 в этом случае ставилась чисто эвакуационная - опыт эвакуации коллег в Новгородчине был учтен командованием в полной мере!