Чтение онлайн

А вот плавать под водой, отрастив жабры, но при этом сохранив человеческий вид, вполне реально. Даже можно без плавников или перепонок между пальцами обойтись. Но с ними, конечно, лучше.

После урока анатомии была артефакторика. Оказалось, что в моё отсутствие ученики начали собирать собственные Перегонные Кубы. По частям, конечно. Мне пришлось догонять. К счастью, в Небесном замке эта дисциплина тоже имелась, так что я за урок сварганил пару деталей, с которыми уже разделались остальные. На следующем сделаю ещё две и сравняюсь с классом.

Ментор был удивлён моими успехами. Поскольку теперь я уже не мог отмалчиваться, ссылаясь на немоту, пришлось сочинить байку о том, как я практиковался в Убежище от нечего делать. Не знаю, поверил мне препод или нет, но ставить мои слова под сомнение не стал. В этом мире любой намёк на то, что аристократ лжёт, почти приравнивался к оскорблению.

После урока мы отправились в столовку, чтобы перекусить. Когда сели за стол, я завёл разговор, который уже некоторое время меня занимал.

— Перегонные Кубы — это здорово, — сказал я, улучив паузу в разговоре (мои друзья обсуждали прошедшее занятие). — Но меня больше интересуют Ключи.

— Ещё бы! — хмыкнула Зоя. — Нас всех они интересуют. Но до создания таких артефактов нам ещё очень далеко.

— Всё из-за красной ртути, — сказал Авасар. — И призвания ифрита. Это сложно. И небезопасно.

— Само собой. Но я про другое. Мне вот, что непонятно: если порталы в подпространства открываются с помощью драконьей крови, а драконы находятся по ту сторону, то как был открыт первый портал? Нелогично получается.

— Ты был бы прав, если бы не забыл про прорывы, — сказала Маша.

И замолчала так, словно добавить больше нечего. Я подавил желание задать уточняющий вопрос. Вместо этого сказал:

— Ах, да, точно. Как это я сам не допёр!

Девочка кивнула.

— Да, всё благодаря им.

Дальше разговор зашёл об акциях экологов, которые выступали против открытия порталов. Мои друзья были довольно резки, отзываясь о демонстрантах. Вероятно, они выражали общее мнение дворянства и, вообще, алхимагов по поводу тех, кто пытается лишить их к доступу к артефактам и необходимым ингредиентам. Пришли к выводу, что усилия экологов тщетны, ведь никто не допустит, чтобы им удалось добиться своего. Да и как проконтролировать запрет, даже если бы его выпустили?

Ещё одним уроком, который меня очень интересовал, была химерология. Я подал заявку на проект — переделку Ставра.

— Это ваш питомец? — поинтересовался ментор, читая то, что я ему вручил в конце занятия. — Собака?

— Именно. Знаю, что это необычно, но так уж получилось.

Профессор хмыкнул.

— Что ж, дело ваше. Надеюсь, вы к нему не слишком привязаны. Уверены, что готовы рискнуть?

— Вполне. Я постараюсь не напортачить.

— Как хотите.

Заявка была, таким образом, одобрена. Теперь к концу года я должен был переделать пса в соответствии с планом, над которым ещё предстояло поработать до конца четверти.

Когда все уроки закончились, я спросил Авасара, не согласится ли он выступить моим секундантом.

— Почту за честь, — ответил араб. — Думаю, Зубатов пришлёт к тебе своего человека уже сегодня. Судя по тому, что ты рассказал, затягивать он не станет.

— Я тоже так думаю.

— Значит, мне нужно поехать с тобой.

— Если у тебя есть время, я только «за».

Таким образом, в особняк я возвращался не один. Но Авасар ехал за мной на своей машине, и у меня была возможность посмотреть в Интернете, о каких прорывах говорила Маша, и каким образом они связаны с созданием первых Ключей.

Разумеется, правильный запрос немедленно выдал нужную информацию. Когда знаешь, что искать, всегда проще.

Оказалось, что в прежние времена, даже, можно сказать, древние и последовавшее за ними средневековье имели место случаи так называемого Прорыва (термин был придуман гораздо позже) — проникновения всяких тварей из различных подпространств. Как это происходило, неизвестно. Вероятно, в результате скопления в некоторых зонах магической энергии или коллапсов Вещества и Антивещества. На этот счёт мнения учёных рознились. Так или иначе, поначалу всяких появляющихся в этом мире монстров считали частью этой вселенной. Отсюда и появились их названия, собственно говоря. Которые затем применили к уже открытым, изученным, классифицированным и описанным тварям. Но это случилось намного позже, после открытия внутренней алхимии и создания первого Ключа. С помощью крови одного из драконов, прорвавшихся с той стороны. Был он то ли мелким, то ли больным, то ли раненым в схватке с другим чудищем, но справиться с ним удалось с помощью артиллерии.

Иначе говоря, порталы научились открывать не так уж давно. Зато с тех пор учёные посвятили немало времени стабилизации межпространственных границ, чтобы исключить случайное попадание тварей в этот мир. Повсюду были расставлены специальные контроллеры, не дающие преграде истончиться. Хотя считалось, что это лишь уменьшает риски, с тех пор ни один монстр к нам не прорвался. Зато алхимаги стали часто сами захаживать на чужую территорию, чтобы добывать артефакты и ингредиенты.

Так, с этим я, вроде, разобрался. По крайней мере, кое-что встало на свои места.

Ещё хотелось понять, откуда у дворянских фракций Российской империи такие странные названия — Белый тигр и Золотой карп. От них за версту веяло востоком. Даже, я бы сказал, Азией.

Как ни странно, на этот раз с запросом пришлось повозиться подольше. Тем не менее, ответ я отыскал.

Оказалось, что после так называемого Изгнания богов — когда люди открыли внутреннюю алхимию, стали кроить и перекраивать мир по собственному желанию и решили, что никаких высших сущностей нет — религии постепенно сошли на нет, уступив место учениям о самосовершенствовании. Вот они, всякие духовные практики с медитациями, как раз соответствовали новым потребностям человечества во внутреннем развитии. Ну, а заимствованы они были и стремительно распространились по миру — понятно, откуда. Вместе с ними в языки вошли и соответствующая терминология, понятия и образы. Конечно, и культурные заимствования имели место. Не говоря уж о том, что началось расселение азиатов по другим странам, где их принимали поначалу, как родных — в надежде, что они смогут поделиться опытом духовных практик. Правда, вскоре оказалось, что далеко не все из них могли это делать. Да и спустя некоторое время восточные учения перестали быть экзотикой, став обыденностью. А вот азиаты остались. В России их тоже было много. Имелся целый квартал, который по привычке называли Китайским, хотя жили в нём выходцы из разных частей И-чана. С началом войны спецслужбы жёстко контролировали переселенцев, даже если те родились в России.

Всё это я успел прочитать по дороге из Менториума домой.

В особняке нас с Авасаром встретили Ставр и Еремей.

— Ваша Светлость, прикажете передать повару, чтобы готовил ужин на двоих? — поинтересовался он, поглядев на Авасара.

— Да, пусть так и сделает. Мы пока не знаем, насколько ты у меня задержишься, — пояснил я приятелю.

Тот кивнул.

— Должен сообщить, что нанял шофёра, — сказал Еремей прежде, чем мы покинули холл. — Угодно ли познакомиться?

— Потом. Когда повезёт меня куда-нибудь. Скоро прибудет господин Епифанов. И ещё жду партнёра одной из моих компаний, Журавлёва. У него для меня предложение, которое он считает интересным. На ужин они не останутся, но, как только прибудут, сообщи. И вот, что: думаю, сегодня будет ещё один гость. Не знаю, как его зовут. О нём тоже доложи, если явится.

— Слушаюсь, Ваша Светлость.

Уроки мы делали около часа. А потом Фёдор доложил о прибытии Епифанова.

— Прости, мне придётся отлучиться, — сказал я Авасару, вставая. — Деловая встреча. Приходится крутиться, сам понимаешь.

— Конечно, без проблем, — кивнул парень. — Я пока доделаю физику. Потом дам списать.

— Спасибо. Не думаю, что я надолго, но кто знает.

Выйдя в коридор, где дожидался лакей, я увидел шагающего вдоль стены Панурга. Робот пылесосил ковровую дорожку, напевая похабную песенку. Уж не знаю, где он её услышал. Может, в него и радио было встроено. А то и сам сочинил.