Чтение онлайн

— Да не своя она, а, скорее всего, угнанная. А тут у них запасная была, — кивнул я на следы колес, что примяли траву прямо возле «Нивы».

В зареве огня колея прослеживалась четко.

— И отойди подальше, сейчас бензобак рванет, — я оттащил Васю за рукав.

Тот, сообразив, что может сам запросто сгореть, быстренько ретировался.

Подошел к своему «Москвичу» и бережно погладил его по крыше:

— Бедненький. Теперь стекло надо менять… Такая дырень!

— Скажи спасибо, что не в башке дырка, — проворчал я. — Поехали назад… Нужно мой пистолет найти.

— Шустрые, гады! — негодовал Горохов, прохаживаясь по кабинету. — Как же вы их так упустили?

— Так они по бездорожью рванули! — оправдывался Жмых. — Еще и машину мою попортили. Прострелил насквозь.

— Прямо насквозь?

— Ну, да… Правда, стекло.

— Так… — Горохов назидательно поднял указательный палец вверх. — Про ночное происшествие никому ни слова. Документировать его пока не будем. Если оформим, то материал местным придется передавать. Шумиха нам ни к чему. Андрей Григорьевич, возвращаться на тренировки тебе, я думаю, опасно.

Вася кивнул — мол, я бы не пошёл.

— Можно рискнуть, — возразил я. — Нападавший явно не разглядел моего лица. Как, впрочем, и я его. Темно было, хоть глаз выколи. Я даже не понял, это был дзюдоист или их другой подручный. Вот если бы он голос подал, то, может, и узнал бы. Но я-то тоже молчал, чтобы не выдать себя. Уверен, что на меня никто не подумает. Разве что кроме Пичугина, после нашего разговора. Но его я обработаю.

Горохов постоял, подумал, пожевал нижнюю губу и кивнул:

— Ладно, только смотри в оба. При малейшем подозрении сразу уходи с тренировки. Взять мы их пока не можем. У нас нет ничего на них, кроме слов Пичугина о планирующемся ограблении дачи. Но дачу, естественно, никто не ограбил — и, после такого, вряд ли они туда сунутся. Так что работаем дальше. Следи за этим Пичугиным. Авось проболтается насчет их следующего дела. Если есть банда, значит, будут и преступления. Одного без другого не бывает.

На следующий день я снова отправился на тренировку. Дюша выцепил меня в раздевалке, когда никого рядом не было. Весь белый и трясущийся, ну просто не в себе.

— Андрюха! — он испуганно озирался. — А ты никому не рассказывал про то, что я тебе говорил?

— Про что именно? — непонимающе протянул я.

— Ну, про… Дело.

— Какое дело?

— Про то, что наши Тишкина собирались грабануть… Ты что, забыл?

— А-а… И правда забыл. Выпивший был. Я же редко пью, а если накачу немного, то потом плохо помню и соображаю, — соврал я, чтобы успокоить Пичугина.

— Ух! — с облегчением выдохнул Дюша. — Вот и правильно. Лучше вообще забудь про наш тот разговор.

— Да я бы и забыл, если б ты не напомнил. А что случилось?

Пичугин замахал руками, будто это могло заставить меня свернуть с темы.

— Ничего не случилось.

Я положи руку ему на плечо.

— Я же вижу, что что-то не так. Говори уже. Может, подскажу чего.

Пичугин поддался.

— Понимаешь, наши вчера пошли «раскулачивать» директора овощебазы, как я тебе и говорил, а там их менты ждали. Чуть не повязали. Еле ноги унесли.

— Да ты что? — округлил я глаза.

— Ага, даже стреляли.

— Никого не ранили? — с надеждой спросил я.

— Слава богу, обошлось, — дзюдоист даже неумело перекрестился.

— А с чего ты взял, что это менты были? Они в форме были или корочками махали?

— Не слышал, нет… Но стреляли же.

— А, так, может, это охрана директора овощебазы? Сам ведь говорил, что человек он высокого полета, может себе позволить нелегальную охрану — то есть, не от государства. Раз уж есть, что сторожить, — я прищурился, как бы вспоминая детали нашего с ним разговора. — Правда, я толком ничего не помню, что ты говорил, но всё же, это логично.

— Ну, не знаю…

Пичугин смотрел на меня с сомнением, но я чувствовал, что мне уже почти удалось его убедить.

— Если бы это менты были, они бы ваших наверняка взяли. Сам подумай.

— Да нет. Наши машину сменили и в город на чистой въехали.

— Хитро, — картинно восхитился я, всплеснув руками. — «Жигули» на «Запорожец»?

— Нет, «Ниву» на… А, впрочем, неважно, — Дюша осекся и даже для надёжности рот себе рукой зажал.

Я понял, что больше из него дельного ничего не выудишь и решил провести с ним небольшую воспитательную работу:

— А я тебе говорил, что не стоит тебе во все это ввязываться. А ну как пулю бы словил?

— Да, не было меня вчера с ними, — вздохнул он. — Не взяли меня с собой. Сказали, что зелен еще для серьезных дел.

— Правильно сказали.

— Я вот думаю, Андрюх, как менты узнали, ну или охрана эта, как ты ее назвал, узнала… Ты точно никому не говорил?

— Тайна — уже не тайна, если о ней знают двое, — многозначительно хмыкнул я. — Ты, главное, сам помалкивай, и тренеру не рассказывай, что с кем-то, со мной или нет, его секретом поделился.

— Что ты? — замахал руками Дюша. — Воеводин меня тогда зашибет! И ты помалкивай, что я тебе доверился.

— Конечно, дружище… — я похлопал его по плечу. — Могила. Воеводин этого никогда не узнает.

А про себя добавил:

— Пока он на свободе…

Поздно вечером в наш со Светой гостиничный номер постучали. Я открыл дверь, на пороге нарисовался сияющий, как новый медный пятак, Федя.

— Тебе чего? — недовольно буркнул я.

— Вы что, спите уже?

— Нет, но вообще-то у нас планы, на двоих, — многозначительно хмыкнул я, давая понять, что ему здесь совсем не рады.

— А Света где? — Погодин вытянул шею, заглядывая внутрь, через мое плечо.

— В душе.

— Замечательно, — Федя бесцеремонно протиснулся внутрь, чуть подвинув меня плечом. — Я ненадолго. Есть разговор. Мужской.

— Ну, если мужской, то у тебя пять минут, пока Света моется. Сам понимаешь, что при женщинах мужские разговоры не ведутся. Тем более, при женщинах-психологах. А ты чего такой счастливый, Погодин? Смешинку проглотил или, наконец, узнал имя нашего таинственного маньяка-борца?