Чтение онлайн

Капризная сибирская погода, наконец, наладилась, дождливый фронт отнесло в сторону, и солнце не жалело тепла. Странники расположились в тени старого клена, пообедали, отдохнули и снова двинулись в путь. Ближе к вечеру Хаимовича как обычно стал волновать вопрос ночлега и вскоре он заметил, как от трассы отделяется второстепенная дорога и скрывается в лесу. Люди с собакой перешли шоссе и зашагали поодаль асфальта. Через сорок минут они увидели стелу санатория «Горняк», который укромно располагался в сосновом бору.

– Интересное место, в санаториях мы еще не ночевали, – с надеждой на мягкую кровать с чистыми простынями сказал ученый.

– А что это такое?

– Санаторий? Ну, что-то вроде большой гостиницы, где люди жили по нескольку недель, ели, пили и лечились.

– Мммм… я хочу в санаторий, – мечтательно промурлыкала девочка.

– Это раньше так было, сейчас там, надеюсь, есть хотя бы место для ночлега.

Додж настороженно поднял уши, с подозрением принюхиваясь к воздуху. Ветер дул в их сторону и пес обеспокоенно заворчал. Альберт Борисович издалека заметил высокий синий забор и решил зайти с «черного входа». Он потянул Таню за руку, и они углубились в лес, чтобы провести разведку. Глухая металлическая ограда почти в три метра ростом показалась профессору нетипичной для такого объекта. А чуть позже ученый заметил то, что совсем его смутило – за крышей одного из корпусов торчала наблюдательная вышка.

– Вот тебе и санаторий, что-то здесь не так. Больше похоже на лагерь для военнопленных, чем на базу отдыха, – с досадой вздохнул Хаимович.

Где-то поблизости раздался стук дятла. Ему ответил второй вдалеке. Слушать в лесу веселый перестук этих птиц было гораздо приятней, чем наглое карканье жадных ворон, клюющих трупы. Таня царапнула давно не стрижеными ногтями по коре дерева:

– Зато зомби внутрь не проберутся.

Но наставник размышлял не столь оптимистично:

– Самим бы туда пробраться, а главное – выбраться живыми. Чувствуешь запах?

Додж между делом с интересом крутился вокруг высокой сосны, обнюхивая ее со всех сторон, затем боксер деловито задрал ногу и пометил новую территорию.

Альберт Борисович внимательно наблюдал за питомцем, продумывая план действий. Затем Хаимович скинул рюкзак и с кряхтением стал взбираться на дерево. Он лез, медленно оценивая на прочность каждую ветку. Наконец, ученый поставил ноги на толстый сук и крепко вцепился в ствол с потрескавшейся корой.

Профессор увидел мрачную картину, которую скрывал высокий забор. На земле под открытым небом разлагались десятки трупов, многих уже успели объесть зверьки и обклевать до костей птицы. Мужчины и женщины, дети и старики лежали вперемешку.

После начала эпидемии, когда ввели военное положение, этот санаторий превратили в один из карантинных центров. Солдаты возвели здесь двойной периметр забора и наблюдательную вышку, чтобы никто не смог выбраться без разрешения. На территорию свозили всех с признаками заражения для изоляции от здорового общества. Вначале зомби держали в отдельном корпусе, но когда он оказался переполнен, начались расстрелы. Выстрелы раскатывались по сосновому бору каждый день. И каждый день на место одного убитого зараженного привозили нескольких новых.

Вскоре бойцов «карантинного санатория» также поразила «Новая звезда». Штаб прислал подкрепление, но гражданские с остатками старого гарнизона устроили бунт, который пришлось жестко подавить. Однако через несколько дней ситуация полностью вышла из-под контроля. Солдаты освободили людей, заперли ворота и покинули санаторий. Внутри остались только трупы и зомби. Те, кто еще мог стоять на ногах, теперь бесцельно блуждали между заброшенными корпусами.

Альберт Борисович заметил движение в окнах первого этажа ближайшего к нему здания. Через несколько секунд за стеклом появилось обезображенное женское лицо. Зараженная уткнулась лицом в окно, а затем отошла вглубь комнаты. Зомби бродила по коридорам корпуса не в силах отпереть двери, но даже если бы она смогла разбить окна, то железные решетки не выпустили бы ее наружу.

Оценив обстановку, Хаимович быстро спустился и сразу же нацепил рюкзак.

– Ну что там? – с надеждой спросила Таня.

– Ничего хорошего. Территория завалена трупами, зомби гуляют на свободе. Надеюсь, нигде нет пролома в заборе, с этой точки не вся база просматривалась.

– Уууу… значит, придется ночевать в лесу?! Не хочу…, – капризно захныкала малышка, позволив себе секундную слабость.

– Нет, в этом лесу тоже опасно. Задача – до наступления темноты уйти как можно дальше отсюда, – наставник взял Таню за руку, свистнул Доджа и быстро зашагал в обратном направлении.

Через несколько минут путники услышали хруст ветки и остановились.

– На землю, – шёпотом скомандовал профессор.

Таня расстелилась на подстилке куче хвои, а пес вместо этого рванулся вперед и скрылся в кустах.

– Черт, вот балбес, – выругался Хаимович и приподнялся. Но в этот момент прямо на него выскочил заяц. За ним, поддавшись охотничьему азарту, несся Додж.

Альберт Борисович уже сжимал в руках пистолет. Но заяц, заметив людей, мгновенно сменил траекторию. Ученый даже не успел толком прицелиться, как зверек уже пропал из вида. Боксер не выдержал такого спринтерского спурта и остановился, тяжело раздувая бока.

Профессор вдруг неожиданно расхохотался:

– Да, хреновые мы с тобой охотники, друг, особенно я. Этому ремеслу надо бы поскорее научиться, без него теперь никуда. Ладно, харчи пока есть, а зайцы пусть бегают размножаются, нам же потом больше достанется.

Боксер в ответ завилял коротким хвостом, словно соглашаясь с хозяином. Из леса люди и собака выбрались без происшествий и направились в сторону основной трассы. Летний день тянулся долго, и бродяги упорно брели из последних сил, но ничего подходящего в качестве убежища по пути не встретилось. Хаимович и Таня смирились, что придется ночевать под открытым небом. Девочка так устала, что ей уже было все равно где спать, лишь бы скорее лечь и отключиться.

– Я не могу больше, ноги отваливаются, – жалобно простонала малышка, с трудом ковыляя позади наставника.

Солнце недавно скрылось за горизонтом, но отблески его лучей еще сдерживали темноту, которая ползла с востока. Альберт Борисович поправил рюкзак и протер замусоленным платком очки:

– Не в поле же ночевать, вон после того поворота деревья начинаются. Давай пройдем еще с километр и возле леса лагерь разобьем.

Каждый шаг давался людям с большим трудом, ноги и спина гудели, все с тихой грустью вспоминали быстрый электробайк. Даже пес все чаще поглядывал на хозяина, словно спрашивая, когда же будет привал.

Добравшись до поворота, Хаимович вдруг зашагал быстрее, но не в сторону леса, а левее:

– Смотри, вон там крыша с трубой! Это дом! Клянусь, я перебью всех зомби, если они там есть! Поднажми, Танюха, у нас будет крыша над головой…

Мысль о жилище, мягкой кровати и горячем ужине придали ребенку сил. Она чуть не побежала вприпрыжку, но всплеск энергии быстро закончился. Минут через сорок путники с опаской стали приближаться к одинокому домику на берегу реки.

Ветхий забор из досок и толстых прутьев не стал помехой для людей, и они беспрепятственно проникли на территорию. Участок немного порос травой, но в целом выглядел достаточно ухоженным. Овощи, зелень и корнеплоды росли по своим грядкам. Дом был небольшой, одноэтажный, но крепкий, облицованный белым кирпичом. Недалеко от крыльца стояла покосившаяся собачья будка. Додж недоверчиво понюхал воздух, запах псины уже успел выветриться.