Чтение онлайн

Да, то самое авто, которое довезло меня к особняку Маркизы… У меня в гардероб была зашита связь и с местной «конторой», и даже с «челноком», на котором меня забросили на эту планету, но она работала лишь через этот самый автомобиль.

Пока я драпал, спасая девушку, запрашивать помощи мне было реально некогда. Когда же я в доме поверенного попытался выйти на связь, то в ответ услышал лишь мёртвую тишину: похоже, напавшие сообразили уничтожить машину, на которой я приехал. Водитель, мой провожатый — увы, я на всякий случай заложился на то, что они ДО СВОЕЙ ГИБЕЛИ не успели послать на челнок сигнал тревоги, а это значит, что механизм тревоги включится по заложенному алгоритму, и не раньше.

Разумеется, челнок по маячку отслеживал моё местоположение в режиме реального времени (и откуда я знаю такие умные слова, а?), но он не видит, что творится рядом со мной, и не понимает, жив ли я вообще,- поэтому на подачу сигнала тревоги не рассчитан. Однако, отсутствие связи — само по себе сигнал тревоги, и, значит, очень скоро будет дана команда выслать второй автомобиль поближе к месту моей локации, чтобы обеспечить мне возможность связи. Если я снова не подам голос — тогда ранним утром, когда спят даже самые злобные охранники, включится механизм моей эвакуации по нуль-транспортировке — живым или мёртвым. Но я жив, и, значит, должен что-то сказать… что? Что мне нужно ещё раз спасать маркизу? Или заорать: «Ой, блин, тащите меня отсюда поскорее!!! Меня тут не любят и обижают! В меня стреляют злые дяденьки!»

Если и второй автомобиль не сможет обеспечить мою связь, то тогда меня эвакуируют безо всякого моего согласия,- просто по расписанию. Как именно - смотри выше, уважаемый читатель.

Всё это мне объяснили перед вылетом, на учебных курсах. К слову, я невольно задался вопросом: если в мои мозги можно закачать знания чужих языков, то почему мне и другим моим товарищам по «звёздному ковчегу» не загрузили то же знание разного оружия и техники? Зачем нас мучают словесными объяснениями? Снегирь на этот вопрос ответил мне так:

– Нам объясняли, что в мозги можно закачать только знание чужого языка — и только. Типа, понятие «хлеб» есть у всех народов — тебе в голову загонят ещё одно его название и даже правильное произношение, но и только. Если мы никогда не знали, что такое автомат, гранатомёт, вертолёт, космическая станция, то закачать нам в башку эти понятия невозможно: там, типа, нет базиса знаний. Может, оно и так, а, может, нам голову морочат, чтобы оплачивать работу преподавателя, и нас побольше помучить.

Вызванный извозчик довёз нас на автомобиле до здания, где сидели ростовщики. Мы вышли, а гостеприимный хозяин поехал дальше. Маркиза подошла к большому ящику, сунула туда раскрашенный плоский прямоугольник, поколдовала с кнопками и получила пачку цветных бумажек. Это, оказывается, у них так получают деньги, хотя какие торговцы и с какого перепуга соглашаются брать бумагу вместо золота — этого я понять не мог. Быть может, это у них придумали рисовать много-много векселей на предъявителя и раздавать их всем подряд?- а что, вроде бы неплохая идея: раскрашенные листочки весят гораздо меньше, чем золотые монеты.

Догадайтесь, уважаемый читатель, куда мы поехали после того, как затарились ценными бумагами? Совершенно верно: в магазин готового платья, вызвав новое такси из прихожей этой конторы. Я бы лучше ещё раз сразился с тройкой-пятёркой местных бандитов, чем соваться в женское логово, но, как говорится, судьбу не выбирают. И, само-собой, мне пришлось стать судьёй для всех шикарных нарядов, что перемеряла моя спутница.

Задачка была, скажу я вам, ещё та… Оценивать одежду другой планеты, когда и на своей-то в современной моде не понимал ни шиша — это нечто.

Вот, например, вываливается Маркиза из-за бархатной ширмы, одетая в платье, — и хоть ты стой, хоть падай: облегающая ткань почти прозрачная, и лишь только некоторые места прикрывают разноцветные бабочки, да и то не те, что надо бы в первую очередь. Как вы помните, девушка бежала из дома без верхнего нательного белья — так вот: под ТАКИМ платьем было прекрасно видно, что его как не было, так оно и не появилось… Я рефлекторно прижал ладони к плечам, сложив руки крест-накрест, закрывая обе передние видеокамеры, вшитые в мой костюм, и изобразил максимально зверскую рожу, на какую был только способен. Девушка поняла так, что это я выразил своё мнение: ей нужна одежда, скрывающая её верхние прелести, чтобы не очень выделяться в уличной толпе. Она фыркнула и скрылась за ширмой.

Затем она появилась, облачённая в обтягивающую юбку, но с боковым разрезом, шедшим, как бы у нас сказали, до горла. Причём, нарочно выставила ножку так, чтобы я по достоинству оценил его длину. Сверху красовалась тонкая рубашка-безрукавка без пуговиц, но с декольте, которому позавидовали бы матёрые сотрудницы «Сладких кошечек». Слава Пресветлому, что хотя бы непрозрачная.

Эх, не успел я предупредить спутницу, что ей нужна одежда, позволяющая бегать и драться,- если придётся! А сейчас возле неё крутилась услужливая продавщица, и вести разговоры на подобные темы стало поздновато. Но своей-то головой ведь думать иногда нужно, или нет? Тем более, что самой уже дважды убегать приходилось…

А Маркиза тем временем напялила глухой наряд с умышленно расширенными плечами и штанами, ещё более свободными, чем те, что одолжил ей их поверенный. Эта благодать переливалась всеми оттенками зелёного: от травянистого до изумрудного, но хотя бы цветок был только один, белоснежный, на левом плече,- иначе получилась бы клумба клумбой. Зато цветов хватало на широкополой шляпке малахитовых оттенков. Я вздохнул: Боже, дай мне сил!

В конце-концов девушка купила-таки то, что нужно: классический костюм, белую блузку и нормальные брюки — не обтягивающие и не широкие. Оно, конечно, мне показалось непривычным, что девица щеголяет в мужском гардеробе, но, пока мы ехали в такси, я успел на улицах заметить многих женщин, одетых по-мужски, и поэтому не впал в ступор. Тем более, что и костюм был «немужского» цвета: неброского песочного. Матерчатая светло-коричневая шляпка полей не имела — просто нужно было сразу заложить ей такие складки, какие хочешь, и скрепить брошкой. Для полного гардероба Маркиза подобрала себе туфли бледно-шоколадного цвета на невысоком каблуке.

Но, конечно же, избалованная девица не может носить одно и то же — были куплены ещё блузки и юбки. Я всё-таки успел улучить момент и шепнул, КАКИЕ ей нужны наряды для ВЫЖИВАНИЯ и она, ощутимо вздрогнув, вняла гласу разума. То есть моему.

Потом девушка по телефону в прихожей этого магазина заказала третье такси, доставившее нас в двухэтажную корчму. Конечно, на те, что я посещал на своей планете, она не походила никоим образом, но, тем не менее, по сути являлась всё-таки корчмой, хотя Маркиза именовала её «мотелем»: на первом этаже располагалась закусочная, где публика простецкого вида кушала немудрёную снедь, щедро облитую красным соусом, при виде которой покойный Кашевар скривился бы, а потом перевернулся в своей могиле; на втором этаже имелись комнаты для ночёвки.

Мы уселись за столики, и подошедшая разносчица молча всучила нам расписанные картонки с красивыми картинками, изображавшими еду и напитки. Вышел очередной конфуз: я понял, что не умею читать написанные тексты. Дабы не сочинять очередные неправдоподные истории о тяжёлом дворянском детстве в дремучих лесах, где не имелось книжек и учителей правописания, я барственным жестом великодушно отложил свой текст и сказал:

– Маркиза, я не имею опыта столования в подобных харчевнях: меня всегда кормили собственные повара — сначала в моей усадьбе, а потом — в воинской части. В разных придорожных трактирах мы всегда просили только пиво и мясо. Прошу Вас выбрать для меня что-нибудь мясное по Вашему усмотрению.