Чтение онлайн

– Да-а не вопрос.

– Супер! Я ща! – парень побежал в дом, видимо за смартфоном.

А мужик тем временем уже по-другому взглянул на Ольгу, и как будто только сейчас обратил внимание на ее высокий рост и широкие плечи.

– Давно откинулась-то, чемпионка? – негромко спросил он.

– Завтра будет неделя.

– Все ясно с тобой, – мужик чуть наклонился и добавил еще тише, – ничего личного, но у кореша твоего с башкой нелады.

– Есть немного. – Согласилась Ольга. – Но я уже сказала – тому есть причины.

– Да не в том дело, – мужик перешел на шепот, – какой нахер Эдуард Козлов? Он же умер тридцать лет назад!

– Нам нужен его сын.

– Венцеслав здесь никогда не жил. Только сдавал дом.

– Кому?

– Вахтовикам и то пока работала седьмая штольня.

– А девушке и двум парням?

– Девушек у него никогда не видел. Если и сдавал, то ненадолго.

– А где он в городе живет не знаешь?

– Понятия не имею. Знаю только что работает он вроде в гостинице. Пару раз видел его там.

– Ну а сейчас он кому-то сдает?

– Сейчас? – мужик коснулся ее плеча и показал на сгоревший дом в конце улицы.

– Вон его дом.

Ольга поджала губы.

– Ясно...

– Сгорел этим летом. Венцеслава с тех пор тоже не видел.

Через минуту Ольга все передала Виктору, терпеливо ждавшему неподалеку. Если его и расстроило услышанное, то он не показал виду.

– Пойдешь смотреть? – спросила она.

– Да.

Ольга подумала, что глупо, наверное об этом спрашивать – ведь это возможно последнее место, до которого ему суждено добраться в поисках дочери.

– Как тебе это удается? – спросил Виктор, пока они шли по дороге. – Приняли как родную. Даже сфоткались вместе. Ты, что местная знаменитость?

– Просто чужаков здесь не любят. Я же говорила – у местных много обид на вас.

– На нас?

– Ну в смысле на тех, кто с большой земли. Им кажется, что там все о них забыли. Особенно раньше, когда все поперло, нефть там и все такое. В Москве курьеры и сантехники разъезжали на «Мерседесах», а здесь народ реально жил впроголодь.

– Но здесь же шахта. Как же северные зарплаты?

– После распада СССР Зимуголь почему-то перестал брать на нее местных. Привозили вахтовиков со всей страны, а те не шибко тратились здесь. Зарабатывали и уезжали. Молодежь тоже уезжала. А те кто не могли – становились злее. Но время всех перемололо. Теперь город просто доживает последние дни.

Двор Венцеслава находился буквально в эпицентре запустения – десятки заброшенных домов с одной стороны и голый пустырь на месте бывшего склада катушек. Сгоревшая изба без крыши и деревянный туалет на маленьком участке – жалкое зрелище. Глядя отсюда на сопки и представляя, что там за ними на тысячи километров вплоть до какой-нибудь Канады – ни души, Летягин с трудом мог представить здесь Настю, которая несмотря на непоседливый материнский характер и свое внезапное увлечение диггерством (а точнее – Крэйзи Диггерсом) вообще-то была избалованной девочкой и с большим трудом привыкала к любой новой обстановке.

Виктор вошел в дом, замер на пороге понимая, что оказался в очередном тупике – смотреть тут было не на что. Изнутри все выгорело дотла, неровный слой золы покрывал пол, но даже по остаткам скудной мебели и примитивной планировке было понятно, что обстановка тут и раньше была крайне бедная.

Осторожно перешагивая через истлевшие бруски обвалившихся стропил и доски, он вышел в центр главной комнаты. Тут остались две железные кровати, пузатый телевизор с треснувшим экраном и оплавленным корпусом лежал на боку между ними. На полу разбросан мелкий мусор: осколки посуды, деревяшки, стекло, сплюснутое ведро. Все черное, покрытое золой и копотью.

Заметив что-то, Летягин подошел к кровати и, стараясь не испачкаться достал из-под нее крошечный стеклянный пузырек. Протерев почерневшую этикетку большим пальцем, он прочитал: «Раствор для ингаляций».

– Что там? – спросила Ольга с улицы.

– Ничего. – Виктор задрал голову – серое небо сыпало мелкими каплями. – Просто не верится, что она была здесь.

Летягин вышел во двор, хмуро щурясь на сопку вдали. Со стороны улицы в их сторону осторожно водила носом грязно-белая собака.

– Далеко отсюда до гостиницы? – Спросил он.

– Прилично.

– А до воинской части?

Ольга пожала плечами.

– Ну, примерно также. Только она за рекой. А что?

Виктор сделал несколько шагов в направлении сопки, задумался.

– Я думаю, она и была целью их путешествия.

– Воинская часть? – удивилась Ольга. – Почему?

– Их интересовали такие объекты.

– Какие «такие»?

Летягин обернулся, посмотрел на Ольгу.

– Секретные.

– Секретные! – усмехнулась Ольга.

– А что?

– Это же просто часть связи.

– Ну, это только официально.

– Слушай! Моя мать проработала в этой части тридцать три года. Ничего секретного там и близко нет, поверь. И кстати ее уже давно закрыли.

– Твоя мать там работала?

– Да, поваром.

– Тогда может быть ты знаешь, что такое… Тоска?

– Ого! – Ольга засмеялась. – Сто лет не слышала этого! Откуда ты знаешь про Тоску?

– Лучше, если сначала ответишь ты. – Сдержанно произнес Летягин, стараясь скрыть возбуждение.

– Нас пугали этим в детстве. Типа есть какое-то место за частью на севере, где все пропадают. Что-то вроде тумана, в котором можно навсегда потеряться. Местная страшилка. Но я уже и забыла о ней. Странно, что ты о ней знаешь. Откуда, кстати?

– Так называется ваш город на секретной карте Министерства обороны.

– Прикалываешься?

– Нет.

Улыбка застыла на лице Ольги.

Оба смотрели друга на друга, будто оценивая правдивость сказанных слов.

– Слушай! – первой очнулась Ольга. – Раз уж на то пошло, я знаю чувака, который дофига всего знает про воинскую часть! Если там и было что-то, то он точно тебе скажет. Его отчим всю жизнь там прослужил прапорщиком и он сам в детстве там частенько пропадал. Только…

– Что?

– Сначала надо купить ему пузырь.

***

Провозившись со сломанной дверью минут десять, пытаясь приладить ее и так и сяк, Разводилов в конце концов понял, что менять надо не только замок с петлями, но и саму дверь. Великан-ублюдок так постарался, что Разводилов не мог даже просто прикрыть ее для видимости.

Впрочем, до двери ли теперь? Разводилов бросил ее и уселся на диван, обхватив руками гудевшую голову. Просидев так пару минут, он медленно поднял лицо. Капли дождя собрали перед входом небольшую лужицу. Ползущий по полу холод с улицы прихватывал ноги. Разводилов только сейчас осознал во что угораздило его вляпаться. Если и впрямь дело серьезное (а иначе и быть не может, раз в нем замешана мэрша), то значит и его шеф – Ермилов всех своих людей поставил на уши, но Разводилов ничего про это не знал. Следовательно, шеф посвятил в это только самых близких. Пораскинув мозгами, Разводилов понял, что на самом деле все намного хуже. Ведь если Ермилов задействовал только свою команду приближенных, а мэрша не поленилась явиться к нему собственной персоной, значит оба боятся напортачить и действуют не по собственной воле, а по указке своих кураторов.