Чтение онлайн

— И при этом ограничивает тебя, заставляя платить соразмерную цену, — весьма метко подметил княжич. — Далеко ходить за примером не надо. Взять хоть Елену Борисовну, вашу ученицу. Её хотели женить против её воли. Могла ли она возразить или отказаться? Нет. Выйти из рода — тоже равносильно смерти. Разве это можно назвать свободой? Нет, это зависимость от рода. Не такой жизни мы хотели.

— Поэтому вы решили объединиться? Чтобы попытаться что-то изменить в этом мире? — предположил я, поскольку этот вывод напрашивался сам собой.

— Можно сказать и так, — кивнул студент. — Этих причин было достаточно, чтобы объединиться и стать сильнее. Максим Леонидович стал тем, кто нас объединил. Этот запал никуда не пропадал ровно до момента, пока не появились вы.

— Кто бы сомневался, — прокомментировал Ворон.

Я в свою очередь ничуть этому заявлению не удивился. Тогда студенты пытались добиться не столько самостоятельности, сколько пытаться меня выгнать из Академии. А затем когда привыкли ко мне и поняли, что могут стать сильнее, ориентиры сместились в другую сторону.

Потом были Аномалии, моё отстранение в качестве преподавателя, возвращение, тренировки, личные проблемы… Попробуй за всем этим помнить и гореть желанием обрести хоть ту же свободу. Тут бы с насущными проблемами сначала разобраться, прежде чем думать о чём-то масштабном.

— Интересная история. Разве что не пойму, зачем вы мне её рассказали, — ответил я, глядя на княжича.

На лице парня вновь заиграла ехидная улыбка. Наверное, чувствует свое превосходство и значимость в этот момент, но так глупо это выглядит со стороны. Впрочем, мешать реализовывать свою мечту я ему не собираюсь, если это особенно не мешает мне.

— Это не конец истории, Алексей Дмитриевич. Меня просто перебил ваш фамильяр. Я же дал ему возможность выговориться.

— Дерзко, — сказал Ворон, после чего взмыл в воздух и сел прямо на голову княжича. — Я же клюнуть могу. Знаешь как больно будет?

— Больнее, чем на тренировках профессора, когда он заставляет бежать сто километров по кругу и заставляя при этом уворачиваться от заклинаний? Сомневаюсь, — громко рассмеялся парень, после чего к моей неожиданности поднял руку и аккуратно схватил фамильяра. Прямо как ручную птичку, после чего поднёс его к своему лицу. Ворон от неожиданности даже не превратился в туман и молча глядел на Новикова. — Не будь таким вредным. Хочешь, я тебя по голове поглажу? Или маной поделюсь?

Сложно сказать, что в это время испытал Ворон. На его лице промелькнул такой огромный спектр эмоций, что не передать словами. Пожалуй, правильнее будет сказать, что его застали врасплох.

— Погладить по голове… Погладить могущественную сущность тьмы… — вслух проговорил Ворон, после чего превратился в туман туман и вернулся ко мне на плечо. — Лучше надейся, чтобы мой хозяин долго жил. Иначе я освобожусь от него, найду тебя и лично прокляну за такое оскорбление!

— Не проклянешь. Я же вижу по глазам, что ты добрый и хороший, — как ни в чём не бывало ответил Новиков.

Я ещё ни разу не видел чтобы моего фамильяра так откровенно троллили, что даже остановить это не мог, чтобы не рассмеяться.

— Беру свои слова назад, Алекс. Ученик превзошёл учителя. По безрассудности он теперь занимает первое место, — сказал Ворон, прежде чем исчезнуть.

— В чём-то он прав, — немного подумав, решил я проговорить этот момент вслух. — С сущностями тьмы лучше быть аккуратнее. Они живут гораздо больше нас, и могут затаить глубокую обиду. Если не на вас, то на ваш род, например. Или близких друзей. Не надо лишний раз ходить по лезвию ножа.

— Я это прекрасно знаю, Алексей Дмитриевич, — невозмутимо ответил студент. — Мне доводилось общаться с сущностями тьмы. Я хорошо знаю, что они из себя представляют, и понимаю, когда и как с ними можно себя вести. У вас добрый, пусть и немного вредный фамильяр. Можно сказать, я это чувствую.

Что ж, загадочности Новиков себе только добавил этими словами. Иди теперь гадай, с кем из магов тьмы он мог иметь дело. Законных в нашей стране не так уж много. Ещё меньше тех, кто ведёт дела с аристократами.

— Хорошо. Как насчёт вернуться к главной теме разговора? Я бы хотел услышать её конец, — сказал я, закинув в рот оставшуюся горсть ягод.

— Конечно, — сказал княжич и продолжил: — Не совру, если скажу, что спустя время стали главным примером для подражания. Вы вели себя по-настоящему свободно. Вы не зависели от своего рода, вам было плевать на мнение других аристократов. Ради Елены Борисовны вы поссорились с княжеским родом, и те ничего не смогли вам сделать. При этом я и другие видим, что из-за ваших действий мир меняется в лучшую сторону. Люди всё меньше боятся магов тьмы. Теперь вы взялись обучать магии крови Романа Олеговича, зная, что это будут порицать. Да чего уж там, вы заставили ректора принять это предложение. А ведь между нами небольшая разница в возрасте.

— Приму слова за комплимент, — сложил я руки на груди. — Однако суть по-прежнему не улавливаю. К чему вы ведёте?

— Я хочу понять, чего вы добиваетесь, Алексей Дмитриевич, — взгляд княжича снова стал серьёзным. — Какие у вас цели? Ради чего вы готовы прикладывать столько усилий, чтобы нас обучать и помогать нам, даже если это означает подставиться под удар? Мне хочется понять, что вы за человек.

— Что ж, тогда вы бы могли задать этот вопрос сразу. Мой ответ ничуть бы не изменился, — усмехнулся я в ответ. — Но врать не буду, разговор мне пришёлся по душе. Само собой, я не стану никому рассказывать о нём, в том числе вашим друзьям.

— Благодарю, Алексей Дмитриевич, — кивнул парень, но его взгляду читалось, что он ждёт ответа.

— Касаемо вашего вопроса — я живу по одному принципу. Делай то, что считаешь нужным, — увидев лёгкое удивление в глазах парня, я добавил: — Другими словами, у меня одна цель. Прожить жизнь так, чтобы ни о чём не сожалеть. Да и ещё столько впереди неизведанного и интересного.

— Или говоря ещё проще, прожить счастливую жизнь, — улыбнулся парень, и доев последнюю горсть ягод, выбросил пакет в ближайшую мусорку. — Не думал, что в этом плане мы будем настолько похожи.

— Жизнь полна сюрпризов, Игорь Александрович. Я о вас тоже многое не знал до этого разговора, — ухмыльнулся я в ответ и добавил: — Один мой знакомый сказал, что сила — критерий истины. В целом, это недалеко от правды. Только сила бывает разной.

— Что вы имеете в виду? — видимо не до конца понял мою мысль Новиков.

— Чтобы изменить мир, одной грубой силы маловато будет. Нужно, чтобы другие разделяли ваши идеалы, — немного подумав, сформулировал я мысль. — Тогда за вами последуют остальные. И слабые, и сильные. Это одно из самых главных качеств лидера.