Чтение онлайн

На улице маячить, это как дразнить собак. Любой патруль заинтересуется, что же я делаю среди ночи в приличном квартале. А вот воспользоваться крышей дома напротив гостиницы вполне возможно. Вверх люди смотрят редко, а задние дворы, которыми ходят слуги, будто предназначены для тренировок в домолазаньи.

Я ушла с улицы к облегчению швейцара. Он периодически выходил на крыльцо, проверяя, убралась ли я или всё ещё подпираю столб.

Вскоре удобно устроилась в стыке крыш двух домов. Снизу меня увидеть мешал карниз, из окон гостиницы напротив - надвигающаяся ночная темнота. Уже начались сумерки и я, от нечего делать, рассматривала гостиницу. Вот, швейцар опять вышел на крыльцо. Что ему на месте не сидится? В угловом окне второго этажа выясняла отношения молодая пара. Через несколько окон пожилой человек ловил последний свет, что-то читая. Похож на средней руки купца, привычно экономит свечи, хотя гостиница могла позволить лампы. Номер рядом прибирала служанка.

На третьем этаже горело всего одно окно. Мне был виден только столик у стены, на котором стоял поднос с едой. Тарелка фруктов, кажется что-то мясное с гарниром, булочки и кувшин. Живот возмутился от этого провокационного зрелища. За последние три дня он получил лишь одну миску каши, бутерброд охранника и вдоволь воды. Набулькалась сначала из ручья, потом из городского колодца, пытаясь обмануть голод.

К столику сел де Граф, вяло поковырял в тарелке, пощипал булочку и раздражённо оттолкнул поднос. Налил стакан из кувшина, одним глотком выпил и устало уронил голову на руки. Так он просидел несколько минут, затем встал и ушёл вглубь комнаты, где я уже ничего не видела. Свет погас.

Я ещё попялилась в то окно, но ничего больше не происходило. Медленно моргая перевела взгляд на соседние, затем вниз, на вход. До усталого мозга дошло, что отсюда я хоть и увижу, как отряд покинет гостиницу, но вовремя спуститься вряд ли успею. И то, если тупо не засну и не просплю всё на свете. В голову пришла очередная "гениальная" идея.

Окно рядом с комнатой де Графа осталось открытым, а возле удобно проходила водосточная труба. Можно забраться через него, выйти в коридор и зайти к лорду-защитнику. Даже если портье остановит, то на шум князь же должен выйти?

Дождавшись, пока совсем не стемнело, и по улице пройдёт ночной патруль, я приступила к выполнению плана. Тусклый уличный фонарь освещал только небольшой участок перед входом, оставляя нужное мне крыло здания в темноте. Водосточная труба на поверку оказалась достаточно удобной для лазанья. Страшно стало только в самом конце, когда труба чуть отошла от стены, намекая, что её крепления не рассчитаны на стенолазов и форточников.

Осторожно, стараясь не шуметь, я забралась на подоконник и спрыгнула на пол комнаты. Только разогнулась, как в шею упёрся клинок.

– Не двигаться, - произнесли из темноты.

– И вам доброй ночи, - я узнала голос де Графа.

Несколько секунд тишины. Неожиданно зажглась настольная лампа, заставив прищуриться от яркого света.

– Вы?
– прозвучало ещё через секунду. Мужчина встал на колено, выпустил меч. Тот с лёгким стуком упал на ковёр. Я смотрела в лицо де Графа. Он осунулся, под глазами залегли тёмные тени, синие глаза неверяще смотрели на меня.

– Вы... как?

Де Граф протянул руку и осторожно убрал упавшую на моё лицо длинную прядь. Я не выдержала. Напряжение, скопившееся в последнее время, особенно за прошедший в городе день, взяло верх. Я обхватила мужчину за шею и, прижавшись к нему, банально расплакалась.

– Тогда, на дороге... напали, - сбивчиво, глотая слова и не прекращая плакать, я стала рассказывать о случившемся.
– Эрик сказал бежать, а я не смогла далеко... А он... Эрик..., - слова закончились. Перед глазами стояло тело в луже крови.

– Всё хорошо, - де Граф неуверенно поглаживал меня по голове и спине. Действовало успокаивающе.
– Эрик жив. В тяжёлом состоянии, потерял много крови, но жив.

У меня будто камень свалился с сердца, но плакать не перестала. Слишком ещё много что требовало выхода.

– Я потом всё же сбежала, - уже более связно смогла рассказывать. Но шею так и не отпустила.
– Добрались сюда, думала, к страже, а там он... Гад этот как-то здесь оказался... Ждал... А потом вас увидела.

– Кто, он?
– тихо спросил де Граф. Я уже перестала плакать и всё же отстранилась от мужчины.

– Начальник этих, похитителей. Ой!
– только сейчас заметила, что де Граф одет в одни подштанники и торопливо отвернулась. Да, я его в таком виде уже наблюдала, но, всё равно, неприлично.

По звукам за спиной поняла, что мужчина начал одеваться.

– Можете его описать?
– деловито спросил он.

– Маор. Стрижка под горшок. Высокий, примерно такой, - я подняла руку над головой.
– На лице шрам. С левой стороны через бровь до подбородка. Должен быть ещё в городе, меня ловить.

Усилием воли всё-таки смогла переключиться в деловой режим, снова подавив эмоции. Слегка расслабилась и хватит.

– Я понял, - ответил лорд-защитник.
– Я скоро вернусь, не исчезайте никуда, пожалуйста.

Я осталась в номере одна и, запоздало сообразила, что гостиница всё же достаточно высокого ранга, чтобы иметь номера из нескольких комнат. Может, здесь есть и на большее их количество, но этот состоял из гостиной и спальни, куда я влезла. А в гостиной должен ещё стоять почти нетронутый ужин. Не думаю, что хозяин будет возражать.

К возвращению де Графа я разделалась с отбивной, половиной гарнира и допивала третью кружку из кувшина. Судя по запаху, там был яблочный сок. На вкус тот же сок, только слегка газированный. На сытый желудок стало сильно клонить в сон, но я старательно прогоняла его, решив дождаться хозяина номера.

Когда он вернулся, я клевала носом стол, обеими руками держась за кружку. Де Граф подошёл, заглянул в кувшин, оценивая, сколько там осталось и, устало и как-то обречённо вздохнул.

– Ещё и напились...

Он забрал кружку и отставил её в сторону. Я полусонно и не совсем понимающе посмотрела на него. И правда, умудрилась напиться этим соком - комната слегка кружилась, в голове какая-то лёгкость, но хотеть спать не мешало.

Мужчина легко поднял меня на руки и понёс в спальню. Мне стало стыдно. Опять ему приходится возиться со мной, когда я в непотребном виде. Почему, как позориться, так при нём?

– Бракованный вам император достался, - язык сам озвучивал мысли, минуя мозг.
– От меня одни проблемы и неприятности. Прибили бы спокойно и выбрали нового, нормального. Зачем я вам такая дурная.

– Завтра об этом поговорил, - терпеливо ответил мужчина и уложил в постель.
– Спите, вам надо отдохнуть, - он накрыл меня одеялом.

– Вам тоже надо выспаться, - сонно и не открывая глаз, ответила я.
– Ложитесь, обещаю, приставать не буду.

Не дожидаясь реакции, повернулась на бок и уснула.