Чтение онлайн

– Тетради, - от резкого грубого вопроса Лияна смутилась. Опять появилась мысль, что сосед пошутил, тем более, он сейчас встал чуть в стороне так, что комендант его не видела.

– Тетради ей подавай, - проворчала женщина, но отложила книгу. На стол-прилавок, перегораживающий вход, плюхнулись две тетрадки.

– Забирай и иди отсюда, - комендант села на место, демонстративно раскрыв книгу, показывая, что разговор окончен. Лияна взяла выданное и успела только повернуться.

– Стоять!
– парень отлепился от стены и быстро подошёл к стойке. Забрал тонкие тетрадки и шлёпнул их о столешницу, привлекая внимание коменданта.

– Это что?
– требовательно спросил он.

– Тетради, - с непониманием ответила женщина.

– Почему только две и в таком состоянии?

Он двумя пальцами взял одну из тетрадей за обложку. Листы раскрылись, и стало видно, что бумагу когда-то подмочили.

– Крестьянам какая разница, что марать? Всё равно выживут за семестр, - комендант явно не понимала, что от неё хотят.

– Женщина!
– в голосе парня появился холод. Хоть разговаривал и не с ней, Лияна вздрогнула.
– Вы забыли, где работаете? Здесь нет крестьян и господ. Есть только студенты Ютонской Академии. И не вам решать, кому и сколько учиться. Извольте выполнять свою работу как положено.

Комендант зло на него смотрела, но с места не сдвинулась.

– Тетради. И письменные принадлежности. По списку, - де Самон чётко озвучил требования, глядя прямо в бесцветные глаза. На этот раз женщину проняло. Она торопливо достала уже сформированную стопку и узелок с перьевой ручкой и карандашами.

– Будем считать инцидент исчерпанным. Однако я, как староста группы, прослежу, чтобы все, - он выделил последнее слово, - получили положенное.

Ответом был злобный взгляд. Кажется, сосед только что нажил недруга. Торопливо расписавшись в ведомости, Лияна забрала вещи и отошла следом за парнем.

– Ненавижу скандалы, - как-то грустно произнёс он, рассматривая поднятую руку. Пальцы мелко подрагивали.

– Спасибо, но не стоило так из-за меня.

Парень поднял на Лияну глаза и чуть улыбнулся.

– Не только из-за вас. Мне выгодно чтобы группа хорошо училась, а без подходящей канцелярии это сложнее. После занятий на собрании расскажу.

Староста сдержал обещание, данное коменданту, и, сообщив о праве на канцелярские принадлежности, проследил, чтобы другие малоимущие из группы получили полный комплект.

По окончанию лекций, нудных и вводных, как одна расхваливающих изучаемый предмет, группа собралась в пустой аудитории.

– Вчера Рихард-дей, наш куратор, сообщил не всё важное и необходимое, - староста стоял у кафедры, остальная группа расселась по уже своим местам.
– Например, он не упомянул про столовую, или те же тетради.

– Господин как вас там, - небрежно перебил вальяжно рассевшийся парень, - вся это бесплатность нас не волнует, чай, не нищие.

Смешки с разных сторон показали, что эта позиция не одного его.

– Владо, - спокойно ответил староста.
– Меня зовут Владо, и обращаться можно с постфиксом -рей. С начала занятий в Академии не применяются статусные обращения и фамилии. Устав, раздел второй, пункт третий. Советую прочитать хотя бы второй раздел, он весь про правило равенства. Там же и про наказания за нарушение. Да, господа, здесь действуют довольно жёсткие правила, и про последствия их несоблюдения куратор как раз и не рассказал. Вы, наверно, уже заметили, что здесь почти нет обслуги. Их работу выполняют провинившиеся, то есть нарушители дисциплины и вышеупомянутого правила. В основном это уборка учебных классов и общественных мест.

– И что, ты доносить будешь?
– уже другой, неприязненный голос.

– Мне это невыгодно. Как кто-то вчера сказал, я - прокладка между деканатом и вами. Если что случится, сначала намылят шею мне, а уже потом я донесу до вас недовольство начальства. И, наоборот, если возникнут вопросы или проблемы у вас, сообщайте сначала мне или куратору.

Перейдём к более приятной теме. Если группа будет хорошо учиться и не иметь серьёзных нарушений, то на следующий семестр может получить ряд послаблений. Например, увеличенную стипендию, если она кого интересует, не назначение наказаний на уборку туалетов, и право выхода из Академии не только в выходные.

Эта новость студентов обрадовала, и они радостно загалдели. Староста дождался, пока одногруппники немного успокоятся, и продолжил.

– Также два раза в году после сессии проводится бал.

Собрание продолжалось около часа. После объявления недосказанного куратором накануне, приступили к обсуждению факультативов. Многие не смогли определиться и сообща пытались выяснить важность того или иного предмета. Некоторые даже не прочитали список.

Деканат. Вечер того же дня.

Рихард выписывал с принесённых старостой листов выбор студентами факультативных предметов. Расписание потом будут составлять специальные люди, но ему стало интересно, кто что хочет изучать. Большинство ограничилось минимальным количеством. Пять предметов взяло трое - ожидаемо два целевика и староста.

Постепенно деканат заполнялся людьми - занятия окончились. Стало шумно.

– О, Рихард, неужели твои уже все выбрали?
– куратор второй группы первого курса увидел заполненные бланки.
– Мои ещё думают.

– Мои тоже, - отозвался куратор первой.
– Чую, придётся им ставить рукоделие и стихосложение, чтобы в следующий раз не тянули. Кстати, Рихард, это не твои вчера отличились?

– Мои, - Рихард вздохнул. Предыдущий рекорд продержался девяносто лет и принадлежал самому Рихарду. Тогда первая дуэль в учебном году произошла после ужина.

– А что случилось?
– поинтересовался один из преподавателей старших курсов.

– Представляете, - пояснил куратор первой группы, - мы ещё собрание не закончили, а они уже дуэль провели!

– Ого! И какой же повод?

Все взгляды скрестились на Рихарде.

– У меня в группе есть совсем молоденький парнишка. Одному это не понравилось, в ответ тот выставил его дураком.

– И что, правда, сильно молод?

– Ему всего двадцать восемь.

– Ничего себе "всего", - возмутился кто-то из преподавателей.
– Мне скоро сорок, а я себя чуть ли не дедом ощущаю, а лет через пять им и стану.

– Он каор. Они и физически растут медленней, и психологически заметно отстают. Если перевести к людям, то ему лет двенадцать должно быть. Может, четырнадцать. Тут сложно однозначно провести параллель.

– Совсем ректору деньги глаза затмили, - высказал общее мнение преподаватель математики.
– Но лично я поблажек на возраст делать не буду

Неделя пролетела незаметно. Вроде только что пёстрой толпой слушали приветственную речь ректора, а теперь неровным тёмно-серым строем стоим на плацу. Форму успели всем пошить, и ещё в выходные, доставили в комнаты. Как и ожидалось, девушки тоже выбрали модель с широкими штанами, нечто среднее между хакама и шароварами. Длинные ленты на манжетах штанов я обвязала вокруг лодыжек, превратив шаровары в галифе. Девушки же навязали из них на щиколотках огромные банты.