Чтение онлайн

Марлена, шокированная его рассказом, молчала, а полковник продолжил твердо:

– Я рад был бы видеть вас в своем гарнизоне, лерра Де Вейк. Но как порядочный человек должен сказать, что вам здесь не место. Ваш брат по молодости еще не понимает этого, иначе не отпустил бы вас сейчас одну. И я не прощу себе, если до тех пор, пока он не осознает опасность вашего, лерра Де Вейк, пребывания здесь, с вами что-нибудь случится, - и добавил: - Не сомневайтесь, я и лерре Тер Вилде неоднократно повторял, что здесь не Норгатен, и никакой ее экстренный эвакуационный портал, на который она слишком привыкла полагаться, и который здесь к тому же не работает, ей не поможет, если она будет продолжать шнырять всюду в поисках материала для своего репортажа в одиночестве. Но лерра Тер Вилде в любом случае скоро нас покинет, а если вы планировали остаться, то должны понимать реальную картину.

– Благодарю вас, лерр Кейпер, - искренне сказала Марлена. – Мы действительно не представляли… Обещаю, что подумаю над вашими словами и не буду шнырять всюду в одиночестве. А сейчас все-таки дайте мне, пожалуйста, ключи от изолированного бокса.

– Берите, - вздохнул полковник, доставая ключи. – Выигрывайте свое сражение. Только строжайше следуйте всем инструкциям из памятки на двери бокса. Но если рядовой Денбринк выживет, то отправится под арест на две недели, так ему и передайте.

Полковник велел своему адъютанту, тому самому молодому офицеру из приемной, проводить Марлену обратно в лечебницу. Она бы предпочла в качестве провожатого фанен-фендриха Тимо, но того поблизости не оказалось. Наверное, служебные обязанности помешали ему дождаться.

Адъютант, звание которого Марлена так и не разобрала, потому что совсем забыла попросить Дилана научить ее этому, в отличие от Веккера оказался слишком боек и всю дорогу засыпал ее вопросами о жизни в столице, на которые она и не знала что отвечать, поскольку в Норгатене жила в основном в своей лаборатории.

В лечебнице Дилан, обрадованный ее возвращением с обнадеживающей информацией об изолированном боксе и ключами от него, коротко сообщил, что Эмил очнулся, но слишком слаб, и что он запретил ему вставать, и отправился искать подвал и дверь, к которой подойдут ключи, а Марлена прошла в смотровую.

Смирно лежащий на кушетке все в той же позе Эмил встретил ее напряженным взглядом, ожидая, конечно, что она опять начнет его стыдить и отчитывать. Интересоваться его самочувствием не имело смысла, бледность и слабость свидетельствовали о нарастающей дыхательной недостаточности, а роль занудной воспитательницы не нравилась и самой Марлене, но все же ей пришлось сказать:

– Нужно немедленно сообщить Дилану о кастодере.

– Я думал, может, уже не обязательно, - пробормотал Эмил разочарованно.

– И не надейся! – покачала головой Марлена. – Я не дам тебе сбежать на тот свет от выполнения этого обещания.

Она присела рядом и сжала его запястье, нащупывая пульс. Биение его прослушивалось слабо и пугало неритмичностью. Оперировать нужно было как можно быстрее.

– Как только Дилан вернется, все ему расскажешь, - распорядилась она, вставая.

– Не уходи! – теперь уже Эмил схватил ее за руку. – Давай скажем вместе!

– Ты действительно боишься Дилана больше, чем смерти? – удивилась Марлена.

– Я боюсь потерять его доверие, - угрюмо отозвался Эмил. – И испортить этим последние часы, когда мы вместе.

– Совсем не веришь, что мы тебя вылечим? – усмехнулась Марлена.
– И потому героически пытался скрывать симптомы? Тоже чтобы не портить последние часы?

– Я видел, как умирал человек с такими же травмами и признаками, - сказал Эмил устало.
– А вы без магии все равно ничем не можете помочь, только зря тратите время, которого у вас мало.

– Но говорят, здесь в подвале есть операционный бокс, изолированный от глушителей магического поля, ты разве не знал о нем? Кастодер тебе вживляли не там?

– Не знаю где вживляли, - ответил явно удивленный Эмил. – Может и там. Меня предварительно отключили каким-то уколом.

Марлена задумалась. Анестезия? Или какой-то препарат из протокола подготовки к вживлению? Оставалось только надеяться, что внутри бокса окажется так нужная ей информация о кастодерах, и что Дилан на найдет ее сейчас первым.

– Я так или иначе испорчу тебе последние часы, - предупредила Марлена. – Чтобы попытаться сделать их не последними. Я собираюсь прооперировать тебя в этом подвальном боксе, и мне понадобится помощь Дилана. Поэтому нужно, чтобы он знал о твоем состоянии все, в том числе и про вживленное устройство, - и, тронутая ошеломленным видом Эмила, предложила: - Ну хочешь, я расскажу все сама?

Эмил только кивнул и закрыл глаза.

Дилана она нашла не сразу. Пришлось обойти почти весь лечебный корпус, прежде чем Марлена увидела распахнутую двойную дверь, за которой начинался пологий пандус для каталок, ведущий вниз в темноту. В торцевой стене узкого подвала обнаружилась еще одна дверь, металлическая и очень тяжелая. Марлена с усилием приоткрыла ее, вошла в операционный бокс и тут же споткнулась, отпрянув, и невольно заморгала, ослепленная и оглушенная нахлынувшей лавиной разнообразных ощущений от разноцветных вспышек в глазах до полной осязательной иллюзии окатившей с головой горячей щекочущей волны.

– Адаптация просто сбивает с ног, да? – Дилан, который издали показался ей темным силуэтом на фоне ярких хаотично плавающих пятен, приблизился и поддержал, обхватив за талию. – Вход в тишину был менее эффектным, чем выход из нее.

– Может, надо было не вбегать сразу, а постоять на границе? – предположила понемногу приходящая в себя Марлена. – Полковник упоминал какую-то инструкцию на двери, но должно быть она внутри. С той стороны я ничего не заметила.

– Здесь полно инструкций по всем стенам, - подтвердил Дилан. – Я полюбопытствовал и теперь просто в шоке. Представь, какие-то твари придумали для предотвращения побегов из зоны тишины вставлять прямо в человека посылающий смертельный импульс датчик магнитного поля!

– Вот об этом датчике я и хотела с тобой поговорить, - призналась Марлена.

Наблюдая, как по мере ее рассказа лицо Дилана делается все более холодным и отчужденным, она впервые заподозрила, что, может быть, Эмил знал ее жениха с некоторых сторон получше, чем она сама, и боялся разговора с ним совсем не безосновательно. Следующим неприятным открытием оказалось то, что обижается Дилан почему-то именно на нее.

– Что Фуриозо совершенно чокнутый, и от него можно ожидать любых сюрпризов, я представлял, - заявил он ледяным тоном.
– Но тебя я считал умнее и надеялся, что это ты влияешь на этого ненормального, а не наоборот!

Задетая несправедливостью претензий Марлена все-таки сдержалась и не стала напоминать, что это именно она настаивала на необходимости открыть все тайны, а решила, что пусть уж Дилан сейчас лучше злится на нее, чем на измученного и ослабевшего Эмила, и только попросила:

– Пожалуйста, возвращайся сейчас к Эмилу и постарайся его успокоить. Покажи, что не сердишься и не обижен, он на самом деле этого очень боится. Я не упоминала еще, что хочу попробовать удалить кастодер, чтобы не давать ложной надежды, если никаких инструкций здесь не найду. Но раз они есть, можешь рассказать, что мы постараемся избавить его и от этого магического убийцы тоже. Это его должно подбодрить. А я займусь изучением инструкций и когда буду готова, приду за вами. Нужно торопиться, потому что проблемы с дыханием прогрессируют.