Чтение онлайн

– Твое терпение тоже уже на исходе, королева?
– тихо осведомился неслышно появившийся на кухне Эмил и в худших своих традициях тут же попытался упавшую крышку поднять.

Дальше поднимать пришлось уже его самого, и, усадив, наконец, непослушного пациента в его любимый уголок за столом, где он мог привалиться к стенке, Марлена молча остановилась перед ним, на самом деле, уже едва сдерживая гнев.

– Только не усыпляй, - проникновенно попросил Эмил, вскидывая на нее распахнутые невинные глаза, в которых, разумеется не просматривалось ни капли раскаяния. – Можешь связать, но только когда наш старший брат вернется со своего свидания!

– Лерра Тер Вилде считает, что старшая я, - буркнула Марлена и вернулась к чайнику и плите, так и не поняв, на кого уже сейчас злится больше - на ехидную журналистку или на упрямого пациента, никак не желающего поберечь если не себя, то хотя бы результат марлениных трудов.

– Не бери в голову! – легко посоветовал Эмил. – Она просто завидует.

– Мне? – не поверила Марлена.

– Тому, что ты маг. Сама она бездарна, вот и пытается тебя уязвить.

– Откуда ты знаешь? – удивилась Марлена. – Подслушивал, что ли?

– Просто у меня очень хороший слух, - заверил Эмил и тут же перевел разговор на единственную волнующую его тему.
– Ты сможешь уговорить Дилана немедленно вернуться в Норгатен?

– И пытаться не стану! – отрезала Марлена.

– Но ты очень хорошо на него влияешь!
– попробовал подольститься Эмил. – Про кастодер же сумела рассказать так, что он на меня даже не обиделся.

Зато обиделся на меня, - подумала Марлена и решительно покачала головой:

– Мы не оставим тебя здесь, смирись уже с этим. Лучше придумай, как выбраться отсюда.

Эмил откинулся на стену, прикрыл глаза и начал негромко и задумчиво высвистывать какую-то мелодию, совсем не похожую на марш. И этим напомнил Марлене отца, который так же любил насвистывать за работой, а заглянувшая за чем-нибудь в лабораторию лерра Лотта неизменно предупреждала, что он просвистит богатство, а отец, смеясь, отвечал, что при отсутствии такового и бояться нечего.

Сама не заметив, как под этот аккомпанемент успокоилась и даже начала чувствовать себя почти уютно, Марлена занялась приготовлением ужина, стараясь при этом не очень громко звякать кастрюлями.

Когда во флигель опять застучали, Эмил прервал свою медитацию и настороженно предупредил:

– Не открывай никому, кроме Дилана!

– Наверное, принесли паек, - предположила Марлена и, прячась за занавеской, осторожно посмотрела в окно. – Там с большой корзиной этот твой знакомый… с синяком на лбу.

– Федде? – оживился Эмил. – Впусти его!

– Я только заберу корзину, - сказала Марлена. – А ты пообещай не показываться! – напоминать Эмилу про угрозу ареста она не стала, еще решит, что как раз такой вариант развития событий вынудит их с Диланом вернуться в Норгатен без него, а придумала другую версию: - Пока все считают, что ты при смерти, мы можем не возвращать ключи от бокса.

– Мне необходимо поговорить с Федде! – не согласился Эмил. – Он сейчас моя единственная связь с человеком, который может помочь выбраться из Гастенхазе. Просто, приведи его сюда!

Не уверенная, что поступает правильно, Марлена отправилась впускать посетителя.

– Здрасьте, лерра доктор! – стянув фуражку, широко заулыбался ей здоровяк Федде и продемонстрировал свою ношу. – Я вызвался сам вам уголек доставить, вот!

– Спасибо, - невольно улыбнулась в ответ Марлена. – Вижу, ваш синяк уже почти незаметен. Доставьте, пожалуйста, тогда прямо на кухню.

– Здорово, Федде! – поприветствовал гостя из своего угла Эмил. – Что новенького?

Не ожидавший подобной встречи здоровяк споткнулся и чуть не выронил корзину.

– Чалый, – пробормотал он испуганно, – ты все еще здесь!

– И все еще живой, - подтвердил Эмил.

– Это-то и паскудно, Чалый! – воскликнул Федде с горячностью и, виновато оглянулся на Марлену. – Извиняйте, лерра доктор, но иначе тут не выскажешь… Пошел слух, что ты, Чалый, до сих пор в больничке отдыхаешь, потому что продавился и поешь! Троих дружков Рула взяли на шконку прямо ночью из казармы, а самого потаскали, но отпустили. Теперь грозится, что тебе не жить! Говорит, и на губе достанет, у него там кто-то есть схваченный.

– Не пел я! – возмутился Эмил. – Вообще рта не раскрывал. Другой кто-то раскололся!

– Да я-то верю, - вздохнул Федде печально. – А вот Рулу на тебя указали. Своих ему подозревать западло, а тебя захреначить - милое дело. Простите, лерра доктор… Так что я бы на твоем месте, Чалый, сидел тут в больничке, как пришитый, и за порог не отсвечивал.

Проводив этого доставщика очередных плохих вестей, Марлена подрагивающими от нервного напряжения пальцами заперла дверь и вернулась на кухню. Эмил сидел, опустив голову на сложенные на столе руки, и даже не пошевелился, когда Марлена подошла и села напротив.

– Фанен-фейндрих Веккер упоминал вчера, что участников той драки собираются выявлять по свежим травмам, - тихо сказала она. – Поэтому Федде и прибегал тогда пудрить синяк.

– Федде в драке не участвовал, - вяло отозвался Эмил.

– Но кого-то они все же выявили. Утром комендант сообщил мне, что причиной драки была, как он выразился, очередность «щупать бабенку», и убеждал, что в гарнизоне мне не место. Значит, к тому моменту кто-то уже успел все рассказать.

– Кейпер так и сказал, что именно тебе здесь не место? – уточнил Эмил, взглянув на нее.

– Да, заявил, что должен предупредить об этом, даже несмотря на то, что в Гастенхазе нужны лекари, - вспомнила Марлена. – И что лерре Тер Вилде он тоже говорил, что ее экстренный портал здесь ей не поможет, но она и так скоро уедет, а я, если хочу остаться, должна представлять ситуацию. Этот Рул, что теперь тебе угрожает, тот, кто мог бы помочь выбраться?

Эмил лишь кивнул и снова уронил голову на руки.

– Все равно это был слишком ненадежный план, - сказала Марлена с искусственной бодростью. – Довериться какому-то преступному авторитету Дилан ни за что бы не согласился. Но под арест тебе теперь категорически нельзя.

– Не говори Фокозо, - традиционно попросил Эмил слабым голосом.

– Ну уж нет! – заявила Марлена решительно. – Больше никаких тайн между нами не будет! Принимать решения надо сообща и исходя из полной информации. И чтобы ты не воображал себя самым отягощающим фактором из нас троих, хочу предупредить, что рядом со мной в Норгатене может оказаться еще опаснее, чем на твоих минных полях. Я пыталась отравить министра пропаганды.

Эмил вскинул голову и потрясенно уставился на нее широко раскрытыми блестящими глазами.