Чтение онлайн

Да, различия между русским и украинским языками меньше, чем между тирольскими, австрийскими, верхне- и нижненемецкими говорами. Применяя к Германии те же методы (того, что сегодня называется nation buildings), какие на протяжении столетий применялись к Руси, можно было бы добиться повторного (подобного существовавшему в XII–XVIII веках) разобщения германцев.

Каковы были эти методы? Это были методы лжи, подмены и выдачи желаемого за действительное. Способы, какими в советские времена создавалась иллюзия, что понятие «украинский язык» существовало еще в XVI веке, показывает, например, исследователь Р. Храпачевский: «даже в таких сборниках как „Материалы к истории Украины“ можно было встретить следующее: в заголовке публикуемого документа писалось „лист брацлавскої шляхти королю Стефану Баторію про те, щоб укази писалися їм не польскою мовою, а українською“, а в тексте самого памятника под этим заголовком читалось — „просимо… рускимписмом выдавати“. Последовательная подмена в таком духе производилась повсеместно, что полностью соответствовало подходу М.С. Грушевского, который настойчиво заменял „Русь“ на „Украину“ в своей многотомной „Історії України-Руси“» {182} .

Современные украинские создатели никогда не существовавшей «виртуальной истории» идут еще дальше советских. Вспомним еще раз о выходе в современном украинском издательстве произведений Н.В. Гоголя. Редактор счел себя достойным «исправить» Гоголя там, где он употребляет слово «русский». Например, в «Тарасе Бульбе» вместо «Да есть ли на свете та сила, что пересилила бы русскуюсилу!» — теперь (согласно украинским редакторам) следует читать « козацкуюсилу».

До такого не додумывались даже в «тоталитарном» СССР. Тогда, если уж произведение запрещали, то запрещали целиком. Тогда не могли додуматься, что можно немытыми руками влезть в текст, написанный столетиями раньше, причем написанный человеком, заведомо более умным, талантливым и значительным, чем целая свора современных «диячив»…

До самого конца Речи Посполитой, т.е. до XVIII века, современная территория Галиции (Галичины) называлась «Русским воеводством». Название было искоренено Австрийской монархией, видевшей в любой «русскости» поползновения Российской империи на австро-венгерские территории. И также искоренены были во время Первой мировой войны как минимум 30 тысяч галицийских русофилов, — в Талергофе и других концентрационных лагерях, а также прямо на месте, в Галичине, без суда и следствия…

Мы не можем утверждать, как делают некоторые исследователи и просто нелюбители всего украинского, что «украинский язык придумали поляки». В то же время, невозможно отрицать влияния Польши и поляков, которые первыми в истории начали разрабатывать для Украины принципы так называемого «фонетического письма» (как слышится, так и пишется).

Этих поляков, даже и после трех разделов Речи Посополитой не перестававших мечтать о «Польше от можа до можа» (т.е. от Черного до Балтийского моря), разумеется, не устраивало, что шевченкового «Кобзаря» свободно читают в Санкт-Петербурге. Для них нужно было, чтобы хотя бы записанная речь обитателей Южной Руси стала недоступной для понимания жителей Северной и Западной.

Эти и другие «полезные наработки» были реализованы при Советской власти. Прежде всего, вместо существовавших трех русских народностей — великороссов, белорусов и малороссов — были провозглашены три отдельные народа, а название «русский» оставлено только за одним из них.

Была проведена реформа правописания, призванная максимально возможно разделить языки. К слову, академик Д. Лихачев в молодости попал за решетку не потому, что был противником Советской власти, хотя в старости и стал ее противником, а за то, что написал работу о некоторых преимуществах старой орфографии, объединявшей, а не разделявшей языки и наречия. То есть Лихачев стал жертвой не просто «сталинских сатрапов», но конкретно — сатрапов-коренизаторов (применительно к УССР — украинизаторов).

Примерно тогда же была произведена подмена содержания понятия «Малая Русь».

Первоначальное значение, понятное в переводе жителю любого уголка планеты, слова «малая» применительно к стране или части страны означает — исконная, первоначальная, коренная. Например, Малой Грецией до сих пор называется изначальная территория Эллады и прилегающих островов, а Великой Грецией — все пространство колонизированного эллинами мира, от Массилии (ныне Марсель) до черноморских Херсонеса и Пантикапея.

Вместо этого традиционного, свойственного европейской культуре понимания, «Малая Русь» стала трактоваться как «меньшая, низшая, второсортная». И именно в среде националистов широчайшее употребление получили словосочетания «старший брат — младший брат» — по отношению соответственно к русскому и украинскому народам, хотя изобретены такие «родственные отношения» были идеологами СССР.

Неоспоримые доказательства этому дает мониторинг любых, наугад взятых СМИ. Если российские указанных словосочетаний почти не употребляют, то в украинских СМИ националистического толка они широко используются: «старший брат снова лезет», «малороссы — это вечные младшие братья», — в таком примерно контексте.

Употребление же слов в несвойственном им значении есть признак необразованности. Люди, использующие слова «Малороссия» и «малоросс» в уничижительном, «преуменьшающем» значении, не только проводят определенную идеологию, но и демонстрируют собственную малограмотность.

Разумеется, большевики были врагами националистов. В той части, в которой те были «буржуазными», и в той, в которой проповедовали превосходство одних наций над другими.

Но во многом прочем мы находим удивительное количество общих черт. Практически во всем, что касалось утверждения отдельности русского и украинского народов, они были заодно.

Многочисленные подтверждения мы находим в истории Гражданской войны на Украине. Так, А. Дикий в «Неизвращенной истории Украины-Руси» описывает переговоры между Центральной Радой и большевиками:«„Точно так, как вы создали диктатуру рабочих и крестьян в России, так нам надо создать диктатуру украинского языка на Украине“, — заявил Винниченко Раковскому и Мануильскому. Когда Раковский передал это Ленину, Ленин сказал: „Разумеется, дело не в языке. Мы согласны признать не один, а даже два украинских языка(выделено мной. — Г.С.), но, что касается их советской платформы — они нас надуют“» {183} .

Сегодня украинские «историки» говорят об украинских книгах, издававшихся еще до Франциска Скорины, украинских православных братствах, при этом напрочь игнорируя тот факт, что люди, писавшие и издававшие эти книги, состоявшие в этих братствах, даже не подозревали, что они являются украинцами — эти люди называли себя русскими.

Понятие «Украина» в значении не «окраины», а географической области, входит в употребление примерно с конца XVIII — начала XIX века, а слова «украинец», «украинский» — еще позднее. Характерно употребление этих слов у Т.Г. Шевченко не столько в стихах, а в том, что он писал для себя и только для себя. По свидетельству Р. Храпачевского, «в своем личном дневнике (за 1857–1858 гг.) он использует 21 раз слова „Малороссия/малороссийский“ и только 3 раза „Украина“ (при этом он не использует прилагательное „украинский“ вообще)».

Разумеется, это было возможным не из-за отсутствия у Т.Г. Шевченко украинского патриотизма и не из-за его «малоросійської меншовартістності» по сравнению, например, с Павлом Мовчаном {184} , — просто в те времена еще не было слов «украинец» и «украинский» в современном понимании. Говорили, например, «украинская ночь», но не «украинские граждане».

Использование такого нехитрого приема — подмены «русского» «украинским» — в пропаганде современных националистов и близких к ним «свідомих громадян» встречаем повсеместно. Украинскиекнязья Ольга и Ярослав… Креститель УкраиныСвятой Владимир… Законодателей идеологической моды вовсе не заботит, как должен выкручиваться учитель истории в современной школе, если слишком любознательные дети начнут интересоваться: «А почему Владимир и Ольга не знали, что они — украинские князья? А если знали, то почему ни они сами себя, ни кто-либо из знавших их людей не называл их украинскими?»