Чтение онлайн

Зазвучал гитарный перебор, голос запел:

– «Это история про один ураган…»

Сергей лег на диван, сладко потянулся. Когда же закончится эта проклятая зима? Каждая зима в Нью-Йорке тянется вечность. Скорей бы подул теплый ветерок. И тогда они снова будут встречаться с Олькой после работы, охотиться на «утку по-пекински», заглянут в ресторан «Украина», где красный борщ со сметаной и холодец с хреном словно доставлены спецрейсом с гоголевских хуторов…

Скоро придет Оля. Замерзшая и уставшая. Сергею вдруг захотелось, чтобы поезд застрял. Хоть на полчаса. Скажем, на Манхэттенском мосту – там ведь давно что-то ремонтируют. И тогда он еще полчаса побудет один. Выкрав это время у Оли.

«Это история про один ураган…»

А Лоренс не идут брюки в обтяжку – факт! В юбке ей куда лучше. Сергей закрыл глаза и увидел Лоренс – тунисскую француженку, сидящую в офисе напротив Сергея: ее темно-карие глаза с поволокой, пухловатые, но красиво очерченные губы, длинные иссиня-черные волосы. Женщина, созданная для любви, но погибающая на работе...

В коридоре раздались шаги. Наверное, Оля. Сергей хотел было встать, но шаги затихли, и вскоре хлопнула соседская дверь.

Когда приходит Оля, квартира вмиг оживает: на плите свистит чайник, в ванной льется вода, в спальне разрывается телевизор, почему-то сразу начинает звонить телефон. Они ужинают, болтают, отвечают на телефонные звонки. И так, незаметно, проходит вечер.

Сергей снова прикрыл глаза. И – снова Лоренс, в шелковой блузке с игриво расстегнутой пуговичкой...

В шесть ноль-ноль все сотрудники вскакивают с мест – и через минуту в офисе ни души. Кроме Лоренс. Сергей никогда не задерживался на работе. А остался бы хоть раз. Любопытства ради.

Щелкнул дверной замок. Оля – в черном пальто, побледневшая от холода.

– Сереженька, представляешь, поезд застрял в тоннеле, торчали полчаса, – вдруг взглянула на мужа, словно заметила в нем что-то незнакомое. – Как я по тебе соскучилась, – подошла и поцеловала.

2

Где же Лоренс? Быть может, взяла отгул. Набрав очередной номер телефона, Сергей завел вялый разговор с клиентом.

Он работал в небольшой телефонной компании международной связи. Фирмой владели французы. Отдел Сергея занимался телемаркетингом, попросту говоря, переманиванием клиентов. Работа, в общем, несложная: звони наугад по любому номеру в городском телефонном справочнике и начинай расхваливать компанию. Обещай самые низкие цены, гарантируй отличное качество услуг. Чаще всего разговор заканчивается безрезультатно, но порою, после долгих заверений, кто-либо соглашается стать клиентом их компании. Потом очень скоро выясняется, что большинство обещанных льгот – липовые, качество связи – из рук вон плохое. Разгневанные, клиенты уходят, но почему-то продолжают числиться в банке данных фирмы.

Ежедневная норма каждого сотрудника – десять новых клиентов. Сергею удается переманить не более пяти. Впрочем, босс, видя крайне низкую эффективность работы месье Сержа, не слишком возмущается. Зарплата ведь у него чепуховая. Непонятно, зачем он им нужен. Да и зачем вообще нужна эта телефонная компания, где в списках числятся тысячи мертвых душ?

Подошел босс, Жан Луи:

– Месье Серж, в пятницу вечером – поход в ресторан, у Лоренс день рождения. Заказаны устрицы, утка по-руански, жаркое из зайца, мидии в сметане… .

– О`кей, – кивнул Сергей.

– В пятницу – ресторан, а сегодня – на пиво, – к нему наклонился Стефано и заговорщически подмигнул.

ххх

Сидели со Стефано в баре. Холодный густой эль пенился в кружках. В этом баре все отвечало их запросам – умеренные цены, сносная еда и почти всегда свободный столик.

– Серж, ну так что, сегодня мы наконец поедем или нет? – спрашивает Стефано, отхлебнув из бокала. Он говорит на английском с сильным французским акцентом.

Вот уже несколько месяцев Стефано напрашивается к ним в гости. Этот двадцатидвухлетний Милый Друг (так его прозвал Сергей) даже не скрывает, что ему нравится Оля.

– Ты помнишь, как закончил Мопассан? – спрашивает его Сергей.

– Мопассан? То ли умер от сифилиса, то ли утонул. Слушай, так мы поедем или нет?

– Может, поедем. Куда ты торопишься?

Какой он, однако, шустрый, этот француз. Нет бы – придумал что-нибудь оригинальное. Скажем, разузнал бы, где Оля работает, подкараулил бы ее у дома или прислал бы цветы. Да мало ли что! Французская литература дает множество инструкций для соблазнителей чужих жен. Как измельчали нравы, однако.

– Девушка, пожалуйста, еще по бокалу.

Конечно, ради забавы можно привести Стефано к себе домой. Накормить гречневой кашей и свиной отбивной. И напоить водкой. Без всяких трюфелей. Оля потом поможет уложить этого донжуана на диван. Лишь бы не буянил. У Оли не такой дурной вкус, чтобы всерьез говорить о Стефано. Для нее куда интересней босс их компании – Жан Луи. Невысокий, неприметный, на первый взгляд. Но выправка. Но бронзовое лицо. А глаза – угли, подернутые пеплом. Только дунь… Оля не признается, что испытывает, когда приходит к ним в офис на какой-нибудь праздник или чей-то день рождения. Жан Луи тогда в секунду преображается, наливает бокал шампанского и подает даме (слышится звяканье офицерских шпор): «Мадемуазель!»…

– Ну что, поедем? – спрашивает Стефано, выпивая залпом полкружки.

– Поедем, поедем, – уверяет Сергей. Тоже пьет и вскользь отмечает, что речь Стефано стала ему гораздо понятней. Исчез акцент, что ли. Во всяком случае, они уже не переспрашивают друг друга по нескольку раз.

У Стефано развязывается язык. Он начинает жаловаться на нехватку денег, на тараканов, которых невозможно вывести из квартиры, на Жана Луи, вечно недовольного его работой.

– Ты когда улетаешь в Париж?

– Через три месяца. Серж, вы приедете с Олей ко мне в гости? У моих родителей в Париже двухэтажный дом, нам троим там вполне хватит места. Нет, в Нью-Йорке я не останусь, какой мне резон? Здесь все очень дорого.

Он приступает к бухгалтерии: да, две тысячи долларов – зарплата, но минус медстраховка, минус коммунальные услуги... А Сергей уплывает на старые Киевские горы, на Щекавицу, покрытую в мае густой сочной травой. С Андреевского спуска туда вела деревянная лестница с прогнившими ступенями. Ее потом заменили чугунной, поэтому ящики с пивом заносить наверх стало намного легче. Там, на вершине горы, они, студенты-социологи, сидели, как гоголевские казаки, открывая одну бутылку за другой. И друг Мишка, поправляя очки, спрашивал: «Ну что, хлопцы, есть ли еще порох в пороховницах?» И хлопцы дружно отвечали: «Есть, батько!..»

– Серж, а ты остаешься в Нью-Йорке? – спрашивает Стефано. Он говорит уже вовсе без акцента. Быть может, даже перешел на русский. Во всяком случае, они понимают друг друга с полуслова.

– Да, остаюсь в Нью-Йорке, хотя здесь все дорого.

Поди, объясни этому легкому, как перышко, парижанину, что у них разные истории. И географии тоже разные. Стефано в эту компанию устроил отец. Чтобы сын таким образом прошел солдатскую службу. (Во Франции призывник имеет право выбора, в каком учреждении – военном или гражданском – проходить военную службу.) Министерство обороны оплачивает ему аренду квартиры в Нью-Йорке и выдает ежемесячную зарплату в две тысячи долларов. Теперь срок службы у Стефано заканчивается, и папа нашел ему работу в Париже.