Чтение онлайн

Истинной страстью его также стало коннозаводское дело. Скрестив лошадей разных пород, он вывел тип рысистой верховой лошади, которая как нельзя лучше подходила для климатических условий России. Орловский рысак – о ней все знают.

В 1787 году началась вторая турецкая война, и императрица вновь призвала Алексея Орлова на службу, чтобы он встал во главе русского флота. Правильнее будет сказать, что она не призвала, а пригласила Орлова, оставив за ним возможность отказаться. Этой возможностью он и воспользовался, как всегда сославшись на болезнь. Кажется, императрица обиделась, но не ухудшила своего отношения к Чесменскому герою. В 1795 году Екатерина вспомнила о старых заслугах Орлова. «… В знак же моего к вам благоволения посылаю вам табакерку. Вся цена ее состоит в изображение того памятника, который славу нашу и знаменитые отечеству заслуги ваши свидетельствуют». Речь идет о колонне в честь победы Орлова при Чесме, поставленной на озере в Царском Селе.

В 1796 году Екатерина скончалась, на трон взошел ее сын Павел. Вот здесь новоиспеченный император вспомнил все грехи Алексея Орлова. Павел решил перезахоронить останки отца, перенеся их в Петропавловский собор. По Невскому тянулась длинная процессия, народу – тьма. Алексею Орлову выпало нести корону покойного императора. Кто-то из ближайших сановников в этой процессии чуть сознание от страха не потерял, а Орлов выполнил свою задачу спокойно и с достоинством.

При Александре I Алексей Григорьевич Орлов был опять в чести и при деле. При войне с Наполеоном 1806-1807 годов он был главнокомандующим пятой областью земского войска. Умер граф Орлов в 1808 году в возрасте 71 года. Дочь его Анна, как водится, красавица и умница, замуж не вышла. Всю свою жизнь она посвятила себя церкви, живя в Юрьевом монастыре. Там она и похоронена.

Заслуги Екатерины II во внешней и внутренней политике неоспоримы. Одна из самых образованных правителей Европы, она была работоголиком, «неутомимой труженицей» на троне. Фридрих II с обидой и насмешкой заметил как-то: «Мне сказали, что она работает больше, чем я». У Екатерины были сильная воля, государственный ум, легкий характер и хорошо развитое чувство юмора.

Все это идет со знаком «плюс», но чувствуете, куда я клоню? Есть одна тема, которая раньше деликатно обходилась, а сейчас о ней пишут даже с некоторым упоением. Тема эта – слабости Екатерины, то есть фаворитизм, в котором она, с точки зрения потомков, «перелишила». Н. И. Павленко в своем бытописании императрицы сообщает: «Ни до Екатерины, ни после нее распутство не проявлялось в такой откровенно вызывающей форме». Он даже употребил сильное слово «разврат».

Екатерина Великая не входит в число моих любимых исторических персонажей. Конечно, знакомясь с ней ближе, тут же подпадаешь под ее обаяние, но не об этом речь. Просто у меня к этой императрице совсем другие претензии. Вступление ее на трон ознаменовалось убийством мужа, уход из мира – убийством сына. «Я имела счастье встретить хорошие и истинные принципы, которые способствовали к достижению мной громадного успеха. Я имела и несчастья, которые происходили от ошибок, к которым я была совершенно непричастна и происшествия, быть может, от неточного исполнения моих желаний» – это ее слова. Она не говорила прямо – «убейте моего мужа» или «убейте Ивана Антоновича», но эти люди ей очень мешали. А рядом были другие люди, которые умели угадывать ее желания. Такие угодники были и при царизме, и при сталинизме, и при «застое», есть они в избытке и в новых временах. О них у нас говорят – бежит впереди паровоза. И уж конечно, Екатерина не имела прямого отношения к убийству сына, которое последовало через четыре года после ее смерти, но оно было сделано руками ее фаворитов, которые загодя мысленно были к этому подготовлены. Неуважительное, пренебрежительное отношение к Павлу ее любовников в течение всех лет ее правления создало особую атмосферу, при которой убийство в Михайловском замке стало возможным. Павел, понятное дело, сумел, как и его отец, настроить против себя гвардию, сановников – общественность, как сейчас говорят. Но характер – это тоже плоды воспитания и отношения к нему маменьки. Недаром в Европе Павла прозвали «русским Гамлетом».

Вообще, все великие почему-то гнобили, а то и убивали своих детей. Тут и Иван Грозный, и Петр I, и Иосиф Сталин, если хотите. Пошевели наш вождь пальцем, и жизнь его плененного сына была бы спасена. А казнь Мировича? При Елизавете существование Ивана Антоновича было ужасным, но он был жив. Зачем Мировича казнили? Ведь всех миловали, ссылали в Сибирь или на Камчатку, а этому голову отрубили. Чтоб молчал, не сболтнул лишнего. И все это Екатерине легко прощается. А вот фаворитов никак не могут простить.

Сколько их было – фаворитов – десять, двадцать, тридцать? Историки сошлись на цифре «двадцать один».

Вот список возлюбленных, составленный Лонгиновым в середине XIX века: князь Г. Г. Орлов (1759-1772), А. С. Васильчиков (сентябрь 1772-лето 1774), князь Г. А. Потемкин (ноябрь 1774-1776), П. В. Завадовский (ноябрь 1776-июль 1777), С. Г. Зорич (июнь 1777-июнь 1778), И. Н. Корсаков (1778-июнь 1779). До 10 октября 1779 года через спальню императрицы прошли Стахиев и Страхов. Время с октября 1779-го по март 1780 года принадлежало В. Я. Левашову и Н. П. Высоцкому. А. Д. Ланской (апрель 1780-июль 1784), где-то в этот же промежуток возник некто Мордвинов. А. П. Ермолов (с февраля 1783-июнь 1789), А. М. Дмитриев-Мамонов (июль 1786-ноябрь 1789), князь П. А. Зубов (июль 1789-ноябрь 1796). Есть еще пара-тройка неведомых имен. Я. Л. Барсков настаивает еще на двух фамилиях – Милорадовича и Миклошевского. Вот такой послужной список!

Были еще наверняка случайные, незафиксированные связи, дурная молва в народе и куча скабрезных анекдотов. Каждый изголялся, сообразуюсь с собственным воображением. А вообще-то свечки никто не держал, а нам из нашего далека кривить губы в праведном негодовании и вовсе не пристало. Развратница, говорят. XXI век, поглядись в зеркало! Сейчас, в век сексуальной революции, гомосексуализм и лесбиянство стало нормой, развратом называют только педофилию и скотоложество, а там, смотришь, ссылаясь на гуманизм и политкорректность, и это найдут способ оправдать.

Я не феминистка, у меня было «очень ограниченное число мужчин» (при подсчете из пяти пальцев три будут лишними), но я готова защищать в этом вопросе Екатерину. У мужчин повышенный интерес к противоположному полу никогда не считался смертным грехом. Слово «бабник», равно как и «пьяница», всегда находил в народе понимание и добрую усмешку. Всем известно, и Андрей Кончаловский, очень уважаемый мной человек, по телевизору популярно объяснил, что генетическая задача мужского пола – сеять семя. Мужики его и сеют, обрастая кучей любовниц и случайных связей. Но если бы этот «посев» сочетался, например, с физической болью, думаю, что урожайность здесь весьма подсократилась. Но нет, на своих «полевых» работах мужчины получают максимум удовольствия (при минимум ответственности). Думаю, что и женщины имеют право на физическое удовольствие.

Фаворитизм не Екатерина выдумала, нравы XVIII века были очень свободны. Если бы на каждую даму во Франции поставили счетчик… В своих любовных утехах Екатерина, по крайней мере, была порядочным человеком – мужей от жен не уводила, в отношениях с любовниками была честна, при расставании голов не рубила, а награждала по-царски.

Так что не о чем говорить, не будь она императрицей. Но Екатерина ею была, а здесь и суд другой. Занимайся любовью сколько хочешь, но не за счет налогоплательщиков! От подарков ее красавцам трещала казна. К. Валишевский дает поименный список в рублях – кто сколько получил за свои услуги. Общая сумма 92 500 000 рублей. По курсу того времени – 400 миллионов франков. Кто вел подсчет расходов государыни? Оказывается, английский посланник Гарри – не поленился, чем-то интересна была ему общая сумма для своих дипломатических дел.

XVIII век был веком фаворитизма, но нигде, ни у нас, ни в Европе (не будем говорить о гаремах), не было искусственно созданного института по подбору кандидатов на царское ложе, не было системы «обработки и транспортировки» кандидата в фавориты к месту назначения. Ничего похожего не было во времена Григория Орлова.

В 1778 году посланник Корберон пишет в своей депеше: «В делах России замечается нечто вроде междуцарствия, которое происходит в промежуток времени между смещением одного фаворита и воцарением другого. Это событие затмевает все остальные. Оно направляет в сторону и сосредотачивает все интересы; и даже министры, на которых отражается это влияние, приостанавливают свои дела до той минуты, пока окончательный выбор фаворита не приведет их умы в нормальное состояние и не придаст машине обычный ход».

Итак, окружение императрицы отметило, что на каком-то гвардейце императрица задержала свой взор. Государственная машина тут же начинает работать. Госпожа Перекусихина Марья Савишна, любимая камер-фрау и доверенное лицо императрицы, отводила молодого человека к врачу Рожерсону, личному лейб-медику государыни. Если обследуемый получал «добро», его передавали на руки статс-даме Прасковье Брюс или госпоже Протасовой. Валишевский пишет, что о заботах этих дам и «их щепетильных обязанностях мы затрудняемся высказаться более определенно». Все, прошел экзамен на годность. Наверное, потом баня, стрижка. Его ведут в царскую спальню… Теперь он фаворит, у него собственные, великолепно обставленные покои, роскошный стол, свои слуги, портные и парикмахеры, словом, рай, но рай этот огорожен прочной золотой решеткой. Ты, красавец, на должности, поэтому шага ступить не можешь без разрешения императрицы, не имеешь права в одиночку выйти из дворца, тебе нельзя встречаться с товарищами, и вообще ты обязан порвать все старые связи. Ты – собственность государыни.