Чтение онлайн

К тексту

Федералист № 36 [34]

Александр Гамильтон

Федералист: Политические эссе А. Гамильтона, Дж. Мэдисона и Дж. Джея. –

М.: Издательская группа “Прогресс” – “Литера”, 1994. – С. 229–236.

Января 8, 1788 г.

К народу штата Нью-Йорк

Итог рассуждений, которым в основном посвящена предшествующая статья, как мы видели, заключается в том, что при естественном действии различных интересов и взглядов разных классов сообщества, независимо от того, более или менее многочисленно представительство народа, оно будет почти целиком состоять из землевладельцев, торговцев и лиц ученых профессий, которые по-настоящему выражают все эти различные интересы и взгляды. Если выдвинуть возражение, что нам довелось видеть людей и иных профессий в законодательных органах, я отвечу: да, это исключения из правил, но их число недостаточно, чтобы оказать влияние на состав или характер правительства. Есть выдающиеся люди во всех слоях общества, которые поднимутся в самых невыгодных условиях, получат уважение, должное по их достоинствам, не только со стороны классов, к которым они принадлежат, но и общества в целом. Дверь должна быть в равной степени открыта для всех, и я верю, к чести натуры человека, что мы увидим примеры сильных растений, процветающих на почве [c.229] как федеральной, так и штатных законодательных властей, однако отдельные случаи такого рода отнюдь не обесценивают рассуждения, основывающегося на знании общих тенденций.

Вопрос может быть рассмотрен еще с ряда других точек зрения, но результат будет все тот же. В частности, могут спросить, в чем большая близость или совпадение интересов между плотником и кузнецом, ткачом и чулочником, по сравнению с торговцем и любым из лиц перечисленных профессий? Пресловутые распри столь же часты у механиков различных специальностей или занятых на промышленных предприятиях, как и между любыми структурами труда и промышленности; и если представительные учреждения не будут куда более многочисленны, чем это совместимо с упорядоченной работой или мудростью их занятий, невозможно, чтобы то, что именуется рассматриваемым нами духом возражения, проявилось на практике. Воздержусь, однако, от дальнейших рассуждений по поводу проблемы, до сих пор укутанной в такие просторные одеяния, которые не дают возможности разглядеть ее подлинные размеры и движения.

Еще одно, более конкретное возражение заслуживает нашего внимания. Утверждается, что право внутреннего налогообложения никогда не сможет осуществить с выгодой национальное законодательное собрание как из-за нехватки должных сведений о местных условиях, так и из-за чересполосицы законов о получении доходов от налогов Союза и ряда штатов. Предположение о нехватке должных сведений полностью лишено оснований. Если в законодательном собрании штата поднимается вопрос, касающийся какого-нибудь округа, то каким образом там знакомятся с местными особенностями? Несомненно, по информации представителей этого округа. Разве не получат аналогичные сведения в национальном законодательном собрании от представителей каждого штата? Совершенно очевидно, что люди, обычно посылаемые в это собрание, наделены достаточным рассудком, чтобы делиться этой информацией. Разве знание местных условий применительно к налогообложению означает детальное топографическое знакомство со всеми горами, реками, ручьями, дорогами и тропинками каждого штата или это общее [c.230] ознакомление с обстановкой и ресурсами; с положением сельского хозяйства, торговли, промышленности; с производством ее товаров и потреблением; с различными размерами и разновидностью богатств, собственности и индустрии?

Нации в целом, даже при правительствах в большей степени народных, обычно вверяют ведение своих финансов одному человеку или совету из нескольких лиц, которые разрабатывают и готовят в первой инстанции планы налогообложения, превращаемые позднее в законы властью суверена или законодательного собрания.

Проницательные и просвещенные государственные мужи почитаются везде подготовленными для сложного подбора объектов, пригодных для получения с них доходов путем взимания налогов. Все это ясно указывает, в той мере, в какой опыт человечества может иметь значение, что для целей налогообложения нужно знать местные условия.

Налоги, проходящие под общей рубрикой внутренних налогов, можно подразделить на прямые и косвенные. Хотя возражения выдвигаются против тех и других, аргументация, по-видимому, развивается только против первых. Под последними имеются в виду налоги и акцизы на предметы потребления, и невозможно понять, какие же трудности они встретят. Представление о них, должно быть, складывается с учетом характера самого товара либо без труда составлено на основе сообщения любого хорошо информированного человека, особенно принадлежащего к классу торговцев. Признаки, по которым судят об отличии положения в одном штате от другого, должны быть немногочисленными, простыми и доступными для понимания. Главное, о чем нужно позаботиться, – не затрагивать товары, уже намеченные для использования в другом штате; при этом, конечно, не составит труда определить систему получения доходов от налогов в каждом из них. Это можно узнать из соответствующих кодексов законов, как и по информации членов от нескольких штатов.

Возражение, выдвигаемое по поводу недвижимой собственности, домов или земель, на первый взгляд более обоснованно, но даже при нашем подходе не выдержит пристального рассмотрения. Земельный налог обычно исчисляется одним из двух способов: либо по [c.231] оценке фактической стоимости, постоянной или периодической, либо периодическими оценками по усмотрению уполномоченных на это должностных лиц. В любом случае исполнение этого дела, требующего знания местных особенностей, должно возлагать на людей благоразумных, выступающих в роли комиссионеров или податных чиновников, избранных народом или назначенных правительством для этих целей. Закон назовет этих лиц, определит порядок их избрания или назначения, установит их число и квалификацию, обрисует в общей форме их права и обязанности. Что из этого не в состоянии выполнить национальная или штатная законодательная власть? Ее дело – общие принципы, местными деталями, как уже отмечалось, должны заниматься те, кому выполнять план.

Все это можно удовлетворительно разрешить простейшим образом. Национальная законодательная власть может использовать систему каждого штата в пределах этого штата. Методы введения и сбора налогов в каждом штате могут быть во всех своих частях приняты и использованы федеральным правительством.

Следует напомнить, что пропорциональность этих налогов зависит не от усмотрения национального законодательного собрания, а определяется относительно численности населения каждого штата, как это установлено во втором разделе первой статьи. Перепись, или исчисление населения, установит критерий, и это прочно захлопнет дверь для пристрастности или притеснений. По-видимому, здесь приняты тщательные меры предосторожности против злоупотребления этим правом налогообложения. В дополнение к только что упомянутым предосторожностям есть положение: “...все пошлины, подати и акцизные сборы должны быть единообразны на всей территории Соединенных Штатов...”

Различные ораторы и публицисты, ратующие за конституцию, отмечали, что, если исполнение права внутреннего налогообложения Союзом на деле окажется неудобным, федеральное правительство сможет тогда воздержаться от его использования и вместо этого прибегнуть к реквизициям. Отвечая на это, победоносно спрашивают: почему не начать с отказа от этого двусмысленного права и не положиться на последние? На [c.232] это есть два аргументированных ответа. Первый – исполнение этого права, если удобно, предпочтительнее, ибо оно эффективнее, но выгодность его нельзя доказать теоретически, а только экспериментом. Второй ответ – существование этого права в конституции окажет сильное влияние в пользу реквизиций. Если штаты знают, что Союз может сам обеспечить себя без их услуг, это явится сильнейшим побудительным мотивом в пользу усилий с их стороны.

Что касается чересполосицы законов о доходах от налогов Союза и его членов, мы уже видели, что не может быть столкновения или несовместимости прерогатив власти. Законы, следовательно, не могут в правовом смысле пересекаться друг с другом и отнюдь не невозможно избежать вмешательства даже в функционировании их различных систем. Эффективное средство для этого – взаимно воздерживаться затрагивать объекты, которыми каждая из сторон может заняться в первую очередь. Коль скоро ни одна из сторон не может контролировать другую, каждая очевидно и здраво заинтересована в этом взаимном воздержании. А когда существует непосредственный общий интерес, можно уверенно положиться на его действие. По уплате налогов расходы штатов войдут в естественные для них рамки, и возможность пересечения законов практически исчезнет. Небольшой земельный налог удовлетворит интересы штатов и окажется самым простым и подходящим источником дохода.

Из права внутреннего налогообложения создали массу призраков для запугивания народа – удвоение числа сборщиков налогов, двойное бремя налогообложения, ужасающие виды отвратительных и гнетущих избирательных налогов – все это использовалось с невероятной хитростью в играх политических жонглеров.

Что же касается первого пункта, то в двух случаях нет места для удвоения числа сборщиков налогов: во-первых, когда право введения налога на импорт исключительно вверено Союзу, и во-вторых, когда объект обложения не подпадает под правила и установления любого штата применительно к самым различным объектам обложения. В других случаях правительство Соединенных Штатов, вероятно, либо совсем не затронет объекты, зарезервированные для местных целей, либо использует должностных лиц штатов и правила штатов [c.233] для взыскания дополнительных сборов. Это наилучшим образом обеспечивает поступление доходов, ибо получится экономия при сборах и не возникнет повода для недовольства как правительств штатов, так и народа. В любом случае это практичное средство избежать описанного неудобства, и едва ли стоит требовать большего, чем показать – предсказанные беды отнюдь не обязательно воспоследствуют от этого плана.