Чтение онлайн

Точный год рождения Алексия неизвестен: ученые называют 1300, 1292, 1293, 1304 гг. В любом случае мальчик появился на свет после переезда Бяконта и его супруги Марии в Московское княжество. Случилось это в упомянутом селе Захарьино. При крещении будущий митрополит получил имя Симеон, а его крестным отцом стал молодой княжич Иоанн, более известный как Иван Калита.

Согласно легенде, двенадцатилетний Алферий решил отдохнуть после установки приспособления для ловли птиц и задремал. Во сне отрок явственно услышал голос, который предрёк: «Алексий! Что напрасно трудишься? Ты будешь ловить людей». В рамках православной системы звучит несколько необычно. «Ты будешь ловить людей» именно так можно сказать про его отчаянно известного правнука (необходимо присовокупить множество приставок «пра») Фёдора Алексеевича Басманова. Не митрополита и не церковника. Опричника, личность которого странным образом станет притягивать человеческие души, словно проверяя их на прочность, на порядочность, на человечность.

В 1320 году отрок принял постриг под именем Алексий в Богоявленском монастыре Москвы за Торгом в Китай-городе. Считается, что на момент пострижения крестнику Калиты было около двадцати лет. Первоначальным наставником и руководителем будущего митрополита оказался старец Геронтий. Крайне высоко оценил стремления, усилия и успехи Алексия и митрополит Феогност.

Выбрав путь служения Господу, Алферий не искал благостного уединения, чтобы усердно молиться в глухом скиту. Наоборот. Это был истинный сын Фёдора Бяконта, и по его венам текла горячая кровь, подталкивающая к активному взаимодействию с миром. Человеком «практического склада» называет его Р. Г. Скрынников. В лице Алексия церковная система получила деятеля, который всю свою жизнь потратил на благоустройство и разрешение церковных и государственных вопросов. Своим подъемом, Московское княжество во многом обязано сыну черниговского боярина.

Алексий стал первым помощником Великого князя в его борьбе за централизацию Русского государства, приложил немало усилий для устранения на Руси княжеской междоусобицы. Благодаря усилиям святителя Алексия, преподобного Сергия Радонежского и князя Дмитрия Донского в нужный момент вокруг Москвы сплотились русские княжества, и это объединение стало основой будущей победы на Куликовом поле.

Приняв постриг, Алексий погрузился в водоворот столичных забот. Феогност приблизил молодого человека к себе и поручил управление судебными делами Церкви в звании наместника митрополита. С подачи всё того же Феогноста получит сан епископа Владимирского, а позже сменит своего наставника на должности митрополита.

Несколько раз Алексий бывал в Константинополе. В том числе в феврале 1354 года с подорожной грамотой на проезд от ханши Тайдулы [16] (ханша официально приказывала ордынским властям не чинить святителю никакого вреда) для решения вопросов Московской митрополии. Второй раз в 1356 году, в разгар борьбы за титул митрополита Киевского. Именно после этой поездки произошло примечательное (но не удивительное для такого человека) событие. Возвращаясь домой, Алексий и его люди попали в страшную бурю. Присутствующие оказались на волоске от гибели, но святая молитва помогла им выжить. Буря прошла стороной, не зацепив корабль. После чудесного спасения, Алексий дал обет устроить храм во славу божию и славу Святого дня, когда всё это случилось (день празднования Спаса Нерукотворного). В результате Алексием был основан московский Спасо-Андроников монастырь на Яузе.

В 1358 году после посещения Константинополя Алексий отправился в Киев, но, попав в эпицентр религиозно-церковных распрей, был взят под арест. В плену он провел два года, подвергся самым разным мытарствам, но и это не сломило его характера и не изменило деятельной натуры. Стоило Алексию оказаться дома, на родной земле, он занялся распределением епископов по местам, пустующим после моровой язвы. Но и кроме этого было чем заняться. Ещё до возвращения Алексия великий князь Иван II скончался и престол занял его девятилетний сын Дмитрий. Переход власти к несовершеннолетнему правителю не мог обойтись без боярских распрей, придворных интриг и страстей. Усугубляла ситуацию смута в Орде. Ярлык на Великое княжество Владимирское достался Суздальско – нижегородскому князю Дмитрию Константиновичу. Алексий стремился сохранить верность правящей династии, но взял вынужденную паузу, для того чтобы дождаться подходящего момента для осуществления своих планов. Как только такой момент настал, он успешно инициировал через московских послов пересмотр дела. В результате великокняжеский ярлык был передан двенадцатилетнему Дмитрию Ивановичу Донскому, Алексий поспособствовал заключению полезного брака Дмитрия Ивановича с Евдокией Суздальской – дочерью Дмитрия Константиновича.

Поскольку Алексий являлся сторонником традиционной политики и укрепления власти Московского великого князя (теперь в лице Дмитрия Донского) с 1367 года, он уделял много внимания разрешению конфликта с тверскими князьями и пытался уладить целый комплекс проблем, из этого конфликта вытекающих. Для устранения распрей митрополит использовал авторитет церкви: он талантливо лавировал между сторонами, поворачивая ситуацию так, чтобы Москва получала наибольшую выгоду. Междоусобица есть междоусобица. Потрудиться пришлось знатно. Однако благодаря его усилиям власть Москвы признали, и договор о мире был заключен.

Всё это дела великие, дела важные. Но не только о крупных политических свершениях стоит вспомнить, говоря о личности Алексия. Настал момент, когда рассказы о чудесах им творимых, достигли Орды. Произошло это по воле Господа в тот самый момент, когда любимая супруга хана Джанибека заболела. Болезнь Тайдулы оказалась тяжёлой и привела к слепоте. Тогда хан обратился к Алексию за помощью. Естественно, обратился так, как мог обратиться хан. Выбора у святителя не оставалось. Либо согласиться помочь, либо…

Долго Алексий не думал, сразу стал собираться в дальний путь. Согласно легенде, накануне отъезда во время службы сама собой зажглась свеча при гробе чудотворца Петра. Алексий разделил эту свечу на множество частей и раздал всем присутствующим, а из остатков слепил маленькую свечку, которую прихватил с собой в дорогу. 18 августа 1357 года Алексий покинул Москву, а в это же время ханша Тайдула видела чудесный сон, предвещающий скорое выздоровление.

Прибыв на место, митрополит отслужил над болящей молебен, используя ту самую свечу, прочитал все необходимые молитвы и окропил женщину святой водой. Было ли это чудо мистического характера или обладающий знаниями Алексий применил какие-то медицинские навыки, необходимые для исцеления, легенда умалчивает. Главное что Тайдула пошла на поправку. Растроганный хан отблагодарил Алексия и преподнёс в подарок ханский перстень. Тайдула пожаловала участок на территории Московского Кремля, ранее принадлежавший ордынскому посольскому двору. На этом участке Алексий и построил храм во имя Чуда Архангела Михаила в Хонех, на основе которого позже будет организован Чудов монастырь, нежно любимый митрополитом. Но самое главное, что в лице Тайдулы Русь обрела надёжную заступницу. Несколько позже, когда Джанибека убил его собственный сын Бердибек, в Москву явился посол нового хана и потребовал от русских князей даров. Смягчать гнев Бердибека снова был отправлен Алексий. Беду удалось отвести благодаря его успешному взаимодействию с Тайдулой, которая добра не забыла. В результате переговоров, Алексий получил ярлык и охрану русского духовенства. По определению некоторых учёных, Алексий максимально долго сохранял лояльность по отношению к Орде, понимая, что худой мир, лучше (выгоднее) доброй ссоры. Не обходилось и без хитрости. Соблюдая лояльность к верховной власти мусульманских правителей, в тоже время Алексий последовательно проводил политику, направленную на создание союза русских княжеств для последующей борьбы с Ордой.

Алексий умел не только праведно молиться и творить чудеса исцеления. Это был мудрейший человек, сильный дипломат (дипломатия – ещё один конёк Плещеевых), талантливый политик. За всё Алексий брался основательно, с пониманием дела.

Кроме этого, святитель занимался устройством иноческих обителей и храмов. В том числе развивал монастыри общежительного типа. В 1357 году им основан Спасо-Андроников монастырь. Согласно преданию, примерно в 1358 (по другим версиям в 1360/61 гг.) Алексий по просьбе сестёр Иулиании и Евпраксии создаёт Ново-Алексеевский Зачатьевский девичий монастырь (на Остоженке). Принято считать, что это был один из первых женских общежительных монастырей в Москве, а Иулиания приняла сан настоятельницы. В 1362 году святителем основан Введенский Владычный монастырь под Серпуховом. Кроме строительства новых Алексий неоднократно восстанавливал обители, пришедшие в упадок. Им восстановлены Благовещенский монастырь в Нижнем Новгороде и Константино-Еленской во Владимире. В обоих введено общежитие. В 1365 году основан упомянутый Чудов монастырь в Хонех. Между 1375–1377 гг. Алексий обустроил Симонов монастырь, столь востребованный в опричную эпоху. Возможно, именно Алексий воздвиг над могилами своих сестер церковь Неопалимой Купины [17] . По-житейски мудрый Алексий, советовал Великому князю построить каменный Кремль, чтобы усилить защиту от пожаров и вражеских набегов.

Святитель ушёл из жизни 12 февраля 1378 года. Алексий завещал погрести своё тело в Чудовом монастыре «за алтарем». Но Дмитрий Донской распорядился иначе. Его бывшего опекуна с почестями похоронили в самой церкви, а не за её пределами. При Василии Тёмном во время Божественной литургии рухнула деревянная крыша храма Архистратига Михаила. В 1431 году, в процессе глобального ремонта были обретены мощи святителя. Мощи оказались чудесным образом не тронуты тленом. Перезахоронили Алексия в новом каменном храме, в приделе Благовещения Пресвятой Богородицы. В дальнейшем мощи переносили несколько раз. В наше время они наконец обрели постоянное место упокоения в Елоховском соборе Москвы.

Митрополит Алексий вошёл в историю как человек сурового нрава. Наличие характера даже среди служителей культа, – черта Плещеевых, которая будет передаваться из поколение в поколение. Впрочем, мы видели, за какие дела брался митрополит. Возможно ли тащить на себе то, что тащил митрополит, не имея железной хватки? Вряд ли. Он брался за то что нельзя исправить лишь святой молитвой, уповая на помощь Господа. Именно характер, сила воли, недюжинный ум, целеустремленность, сделали Алексия – Алферия, сына черниговского боярина Фёдора Бяконта, человеком столь нужным, можно сказать, незаменимым для нашего Отечества. До последнего вздоха Алексий заботился не только о делах митрополичьего дома, приумножении его богатств и владений, но и о пастве. Наставления его отличаются живостью слова, способного проникать в души людей (и действительно их «ловить») и высокой художественной образностью, лишённой сухой догматики. Церковь, в свою, очередь поэтично и возвышенно называет одного из крупнейших своих деятелей: «питатель вдов, и сирот отец, помощник сущим в скорби всеизряден, плачущим утешение, пастырь и наставник всем заблуждающим», «церковная красото», «великий чудотворец», «светило всея российския митрополии», «златозарная российская звезда». Даже шестнадцатый век оставил нам крайне мало материальных свидетельств эпохи. Что уж говорить о временах Бяконта или его сыновей. Поэтому вдвойне ценно то, что после кончины митрополита, потомкам остались не только результаты его славных начинаний, основанные им обители, но и важные документы: послание и грамота на Червлёный Яр, Устав о новых постах, Евангелие (писанное его рукой), хранящееся в Чудовом монастыре, окружное послание к пастве, послание к христианам Нижегородской области, духовная грамота Алексия, в которой он завещает Чудову монастырю ряд родовых сел и свой «подолней садец». А в РГАДА хранится серебряная позолоченная печать митрополита Алексия.