Чтение онлайн

Мне не стоило погружаться в такие мысли, если не хотела в лабиринте рассуждений прийти к еще недалеко ушедшей апатии. Мне больше нервничать нельзя. До хорошего самобичевание никого не приводило.

— Саш? — подруга вопросительно взглянула на меня, вытаскивая из раздумий. — Мне остаться?

— Останься, — я обошла ее и подошла к брату. Внимательно разглядывая его темные глаза, устало спросила. — Что ты еще хочешь мне сказать из того, что я не слышала?

Семен посмотрел за меня, туда, где стояла Рита и недовольно поджал губы. Наличие свидетелей его не устраивало, но я не собиралась сдаваться. Или так, или мы вообще не поговорим. Подруга позади меня придавала силы.

— Я вчера погорячился. Перегнул. Не должен был поднимать на тебя руку, — отрывисто, с паузами, начал он, работая желваками.

— Так. И…?

— Возвращайся домой. Нечего тебе по подругам шляться. Дома лучше. Больше я не позволю себе такого.

— И все? — я видела, как его ломало. Как снова убрал руки в карманы брюк и напрягся, но все равно подвела к тому, что мне было важно услышать. Наедине он бы начал снова агриться, но при Ритке можно было немножко насладиться сеансом абъюза над братом. Уверенна, именно абъюзером он меня и считал, раз давила на него.

— А что еще нужно? — процедил он сквозь зубы.

— Семен, нормальные люди для начала извиняются. Тебе так сложно сказать прости?

Что же. Матадор взмахнул ярко-красной мулетой перед глазами у быка. Представление можно было объявлять открытым. Семен взвился моментально, будто бы он нафаршированная «Бугатти», у которой утопили тапочек в пол: разгон от спокойствия к злобе был примерно две секунды.

— Слушай, если уж начался такой разговор, то ты меня сама спровоцировала. Врала, спуталась с тем, с кем не надо, хотя я просил. Моя реакция была предсказуема. Ты что разыгрываешь тут спектакль, я не пойму? Хочешь меня унизить при всех? — вспылил он и крутанулся вокруг своей оси, после чего вернулся ко мне, тыча указательным пальцем прямо в лицо. — Ты специально меня сейчас довести пытаешься? Хочешь поскандалить?!

— Я всего лишь хочу, чтобы ты извинился, если, правда, считаешь себя неправым. Если все неизменно, то наш разговор окончен.

Брат исподлобья буравил меня ставшим еще более темным взглядом и молчал. Ему не нравилось русло разговора, но деваться было некуда. Я решила его немного поторопить, пока мой телохранитель не закончил с колесами и не обнаружил, что дверь изнутри заперта.

— Семен, от этого никто не умирал еще. Я жду. Если ты действительно считаешь себя неправым, то извинись и перефразируй все то, что ты сказал раннее.

— Это для тебя важно, да? — уточнил он.

— Как и для любого другого человека.

Он сдался. Видимо, я для него все же что-то значила.

— Извини меня, — он сделал паузу, собираясь мыслями. — За то, что я поднял на тебя руку и наговорил всякий бред. Я был не прав. Больше такое не повторится, — он протянул мне мизинец, как в детстве и скупо улыбнулся.

Если бы это увидела Алекса, она бы раздробила свою челюсть о пол. Брат не любил извиняться. Слово «прости» претило его вере. Он готов был к всяческим пыткам, лишь бы не просить прощение, даже когда виноват. Признаться честно, он меня поразил.

— А что с моим ребенком? — я не спешила протягивать руку.

— Ну… что с ним поделаешь? Воспитаем. Племянник ведь, — он отвел взгляд и уже смотря в пол добавил. — Я погорячился. Прости, — вновь протянул мне мизинец и робко шагнул ближе.

— То есть, ты не будешь использовать мое положение в качестве предмета для шантажа и после того, как малыш родится, не отдашь его в детский дом? — уточнила я, слыша позади оханье Риты. Про это я подруге не говорила. Таких деталей она не знала.

Теперь пусть знает. Раз раздвигала ноги перед моим братом, пусть знает, на что он способен в ярости. Ей тоже предстоит с этим столкнуться, когда попадет под горячую руку.

— Нет, конечно. Говорю же, переборщил, — брат покосился на Риту и покачал головой, с осуждением смотря на меня. — Мириться будем? Я готов искупить свои грехи. Что мне нужно сделать, чтобы ты меня простила?

— Хочу новенькую «Бэху», — я прищурилась. — Из салона и самую нафаршированную. Белую. Купишь? Тогда сразу прощу.

Брат с облегчением выдохнул. Мы перешли на самый понятный для него язык. Его любимая фраза: «Все имеет свою цену и все покупается» воплотилась у него в голове в реальность. Наверное, он даже успел провернуть в голове мысль о ненужности извинений, сетуя на то, что начинать разговор следовало бы с ключей от дорогой тачки а не с сопливого «прости».

Но я не позволила ему достать телефон и позвонить знакомым в автосалон:

— Семен, ну ты серьезно? — покачала я головой. — Ты думаешь, все можно купить? Мне достаточно того, что ты пересилил себя и признал неправоту. Остальное лишнее. Я прощаю тебя.

Моя стена обид оттаяла. Я слишком любила его, чтобы не простить.

Вытянув руки для обнимашек, шагнула к брату, заметив вытянутое лицо Риты. По глазам видела, она ожидала тут побоище или, как минимум, что я начищу, как сказала Алекса, хлеборезку Семену, и нервно переминалась с ноги на ногу. Увы, подруга, увы. Я не такая, как они. Я умела прощать и не любила применение силы.

— Ты сейчас куда? — спросил брат, отстранившись от меня. Он заметно повеселел.

— В полицию.

— Хорошо, я провожу тебя. На всякий случай позвоню адвокату. Потом поедем домой, — он деловито кивнул и уже был готов пройти к двери, когда я ответила:

— Не стоит. Я сама проеду к следователю и домой я с тобой не поеду.

— Что значит: я не поеду домой?

— То и значит. Домой я не вернусь.

— Ты же простила меня! — в его возгласе было больше наивности чем во мне, когда я верила в Деда Мороза.

— Простила, но это никак не влияет на то, что я не хочу возвращаться в твой дом. Мы можем созваниваться, общаться, но я не вернусь. Прости, Семен, но лучше нам врозь.

— С ним помирилась, да? — тихо спросил.

— Какая разница? Я больше не могу рисковать. Мне теперь есть о ком заботиться.

— Твоя связь с ним — самый огромный риск. Ты правда ничего не понимаешь? — зашипел он, сжимая руки в кулаки. — Ты серьезно считаешь, вас ждет светлое будущее? Думаешь, борщи ему готовить будешь, вечерами твои турецкие сериалы смотреть в обнимку с ним, а на выходных в парке за ручку ходить? Ты дура? Вечерами молиться будешь, чтобы живым пришел, вместо сериалов будешь криминальные новости смотреть, а вместо борщей сухари ему сушить. Тебе это нужно? Это?! — он покраснел от крика и когда замолчал, чтобы перевести дух перед следующей тирадой, тишину разбавил скрежет ключа в замочной скважине.

Щеколда не позволила открыть дверь снаружи, поэтому пришедший зазвонил в дверь. Это был Темир, мы ему выдали запасной комплект ключей. Рита быстро юркнула к двери и открыла ее, прижимаясь к стене. Ей было страшно. Она затравленно смотрела на Семена, пока тот неодобрительно косился на нее. Я же закрыла глаза, готовясь к худшему. Что устроят тут мальчики я даже догадываться боялась.

— Как я и думал, — протянул Темир. Услышав его голос, я рискнула открыть глаза и заметила, что он внимательно рассматривал меня, после чего уже обратился к брату. — Вызови «Скорую». Там пацаны упали случайно, сотряс, наверное, словили. Твое имя шептали в бреду.