Чтение онлайн

– Великий Творец и все десять пророков его, мучеников!
– Магистр Лютиэн привстал; его круглое лицо побагровело от гнева.
– Значит, они наконец-то сбросили маски!

– Простите, Магистр?
– удивился Гардейн.

– Разве не ясно? Ивирцы не могли бы действовать так быстро, если только все не было спланировано заранее. Как мы и подозревали, за мятежом на Анлакаре стоят они!

– Ажади, должно быть, обезумел, - заметил Лагрин Тейран с недоумением.
– Пожалуй, ивирский флот сейчас... несколько превосходит по численности Западную эскадру, - неохотно признал он, - но что это меняет? В сравнении с совокупной мощью трех основных флотов Империи его силы ничтожны!

– Как справедливо указал префект Каррел, султан и прежде демонстрировал склонность к... бессмысленным авантюрам, - возразил легат Гардейн.
– Нет, господа, боюсь, что ивирцы действительно настроены серьезно. Это ставит нас перед очевидным вопросом: что теперь делать?

– Ответ не менее очевиден: действовать быстро и решительно, - сказал Дэвиан.
– Вы слышали доклад субпрефекта Трегайна - под угрозой захвата порт Атрии. Этого нельзя допустить. Нужно срочно перебросить на остров подкрепления.

– Но если порт будет блокирован ивирскими кораблями...

– Ивирцев я беру на себя. Западная эскадра обеспечит высадку десанта.

– Но, префект Каррел, вступив в бой с флотом Ивира, вы тем самым развяжете войну...

– Войну следует считать развязанной с того момента, когда упомянутый флот пересечет наши морские границы, легат.

– Да, но...
– легат Гардейн смешался. Было видно, что все происходящее застало его врасплох. В этот момент Дэвиан даже посочувствовал ему - гайонскому наместнику отчаянно не хотелось ввязываться в войну с соседом, пусть и слабым, и Дэвиан его понимал.

– Боюсь, мы поставлены перед простым и жестоким выбором, легат Гардейн, - сказал он.
– Или мы действуем, или мы ждем указаний свыше. Но в таком случае мятежники возьмут Атрию и перережут там всех. Вы не хуже меня знаете нравы ивирцев. Вы хотите спокойно наблюдать из Гайона за тем, как на Анлакаре убивают женщин и детей? Я - нет.

– Я ценю вашу решимость, префект, - проговорил Гардейн, бледнея.
– Но все же, я не могу лично дать вам разрешение выступить против ивирцев. Мало того, что это означает военные действия против иностранного флота - как вы сами признаете, у противника значительное превосходство в силах. Я обязан оповестить о происходящем Императорскую ставку и ждать одобрения из Палатиана.

Дэвиан чуть склонил голову.

– Разумеется, мы обязаны оповестить Императора, но, господин легат, вы понимаете, насколько важно сейчас время?

– Я все понимаю, - нет, это была не растерянность, вдруг понял Дэвиан, это банальный страх и нежелание принять на себя ответственность за происходящее. Сочувствие к Гардейну пропало так же быстро, как появилось.
– Тем не менее, такие вопросы вправе решать только сам Император Велизар и Генеральный Штаб. Я уверен, что Император примет решение быстро.

– Надеюсь, что так, - произнес Дэвиан.
– Я должен знать еще одно - как скоро ваши легионы будут готовы к высадке на Анлакар, Магистр Лютиэн?

Магистр нахмурил густые брови.

– Если проделать все ускоренными темпами, мы успеем загрузить на корабли первый эшелон за день, - пришел на выручку начальству субпрефект Трегайн.
– Людей, полевую артиллерию и припасы.

– Но мы не начнем действовать пока не получим подтверждение из столицы, - тут же добавил Лютиэн.
– Я разделяю ваш гнев и желание защитить подданных Ксаль-Риума, префект Каррел, но, как воины Империи, мы обязаны выполнять волю Императора Велизара, какова бы та ни была.

– Депеша в столицу будет направлена немедленно, - добавил Гардейн и потянулся к телефону, чтобы вызвать посыльного.

– Безусловно, - Дэвиан кивнул с неприятной улыбкой на губах.
– Господа, в таком случае, я вынужден вас оставить. Я должен срочно вылететь на Кадар и позаботиться, чтобы вверенная мне эскадра также была готова к действию в кратчайший срок. И еще одно... как мой начальник штаба, здесь остается для консультаций мой флаг-капитан, субпрефект Тейран. Я всецело полагаюсь на вас, субпрефект. Прошу меня простить - у меня действительно очень мало времени.

И Дэвиан откланялся прежде, чем кто-либо успел вставить слово. У широко распахнутых ворот его уже ждал черный автомобиль. Дэвиан забрался на заднее сиденье и бросил водителю:

– В аэропорт. И быстро.

Остров Малгари. Городок Аками.

– Ха!
– Кейдзи последним отчаянным усилием сломил-таки сопротивление противника, впечатав его кулак в столешницу.
– С тебя десятка, Рокуро!

– Размечтался...
– заворчал побежденный, потирая запястье.
– Я просто поддался.

– Ну, да, так я тебе и поверил.

– Серьезно! Раз у тебя сегодня праздник, должен же я был сделать тебе что-то приятное.

– Прекрасно, вот и гони деньги!

– Ладно, ладно...
– Рокуро полез в карман. Собравшиеся вокруг стола болельщики зашумели - кто одобрительно, кто разочарованно. Один из парней хлопнул Кейдзи по плечу.

– Лихо!

– Угу, - добавил другой, смерив худощавого Кейдзи взглядом.
– Откуда все и берется?

Пара девушек - Аджи и Синэ - тоже одарили братца взглядами, весьма откровенными. Иджиме презрительно хмыкнула и потянулась к высокой бутылке на столе, чтобы наполнить бокал заргаем. Вокруг шумели и веселились. Больше полусотни юношей и девушек из нескольких учебных взводов, все в одинаковых синих мундирах курсантов с гербом школы "Риосен" на плечах - драконом, летящим над облаками - радовались жизни, как могли. За два с половиной года обучения вечеринки вроде этой превратились для них в роскошь, которой нужно насладиться сполна - кто знает, как долго придется ждать другой такой возможности. Дисциплина в летной школе была жесткой, курсанты первого года имели право покидать территорию школы всего один день в дециму. Да и то, поскольку мало кто обходился без взысканий, вожделенный день увольнительной нередко приходилось проводить за штрафными работами. После первого года железная хватка дисциплины слабела, но не слишком-то заметно. Особенно у девушек; если старшие инструкторы мужских взводов иногда позволяли парням какие-то поблажки, госпожа капитан-лейтенант Мако была неумолима, как мчащаяся с горы лавина, за что и получила свое прозвище, которым, как подозревала Иджиме, втайне гордилось.

Но сегодня можно сделать себе послабление. Учеба наконец-то завершена, и, великий Бог-Дракон, это было совсем не то, что представляла себе Иджиме, записавшись в "Риосен". И все же, это свершилось! Она - летчик-истребитель! При мысли об этом девушка почувствовала воодушевление. Ей хотелось прямо сейчас оказаться в воздухе и броситься в бой, но, увы... вот прямо сейчас-то воевать было не с кем. Ну, ладно, немного она подождет, а пока можно просто пить заргай и радоваться жизни. В конце концов, она - пилот, и ей сегодня исполнилось двадцать лет. Достойный повод для торжества, разве нет?

Правда, оказаться первой в списке кадетов ей все-таки было не суждено. Сегодня утром объявили результаты финальных экзаменов по их учебному дивизиону, и Иджиме Сетано с разочарованием услышала свое имя вторым. Кейдзи стал третьим. Тоже хорошо, конечно, и все-таки досадно. А первым был Сумиро Такамори - ну, разумеется, чего еще ожидать! Иджиме состроила раздраженную гримаску. Гордость школы, воплощение безупречности всегда и во всем, эталон для подражания остальным курсантам, красавчик, храбрец, умница и вообще обладатель всех мыслимых и немыслимых достоинств, которые любая девушка только может мечтать найти в своем кавалере. Тьфу! Глаза б его не видели!