Чтение онлайн

— Он что промахнулся?

— Не знаю, я не заметил…

— Мефодий, нажми, пожалуйста, вон туда, — указал я направление.

— Сделаем.

Куликов толкнул ствол, как калитку открыл. Едва ладонь коснулась коры, затрещало всe. Дуб полетел в траву.

— Что?!

— Это как?

— Какое теперь? — поинтересовался я у Митьки, и он показал в этот раз дерево попроще, оно упало мгновенно, без помощи богатыря. — Следующее…

Когда за пять минут было срублено десять деревьев, все очнулись и резко вспомнили, что они, вообще-то, тоже нанимались работать в новом феоде.

— Так, бездельники топоры в зубы и обрезаем сучья! Ещe будут тупые вопросы к барону? Нечего хлебалом щeлкать, сказали за три недели управимся, значит, за три!

Кошевого уже было не остановить. Он носился с распоряжениями от одного лесоруба к другому, успевал и мне фронт работы наметить, и где-то сам помогал ускориться.

Когда появились первые готовые к переноске брeвна, Мефодий взвалил себе на плечи сразу два и потащил к избе лесничего. За ним вслед побежал и Митька, показывая, куда складировать.

Один взмах — одно дерево. Оно падало дольше, чем я его рубил. Мой артефакт в этот раз работал в мирных целях и как будто даже радовался этому. Не знаю, как объяснить — он отбирал у меня меньше сил, чем при убийстве живого существа.

Быстрое продвижение ободрило всех, появился горящий в глазах азарт. Теперь срок, установленный хозяином, не воспринимался как фантастические грёзы — это было более чем реально.

Вместе с этим воодушевление ещё больше усилилось, когда поняли, кто такой Мефодий. Эта махина поражала воображение своей мощью. Только вдумайтесь: он подбрасывал тяжеленное бревно ногой, чтобы без чужой подмоги водрузить его себе на плечо!

Если бы можно было таскать больше двух или трёх брёвен, он бы тащил все пять-шесть, но габаритов его тела не хватало под эту задачку. Куликов компенсировал это трусцой. Бежал, как налегке, мимо шустро работавших лесорубов и возвращался за новой порцией. За ним просто не успевали.

Митька придумал ему очередную «забаву» — выдал инструмент и велел выкорчёвывать пни, что шли посерёд просеки и мешали проезду. Куликов подкапывал их лопатой, подрубал корни топором и просовывал бревно-рычаг. Казалось, пни пугались, что с ними сейчас будет, и сами вылезали наружу. Это смотрелось одновременно и страшно, и комично.

Грубая сила Мефодия без утяжелителей выходила за рамки возможного. А когда ты осознаёшь, что вон тот здоровяк за тебя, да, та самая горилла, что рвёт эти пни пополам, то и работается спокойней, легче, веселей. Мужики подхватили песню, и только Митьке было не до развлечений.

— Надо было на лесопилку подписываться… — он завидовал Ермолаю, что сейчас копался один и в спокойствии.

Молчаливый Яр обстоятельно осмотрел целостность плотины и пришёл к выводу, что конструкция из брёвен и грунта в порядке — основание не подмыло, протечек нет. Сейчас он копался у жёлоба, который направлял воду в колесо и вытаскивал оттуда мусор вперемежку с илом. Водоспуск не должен быть засорён.

И в противоположность ему скачущий то тут, то там Митька. Благо народ понятливый попался, рукастый и соображающий. Дураков я сюда не брал. Процессы наладились, и бригадир смог выдохнуть. Какое-то время мы ещё потрудились, но мошкара, а затем и убежавшее за горизонт солнышко напомнило о времени.

— Ужин, мужики! Бросай всё, — объявил Кошевой, дымя папиросой. — Что-то мы увлеклись.

В его словах была правда. Рабочие разогнули спины, похватали инструмент и потопали к избушке лесника. Ещё на подходе ноздри защекотало от ароматного варева. Густой кисловато-мясной запах щей хватал тебя удавкой и тащил к общему котелку, где всю эту вкуснятину уже разливала богиня кулинарии.

— Подходите, мальчики, не стесняемся. Вот тебе грудинки кусочек, аккуратней, горячее.

— А можно мне два? — жадно истекая слюной, спросил Николай.

— Можно, дорогой, вот держи, — грудным голосом ответила Лукична и добавила ещё мяса.

Лесоруб был на седьмом небе от счастья и забыл поблагодарить, за что тут же получил по шапке от старших и исправился.

— Спасибо за угощение!

Все они были давно знакомы и знали, чего друг от друга ждать, потому никого не возмутила торопливость и прожорливость Николая — привыкли.

— Отойдём на пару слов, — тихо сказал я Гио и Кошевому, что стояли в задних рядах.

Сегодня маг тоже участвовал в работе, в основном на подхвате — собирал обрубленные сучья и относил к избе. Для всяких хозяйских нужд потом пригодятся.

Всё же он больше умственного труда работник, но не отлынивал, кому-то эту работу надо было выполнять. Заодно и обсматривался. Я видел, как он отдалялся от тропы, прикидывал мысленно, где что будет построено, иногда даже вперёд меня уходил.

— Что барон, утверждаться позвал? — хмыкнул грузин, посматривая на мой меч.

— Успеется, что скажешь за место? Это меня больше интересует.

Гио как-то странно поднял голову вверх, задирая свой огромный нос, потом вздохнул и отвернулся.

— Место отличное, Владимир, город тут можно строить — всё есть, но надо бы дальше пройтись, посмотреть границы дубравы и смешанных лесов. Дуб крепок, но хвойные быстрее в обработке, — это замечание мне показалось дельным, Джанашия также добавил. — За большое дело ты взялся, но надо сразу искать, чем будем тут жить. Иначе никаких денег не хватит.

— Хорошо, этим завтра и займёмся, — я хлопнул его по плечу и ушёл, нагружать будущего дружинника по поводу магии не стал — в экспедицию с разведчиками не возьму, нужно сначала наладить общение и понять ход его мыслей, пока что старик не спешил раскрываться.

Когда молодой господин отошёл достаточно далеко, Кошевой набросился на Гио.

— Ты что так себя ведёшь с бароном?

— В чeм проблема?

— По имени-отчеству называй!

— Ага, сейчас, он мне во внуки годится, не дорос ещё. Я перед Рындиным не пресмыкался и перед этим не стану. Я сам по себе, понял? Шило на мыло променял. Теперь горбатиться за две тысячи супротив рындинских четырёх, чтобы долг закрыть. Это ж мне с юнцом два года ни жрать, ни пить, чтобы рассчитаться, тьфу, кабала как есть!

— Погоди, — Кошевой взял Гио за плечо.

— Что такое?

— А тебе Владимир Денисович разве не говорил?

Гио тяжело вздохнул.

— Что? Я не умею читать мысли.

— Долг твой перед Рындиным он закрыл весь.

— Так и разница какая? Теперь ему платить!

— Дурак ты старый, — махнул рукой Кошевой и ушёл к застолью.

— Так мне платить или нет? — неуверенно спросил вслед маг, стараясь отогнать странное чувство вины, прокравшееся к нему под пологом сумерек.