Чтение онлайн

— Твое оборудование самое лучшее в мире. Только благодаря ему я смогу добывать нефть долго и плодотворно. Какой мне резон тебя убивать? Что я с этого поимею?

Японец щурится, насколько это возможно, не отводит взгляд и коротко кивает. Люди опускают пистолеты.

— А ты смелый русский. Планировал положить под меня жену?

— Я могу предоставить сколько угодно самых умелых, сладких девочек, но Аня только моя.

— Тогда разберись внутри своей семьи, потому что кто – то очень хочет тебя подставить и возвращайся. Я отдам тебе оборудование.

— Только мне одному.

— Я не нарушаю слов. Знаю, что ты тоже.

— Тогда я вернусь через неделю. Приятного аппетита.

— Я распоряжусь, чтобы ужин доставили вам в номер, — кивает он и я развернувшись ухожу. Злость клокочет в горле, я подхожу к машине. Артем стоит у нее, курит.

— Сам доберешься.

— А вы…

— А мы прокатимся…

Сажусь за руль, киваю на Аню яростный взгляд и стартую с места.

— Расскажешь мне Аня, с какой стать решила меня убить?

— А что, мало поводов?

— А на что ты готова, чтобы меня убить.

— На все!

— Даже умереть? – врубаю последнюю передачу и давлю на газ, позволяя машине разогнаться до своего предела.

— Ты больной! Мы сейчас врежемся!

— Более того, мы можем сейчас умереть. И знаешь, мне нравится мысль, что ты последнее что я увижу.

— Мне не нравится! Останови! Останови машину!!

— Только когда ты ответишь, что за хуйню ты придумала. Я насиловал и унижал тебя и раньше, но ты не желала мне смерти!

— Тогда я не знала, что ты убил моих родителей… Давииииид! Останови! Я не хочу, не хочу умиратааааь!

Она визжит, как тормоза, благодаря которым машина останавливается в метре от моста, с которого я планировал слететь.

Она на разрыв ревет, словно прорвавшая труба. Льет и льет слезы. Просыпается.

— Давай, Ань, расскажи кого и когда я убил.

***

Сегодня читаем вместе со мной новину от Алики Фортис

«Девочка адвоката. Запретное желание»

– То есть, взамен на помощь, я должна стать твоей любовницей? – пребывая в шоке, спросила у Яна.

– Можешь называть как хочешь. Но в целом, да. Ты имеешь меня, как адвоката, а я имею тебя, получая доступ к телу. – сказал с усмешкой, продолжая блуждать по мне тяжёлым взглядом.

– Да пошёл ты!

Нас связывает болезненное прошлое.

Он ненавидит меня. Но именно он готов и может мне помочь.

Только цена этой помощи высока. И я в полной мере понимаю, каково это — продать душу дьяволу. Но только ему не нужна моя душа. Ему нужно моё тело.

— Ты убил моих родителей. Лисовских. Они владели магазином цветов на Рублевской. Ты приходил в наш магазин, угрожал, требовал деньги, а когда они отказались, той же ночью к ним ворвались и убили их. Мы с Данилой спрятались в шкафу, а потом сбежали.

Она говорит это дрожащим голосом, смотрит прямо в глаза. Владимир что-то говорил об этом, об этой фамилии.

— Почему ты молчишь?! Ты хоть чувствуешь вину, хоть чувствуешь что-то?!

— Я никогда не марал руки убийствами, Аня.

— И никогда не заказывал?

— Цветочный магазин никогда не был частью моих интересов. Слишком мелко…

— Зачем ты врешь?! Зачем ты мне врешь?!

— А ты видела меня? Или слышала мой приказ, или тебе кто-то что-то сказал, и ты поверила?

Она замолкает, часто дышит, пока слезы катятся по горящим алым щекам.

— Что? Почему ты не спросила? Что пыталась устроить в ресторане?

— Я хотела твоей смерти, а она сказала, что все устроит. И не думай, что я тебе ее сдам. Можешь убить меня!

— Иногда хочется. У тебя, блять, язык для чего, спроси, потребуй доказательств!

— Да какие могут быть доказательства? Она сказала, что ты можешь подстроить все что угодно. Что просто нужно иметь нужных людей.

— Так, ясно. Ты же в курсе, что человека нельзя обвинять, пока его вина не доказана?

— Так говорят в кино.

— Это просто юридический факт. Так что предлагаю успокоиться и разобраться.

— Я тебе ничего не скажу.

— Да я сам все выясню. Тоже мне проблема, — завожу двигатель и пока разворачиваю машину, звоню детективу, который всегда меня выручал.

— Здорово, Абрамов. Мне нужна вся информация на Лисовских. Они владели цветочным магазином. Да, и распечатки с телефона из моего номера в Токио.

— Не смей!

— Ты потеряла право голоса, когда решила, не разобравшись, меня убить. Закрой теперь рот!

Она обиженно отворачивается, а я уточняю несколько деталей и убираю телефон в карман. Довожу Аню до отеля и запираюсь в кабинете. Звоню Владимиру и прокручиваю в голове историю с цветочным магазином.

— Что такое?

— Помнишь, ты говорил, что Аня кажется тебе знакомой. Что-то связанное с цветочным.

— Пять лет назад. Они стояли у нас на охране. А мы как раз сворачивали тот бизнес. Хотели магазин другим передать.

— Почему мы зашли сами? Разве не Артем этим занимался?

— У них была дочка. Напоминала тебе сестру, вроде.

— И?

— Ну, что "и"? Понравилась она тебе. Ты хотел ее увидеть последний раз, типа того. Да и с отцом ее нормально общался. Помочь хотел с вышкой, но тот испугался твоих намерений и отказался.

— Чет я не помню такого.

— Тебя потом через месяц подстрелили, понятно, что в башке все поменялось. Короче, после нашего визита, в ту же ночь их убили. Следствие пыталось все списать на нас, потому что мы последние, кто заходил, но я дал на лапу, и дело закрыли.

— Почему ты мне не рассказал?

— Да не до того было. Что нам какой-то цветочный магазин? Дел и без того хватает.

— Упустил один висяк и чуть не сдох. Просто шикарно. Она могла меня знать?

— Слушай, я думал об этом. Но надо чтобы кто-то за ней стоял, а там только тетка ее по отцу, которая заграбастала себе наследство и помещение.

— Как это, заграбастала себе?

— Ну, а как еще понять, если девчонка оказалась без денег в детском доме и связалась с бандитом, чтобы вытащить брата?