Чтение онлайн

— Хорошо. Мы вашу информацию обязательно проверим.

— Проверяйте, — сказала я максимально равнодушно. — А что с результатами вскрытия? — спросила вдруг. — Понимаете, я, помимо статуса жены Бельского, ещё журналист, работаю в крупном («Врать, так до конца!») федеральном издании, пишу сейчас статью об этой авиакатастрофе от лица её непосредственного свидетеля.

— Простите, я не могу об этом говорить, тайна следствия.

— Но я разве не ценный свидетель? Разве не мой муж лежит сейчас в вашей клинике, весь опутанный трубками и проводами? Господи, если он умрёт, что я буду делать без него! — последнее предложение сказала, картинно закрыв лицо руками и выразительно всхлипнув, делая вид, что сейчас разрыдаюсь. На Эмели, как и ожидалось, это произвело впечатление. Она ведь мужеподобная, а сильная половина человечества не выносит женских слёз.

— Хорошо, мадам Бельская. Я не могу обсуждать с вами результаты патологоанатомического исследования, однако могу ли попросить вас опознать тела членов экипажа? Зрелище, конечно, весьма… кхм!.. неоднозначное, однако нам необходимо это сделать.

— Да, но я же видела только двух стюардов, а пилоты оставались в кабине, — ответила я.

— Ничего, и эта помощь в расследовании нам также очень пригодится.

— Хорошо, конечно, я согласна.

— Тогда давайте проедем в клинику «Швейцария».

Я глубоко вздохнула, состроив крайне печальное выражение лица. Означало оно: мне ужасно трудно всем этим заниматься, но раз надо, значит, сделаю. Встала и пошла за следователем, которая, как оказалось, и ходила, как мужчина. Широкими уверенными шагами, наклоняя корпус немного вперед и активно размахивая руками. «Уж не предпочитает ли она женщин, интересно?» — подумала я в этот момент, глядя на не по-женски широкие плечи Эмели, её короткую стрижку, не говоря о брючном костюме, которая вроде бы и дамский был, но чем дольше, тем больше казался мне мужским.

Мы приехали в клинику, прошли длинным коридором в самый дальний край здания, и там, в полуподвальном помещении, была дверь с надписью «Morgue». Когда следователь открыла дверь и бодро шагнула внутрь, я поёжилась. Изнутри пахнуло формалином и холодом. Внутри нас встретил мужчина среднего возраста, очень вежливый, как весь здешний медперсонал. Представился патологоанатомом и провел в пустую комнату. Здесь не было мебели, а лишь две каталки, на которых лежали тела погибших, упакованные в черные полиэтиленовые мешки.

— Вы готовы? — спросила следователь. Я глубоко вздохнула, хотя запахи здешние лучше бы вообще в себя не впускать, и кивнула, собравшись с силами. Мне и раньше покойников видеть доводилось: когда была маленькой, хоронили дедушку, и я помню, как он лежал, серо-зеленый, и солнце весело блестело у него на лысине и двух медных монетах, зачем-то положенных в глазницы. «Наверное, чтобы не посмотрел на живых», — со страхом подумала я.

Следователь дала знак врачу, тот подошел к первому мешку и расстегнул «молнию».

Я заглянула внутрь и отшатнулась. Стало не по себе. Страшно.

— Да, это она, та самая стюардесса, — проговорила, стараясь больше не смотреть в содержимое мешка. Ужасно захотелось прямо тут разреветься маленькой девочкой. Так жалко стало эту несчастную девчонку. Она же моего возраста примерно. Может, замужем была, есть ребенок или даже двое. У одной моей бывшей одноклассницы к 24 годам уже тройня родилась, — мальчишки один за другим. А у этой, лежащей теперь прямо передо мной, никогда и никто не появится на свет…

Чтобы не расплакаться, я глубоко и медленно несколько раз вздохнула и выдохнула. Все это время следователь внимательно за мной наблюдала. Проверяла, наверное, мою реакцию. Я же все-таки наговорила ей лишнего, дав повод сомневаться в моих словах. Ах, какая я все-таки неопытная в этих делах! Как можно было не подумать, что наследство мужа — это прекрасный мотив для убийства! Почему нет? Я могла натворить что-нибудь в самолете, он стал падать, а теперь я стою здесь вся из себя такая страдающая и делаю вид, как мне грустно.

Из сообщений СМИ

«На последних торгах Токийской биржи акции группы компаний, принадлежащей российскому миллиардеру Артёму Бельскому, снизились на десять пунктов. Это произошло после распространения информации об авиакатастрофе, случившейся во время перелёта г-на Бельского из Москвы в Женеву. В настоящее время он находится в реанимации клиники города Монтрё. По сообщениям руководства медицинского учреждения, состояние миллиардера не внушает опасений».

Эмели сделала доктору знак, тот подошел ко второй каталке.

— Вы готовы? — спросила следователь. Я, постаравшись собраться с душевными силами, снова кивнула. Опять раздался треск раскрываемой пластиковой «молнии». Заглянув внутрь мешка, я вскрикнула и сделала несколько шагов назад, уткнувшись спиной в стенку. Там, внутри, холодный и неподвижный, с серым лицом и резко проступившими чертами лица, лежал… мой муж, Артём Валентинович Бельский!!!

— Что с вами, мадам? — участливо спросила Эмили, хотя в ее глазах читался скорее интерес, нежели сочувствие.

— Там… там… — я тыкала протянутой рукой в мешок, трясясь от ужаса. — Там… Бельский!

— В каком смысле? — спросила следователь, нахмурившись.

— В прямом, в каком же еще!

— Господи, да я что, по-вашему, с ума рехнулась?! — закричала я. — Говорю же: этот труп — мой муж, Артём Валентинович Бельский! Что тут непонятного?!

Эмили подошла ко мне, встала между мной и каталкой, закрыв ее от моих расширившихся от ужаса глаз.

— Успокойтесь, мадам, — сказала спокойно и властно. — Ваш супруг, мсье Бельский, в настоящее время находится в клинике «Швейцария» города Монтрё, он в тяжелом, но стабильном состоянии, а этот господин, — следователь мотнула головой в сторону трупа, — один из двух пилотов. Просто у вас, очевидно, шок, давайте уйдем.

— Давайте, — лязгая зубами от сотрясавшей меня нервной дрожи, ответила я.

Эмили кивнула патологоанатому, тот закрыл мешок, и лицо трупа скрылось во тьме. Но я не могла так ошибиться!

— Подождите! — вскрикнула, когда уже оказалась у самой двери! — Откройте снова, пожалуйста!

Следователь взглянула на меня.

— Уверены, мадам?

— Да, уверена!

— Хорошо, откройте, — сказала Эмили.

Доктор пожал плечами. Мол, воля ваша. Снова треск. Вновь распахнулись хрустящие половинки мешка. Я, сжав ладони в кулаки, сделала пару шагов к каталке. Внимательно, стиснув зубы, посмотрела на труп. Черт возьми! Если это не Бельский, то кто в таком случае! Он и есть! Ни малейших сомнений! Но я решила, что признавать этого больше не стану. Упекут еще в психушку. Стану, как князь Мышкин, среди прекрасных швейцарских гор бродить по изумрудным лужайкам и улыбаться каждому встречному-поперечному.