Чтение онлайн

— Доброе утро, дражайшая супруга! — сказал незнакомец. — Что это вы от меня шарахаетесь, как черт от ладана?

— Н-не… не подходите ко мне! — сказала я, до ужаса перепуганная. Отступала, пока не уперлась спиной в стену. Поняв, что дальше путь отрезан, почувствовала себя загнанной в ловушку.

— Да что с вами, Лана! — воскликнул незнакомец и испугался. — Неужели не признали? Это же я, ваш муж, Артём Валентинович Бельский!

— Какой вы… Бельский! — сказала я, дрожа всем телом. Мне даже в махровом халате стало жутко холодно. — А кто тогда в морге? Кто в реанимации?!

— Ах, вы об этом! — вошедший неожиданно рассмеялся. Мне показалось, что интонации у него точно такие же, как у того Артёма, с которым я общалась там, дома. Ну, положим, голос еще подделать, если это на самом деле не он, можно. Но смех как подделаешь?

— Докажите, что это вы!

— Хорошо, — сказал незнакомец. — Вы приходили ко мне дважды на интервью. Один раз мы общались в кабинете, второй — в ресторане.

— В ресторане «Достоевский», верно? — спросила я.

— Не старайтесь меня запутать, Лана, — ответил мужчина. — Ресторан назывался «Тургенев», в честь, я так полагаю, великого русского писателя. Хотя Достоевский тоже достоин, — и он усмехнулся.

— Ладно, — ответила я. — Предположим, вам это рассказали. В таком случае… как зовут главного редактора моего журнала?

— Алексей Алексеевич, — без запинки выдал незнакомец.

— Как его прозвище?

— Эм-м-м, — задумался мужчина, и я почти стала торжествовать, как он вдруг вспомнил. — Карлсон! Потому что подтяжки носит. Да, я помню, вы об этом мне тоже говорили. Кажется.

— Вот и попались! Я этого не рассказывала!

— Значит, кто-то другой. Разве это так важно? Я же правильно сказал?

— Да, но всё равно! Не верю!

— Лана, успокойтесь, — сказал мужчина и сделал шаг ко мне.

— Ни с места! — вскрикнула я. — Или… или… выброшусь с балкона! — я рванула в сторону указанного места, благо дверь туда была открыта (люблю спать в прохладе, но укутавшись одеялом по самый нос), и замерла на пороге.

— Хорошо, хорошо! — поднял руки незнакомец. — Сдаюсь! — и отступил.

— Последний вопрос. Я к вам на интервью приходила с блокнотом. На его обложке изображены два животных. Какие? — уж этот вопрос не ответит тот, кто не видел. Разве только камера видеонаблюдения могла стоять где-нибудь в кабинете. Но обычно у такой аппаратуры, знаю по опыту, разрешение так себе, деталей не разобрать.

— Еноты у вас там были. Нарисованные, — ответил мужчина.

— Господи, Артём… Валентинович! — проговорила я и выдохнула, сразу как-то расслабившись. Уж этой детали никто, кроме него, знать не мог.

— Да, Лана, он самый. Я то есть. А чтобы окончательно вас убедить, скажу, что на вас были часы Swatch, плоские такие, маленькие. Теперь, смотрю, ситуация стала получше, — он указал глазами на моё недавнее приобретение.

— Ну, я все-таки жена миллиардера, имею право себя побаловать, — сказала я и натужно улыбнулась. Сердце еще колотилось. Пришлось выпить стакан воды, чтобы успокоиться. После этого я сказала, что мне нужно переодеться.

— О, я подожду в коридоре, — ответил Бельский и вышел.

Я быстро привела себя в порядок, потом на всякий случай включила диктофон на телефоне и положила в карман. Если что пойдет не так, пусть хотя бы запись останется. Ох, не нравится мне это всё! Катавасия, иначе не скажешь!

— Войдите! — сказала я, и супруг мой новоявленный снова оказался в номере.

Мы уселись в гостиной на кресла.

— Рассказывайте, — сказала я с требовательной интонацией.

— Только учтите: всё, что скажу, большой секрет, — заявил Бельский. Лицо у него было очень серьезное. Я кивнула.

— Тот человек, который лежит сейчас в реанимации — мой двойник. Как его зовут, значения не имеет. Он просто тот, кто вызвался мне помогать за определенную сумму. Можете считать его наёмником, если хотите. Тот, кого вы видели в морге… — Бельский неожиданно нахмурился и глубоко вздохнул. — Это мой брат-близнец Виктор. Он был одним из летчиков моей авиакомпании. Водил исключительно мой личный самолёт. И вот так трагически погиб…

— Что же произошло? Там, в самолёте?

— Я не знаю, — развел руками Бельский. — Когда самолёт начало трясти, я пошел в кабину узнать, что происходит. Мы с братом стали обсуждать, он сообщил об отказе одной из систем, видимо, из-за турбулентности. Ну, а потом неожиданно мы начали падать. Я пришел в себя уже после авиакатастрофы, в лесу, неподалеку от крушения. Как я там оказался? Понятия не имею, с этим предстоит разобраться. Но когда пришел в себя, всех уже увезли. Оставались только спасатели и полицейские. Знаете, Лана, у меня очень хорошо развита интуиция. Мне она подсказала не подходить к тому месту. Поэтому я отлежался до утра, благо места там очень тихие, дикие звери не водятся. Утром, едва рассвело, пошел искать кого-нибудь из местных. Сказал, что я турист, потерялся. Ну, а потом выяснил, куда повезли пострадавших из авиакатастрофы, и на попутках добрался сюда. Вот, я здесь.

— Но ваша одежда… Эти джинсы, свитер, ботинки. Вы же в самолёте были совсем в другом! Помнится, у вас были классические черные брюки, синяя ветровка, белая рубашка… — сказала я. Только теперь, в самом деле, рассмотрела, как выглядит мой внезапный гость.

— Всё верно, — улыбнулся Бельский. — Вы не представляете, насколько радушны и гостеприимны местные жители! Узнав, что я потеряшка, дали мне это всё, — он показал глазами.

— Но как же получилось, что оба пилота погибли, стюарды тоже, я вон головой ударилась, ваш двойник тоже умер, а вы — ни одной царапины!

— Простите, Лана, это не совсем так. Могу показать.

— Уж будьте любезны.

— Надеюсь, вид моего тела вас не смутит?

— Показывайте уже, — нетерпеливо сказала я.

Бельский встал, задрал свитер, футболку под ним, и я ахнула: всё его тело, грудь, живот, спина от поясницы до лопаток являло собой почти сплошь один огромный синяк.

— Да как же вы…

— Как я хожу и улыбаюсь? — спросил Бельский, поправляя одежду. — О, это тренировка силы воли. Поверьте, всё болит ужасно. Но я терплю, чтобы не шокировать вас окончательно.

— На вопрос не ответили. Как вышло, что не погибли?

— Не знаю. Правда. Чудом, наверное.

— А откуда взялся ваш двойник, интересно? Что-то я его не припомню, пока летели.

— Он был в кабине пилотов, там есть небольшое местечко для штурмана. Только сам штурман с некоторых пор, благодаря развитию технологий, не нужен, а кресло для него осталось. Видимо, на всякий случай. Не знаю, об этом авиаконструкторов спросить нужно, — ответил Бельский. — Обычно двойник выходил вместо меня, если было слишком опасно.

— Швейцария. Что тут может быть опасного? — спросила я.

— О, вы заблуждаетесь! — ответил Бельский. — Как раз накануне форума поступила информация, что на меня готовится покушение.

— Что, снайпер на крыше или киллер на мотоцикле? — язвительно спросила я. Вечно этим миллиардерам мерещится не пойми что. Боятся за свои деньги, вот и страдают паранойей.

— Нет, способ может быть совсем иной. Выпили вы водички в номере, а очнулись где-нибудь в Косово, например, среди руин в заброшенном сарае. Или скушали шоколадку с подушки, которую вам заботливо положила горничная, и всё, сердечный приступ. Вариантов много.