Чтение онлайн

— Не успел, ваше величество, — разводит руками тот. — Но говорю сейчас. Лана — феникс, поэтому мы не задержимся в столице надолго. У нее есть свой замок в горной долине, и она хочет туда вернуться. Пока что мы не до конца продумали, как с этим быть. Но можете не волноваться, я в любом случае буду прилетать в столицу при необходимости.

— Прилетать? — глаза короля становятся не по-королевски круглыми.

— Ты ему и о драконе не сказал? — шепчу, ткнув Ксандра в бок. — О чем вы тогда вообще так долго разговаривали?

— В основном меня отчитывали за плохое обращение с женой, — смущается мужчина, вжав в голову в плечи. — А остаток времени я обещал, что подобного больше не повторится.

— Значит, ты вернул зверя? — шепчет король, словно никак не может поверить в это.

— Благодаря Лане, — кивает Ксандр. — Она исцелила меня.

Норманн третий разворачивается ко мне, берет за руки и говорит:

— Какое счастье! Ты даже представить себе не можешь, насколько я тебе благодарен. Проси все, что хочешь...

По щеке его стекает одинокая слезинка, а мое сердце екает. Король действительно любит Ксандра, как родного сына, и мне приятно, что в этом мире все-таки есть хорошие люди.

– Не думаю, что это моя заслуга, — смущаюсь. — Но все-таки мне бы хотелось

повидать родственников.

— Хочешь, чтобы их освободили из-под стражи? — удивляется король. — После всего, что они сделали?

— Нет, я просто...

— Она хочет плюнуть им в рожи, ваше величество, — заканчивает за меня Ксандр.

Пару секунд король хлопает глазами. Он явно не привык к подобным выражениям в своем присутствии.

А вот Алекс за его спиной громко хохочет и выдает:

— А она мне нравится, отец. Кажется, она умеет управляться с братом получше тебя и меня вместе взятых...

В темницу к Ираиде мы идем тем же вечером. Вчетвером, включая Чарли и Алекса. Первого нельзя оставлять одного, чтобы он не пугал местных. Ему и так пришлось повесить на шею особую ленточку, обозначавшую, что каменный монстрик — королевская собственность. Чтобы никто не посмел его тронуть.

Ну а Алексу просто любопытно.

— Одну из сестер я обещал помиловать за то, что она рассказала мне правду, — по пути сообщает Ксандр. — Вторая не знала о незаконной добыче лотриана, поэтому ее заперли в другом месте. Но твоя мачеха здесь.

— Угу, — киваю коротко, потому что былая злость вспыхивает во мне с новой силой.

Эта женщина пыталась довести ни в чем неповинную сиротку из-за собственной жадности. Плевать мне на лотриан, за одно это ей уже нет прощения.

Вскоре мы спускаемся в сырой подвал и идем по коридору, вдоль которого расположены камеры. Они маленькие, с холодным каменным полом и больше

похожи на клетки для зверей — видимо, о гуманизме здесь пока не слышали. С другой стороны, может оно и к лучшему. Чем страшнее наказание, тем меньше желающих совершить преступление.

Ираиду узнаю сразу — ее образ всплывает в обрывках воспоминаний, доставшихся мне от Ланы. Впрочем, из-за заключения женщина изменилась. Сейчас лицо ее сильно исхудало, а волосы висят грязными сосульками. Платье тоже грязное, да и запашок от женщины идет тот еще, так что она больше не похожа на ту холеную госпожу, что издевалась над Ланой.

Меня Ираида тоже узнает.

— Ты... — шипит она, подскочив к прутьям решетки. — Дрянь!

Краем глаза вижу, как Алекс хочет вмешаться, но Ксандр останавливает его.

Правильно, нечего, это мое дело.

— Дрянь здесь только ты, — усмехаюсь презрительно, а потом выдаю такой поток трехэтажного русского-народного, что любой сапожник позавидует.

Пока говорю, молчат все. И Чарли, что хотел было тоже броситься на эту женщину. И Ксандр с Алексом, и даже Ираида.

Фух, ну вот, вроде отвела душу...

— Кхм... надо бы пару слов запомнить, — в воцарившейся тишине задумчиво

произносит Алекс. — Вдруг пригодится...

— Тебе легче, Лана? — Ксандр берет меня за руку.

— Вроде бы, — киваю. — Хотела еще плюнуть в нее, да слюней жалко.

— А мне не жалко, — Чарли подскакивает к клетке и действительно плюет прямо в лоб замешкавшейся Ираиде.

Вот только слюни у него тоже каменные...

Темницы мы покидаем под вопли мачехи.

— Знаешь, Лана... — говорит Ксандр уже гораздо позже, когда остаемся наедине.

— Что? — разворачиваюсь к нему и немного смущаюсь от того, что он успел

подкрасться так близко.

Прежде чем ответить, мужчина берет мое лицо в ладони, внимательно разглядывает. Затем склоняется ниже и выдыхает в самые губы:

— Я счастлив быть твоим мужем. И счастлив, что встретил тебя.

— Я... — хочется съязвить по привычке, но лицо Ксандра так близко, что мысли путаются в голове, и вместо этого я говорю правду: — Я тоже счастлива.

В этот момент, когда все проблемы позади, я действительно чувствую себя бесконечно счастливой. Потому что рядом человек, который принимает меня целиком. Который хочет быть со мной, несмотря ни на что. Который никогда не отпустит мою руку.

Человек, которого я люблю.

Эпилог

— Лана, оставь, я сам... — Ксандр подходит ко мне, выхватывает из рук горшочек, который собиралась поставить на очаг. — Тебе же нельзя таскать тяжести.

И он выразительно смотрит на мой выпуклый живот.

— Я беременная, а не при смерти, — ворчу, но горшок все же отдаю. — Ты и так слишком внимательный, скоро вообще вставать мне запретишь.

— Король убьет меня, если с его драгоценной невесткой что-то случится, —

усмехается Ксандр. — Ты ведь в курсе, что тебя он любит больше?

— Не преувеличивай, — фыркаю.

Впрочем, в чем-то Ксандр прав. Король проникся ко мне искренней благодарностью, как только узнал, что я вернула его пасынку крылья. Однако эта благодарность не избавила меня от вопросов о детях, которые Норманн неизменно задавал при каждой нашей встрече, на протяжении почти трех лет.

Поэтому, когда я забеременела, он и вовсе расплылся, и, кажется, радовался этому даже больше Ксандра.