Чтение онлайн

Правда, бедняге Винко пришлось нелегко, но это были его трудности.

Первый этап завершился успешно, в него прошли шесть участниц. После чего в расписании отбора было два дня выходных, чтобы все могли отдохнуть, а после выходных - прощальный бал для остальных. На котором все, собственно, и решилось.

Но об этом позже.

***

Месяц спустя с того момента, как они покинули Гандигар, к берегу Дангара пристали первые торговые корабли Кобула Назираха. Николас обещал торговцу три года беспошлинной торговли, и уж тот из шкуры вывернулся.

Корабли были доверху забиты экзотическими товарами. А кроме того, Кобул Назирах заручился верительными грамотами от властителя Дибраха. То есть прибыл на Дангар официальным представителем торговой палаты Гандигара, а неофициально - кем-то вроде посла доброй воли.

И естественно, он привез дары.

От властителя и от себя лично.

Поскольку представитель торговой палаты имел официальный статус, их императорские величества приняли его в тронном зале.

***

Кобул Назирах знал! С той самой первой минуты, как он увидел прекрасную незнакомку в своей палатке, он уже тогда знал, что место этой женщины на троне. И если он немного и ошибся, то только в том, какой рядом с ней будет находиться мужчина. Но он не ошибся в главном, сразу сделав ставку на дракона. Ибо драконы…

Но сейчас было не время для рассуждений, взгляд посла доброй воли сосредоточился на императрице. И да, он постарался исполнить все заключенные с этой исключительной леди договоренности. И даже пошел на определенные издержки. Ведь честный торговец всегда держал свое слово, считая это залогом успешного бизнеса.

Однако он наконец приблизился к возвышению, на котором стояли троны, и начал приветственную речь.

Все это время Кобул Назирах улыбался, ибо у него был припасен сюрприз. Но вот пришло время подарков. Торговец учтиво поклонился сначала Анжелике.

– О прекрасная госпожа, позволь преподнести тебе в знак доброй воли от моего правителя эти скромные дары.

И отодвинулся в сторону, пропуская целую процессию загорелых мускулистых парней, одетых по моде Гандигара в одни только кожаные штаны и жилеты на голое тело. Каждый из них нес на голове поднос. И вот там было все, что душе угодно: самоцветные камни, драгоценные жемчужины, золотые украшения, посуда, ткани, артефакты, сладости... Все эти красавчики выстроились шеренгой перед троном, а один встал за спиной Кобула Назираха.

– Еще есть огненный жеребец, о прекрасная госпожа, - проговорил торговец, поглядывая на императора Николаса, который уже, кажется, начинал дымиться от ревности.
– Но его я не рискнул привести сюда. Он ждет тебя во дворе.

Женщина на троне улыбнулась, а дракон рядом с ней процедил, опасно сузив глаза:

– Мы благодарим властителя Дибраха. Это ВСЕ?!

Кажется, император сейчас не на шутку гневался. И плохи были бы дела Назираха, если бы он не предусмотрел один маленький, но очень эффектный ход.

– Нет, о великий дракон!
– низко склонился он.
– Для тебя, о могущественнейший, я, как и обещал, привез прекраснейшую из женщин.

В зале повисла звенящая тишина.

Император Николас подался вбок и уставился на него страшными глазами, как будто хотел сказать: «Ты что делаешь?!!». А женщина на троне стала медленно поворачиваться к мужу.

– Дорогая… - прокашлялся император, у него вырвался нервный жест.

Можно было и дальше потянуть опасную интригу, но честный торговец расплылся в лукавой улыбке. Обернулся, взял с подноса длинный объемный свиток и развернул его:

– Вот она, о великий!

Это был портрет Анжелики.

Тот самый, что он тогда заказал для властителя. Выкупить полотно оказалось чрезвычайно трудно. Дибрах наотрез отказывался с ним расставаться. Он потерял женщину и желал оставить себе хотя бы изображение. Но Кобул Назирах был убедителен. Теперь портрет вернулся к хозяйке, и он как бы не нарушил обещание, данное императору Николасу.

– Кхммм, - император Николас с облегчением взглянул на жену и благосклонно кивнул.
– Очень мило.

***

А что касается дяди Максимилиана, то прошлый месяц экс-император провел довольно нервно.

Но сейчас у него наклевывался один интересный вариант…

А дело было вот в чем.

Дядя Макс, конечно, был чрезвычайно рад за Ника и изначально планировал оставить ему трон. Так что, когда возникла первая же возможность (или необходимость, тут можно считать как угодно, ибо это одно и то же), он сделал это без сожалений и с превеликим удовольствием. По двум причинам.

Во-первых, мятежный изгой, устроивший переворот, был как две капли похож на него. Максимилиана не оставляла мысль, что подобное может произойти снова. А Николас - он, к счастью, другой, Да, фамильное сходство есть, но их не спутаешь.

А во-вторых, Николас сумел обернуться драконом! Впервые за много веков.

И вот тут крылось оно.

Максимилиан связывал обращение Ника драконом с появлением в его жизни Анжелики. Вот хоть убей, а он был уверен в том, что именно она оказала такое воздействие. Тогда он в первый раз обратился к племяннику с просьбой организовать для него призыв.

А Нику в тот момент было не до того, ему нужно было подавлять заговор и спасать любимую. Естественно, призыв был отложен. Потом Нику тоже было не до того, он налаживал личную жизнь. А потом у него был медовый месяц (а медовый месяц у дракона может растянуться в год).

Но тут случился отбор у Винко.

Точнее, отбор случился по плану. Первый этап завершился, в него успешно прошли шесть наиболее талантливых и знатных участниц. Остальным девушкам предстояло покинуть отбор. Они могли остаться при дворе и выйти замуж либо вернуться в провинцию к своим семьям.

Так вот, на этом балу…

Максимилиан давно уже заметил, что Винко мрачнеет и становится серьезнее с каждым днем. Но это было понятно. Парню впервые в жизни предстоит сделать решение государственной важности, выбрать себе невесту. А это может оказаться непросто, выбор между велением сердца и долгом перед страной всегда сложен.

И да. На том балу принц Винко был мрачнее обычного. И не отрываясь смотрел на одну из девушек, выбывших с отбора. Ничего особенного в ней не было, ни редкой красоты, ни знатности, ни богатства, одни лишь большие лучистые глаза, которые сейчас казались грустными. Ведь ей предстояло сегодня же уехать.