Чтение онлайн

Любая разновидность правила (от греческого kanon – правило), способная служить нормой, образцом или моделью.

Совокупность правил в области мышления или познания. Так, у Эпикура каноника заменяет и логику, и методологию, и теорию познания. Она содержит изложение критериев истины (ощущения, предвосхищения, привязанности) и способов (посредством доказательства) расширения своих знаний.

Богатство, рассматриваемое как средство увеличения богатства. Суть понятия капитала – именно в этой круговой структуре. Капитал – это деньги, способные приносить деньги и тем самым противостоящие деньгам, которые мы зарабатываем (доходу) или тратим. Капитал – творческое богатство богатства.

Капитал также принято противопоставлять труду, что совершенно справедливо, ибо капитал в первую очередь стремится заставить работать деньги и людей.

Можно дать два определения капитализма – структурное и функциональное. Согласно первому, капитализм – это экономическая система, основанная на частной собственности на средства производства и обмена и регулируемая (или нерегулируемая) свободой рынка (включая рынок труда, или наемный труд). Это определение грешит тавтологией, и довольно серьезной. Предприятие принадлежит тому, кто им владеет, т. е. акционерам. Обычно принято считать, что предприятие одновременно служит интересам потребителей и собственных работников, однако это слишком упрощенная схема, в которой замалчивается главное. Предприятие действительно более или менее служит интересам наемных работников (удовлетворяя эти интересы в виде заработной платы), но лишь потому, что для него это единственный способ удовлетворить интересы потребителей; в свою очередь, оно служит интересам потребителей только потому, что для него это единственный способ удовлетворить интересы акционеров. Таким образом мы получаем модель треугольника, основанием которого являются потребители и наемные работники, а вершиной – акционеры.

Возможно и другое определение капитализма, отталкивающееся не от его структурных особенностей, а от выполняемой им функции. С этой точки зрения капитализм – это система, которая использует деньги для получения еще большего количества денег. Если вы храните у себя под матрацем миллион евро – не важно, в денежных купюрах или в золотых слитках, – то вас можно назвать богачом, приманкой для жуликов или дураком, но никак не капиталистом: ваши деньги ничего вам не приносят, а ваше богатство не создает нового богатства. Но если вы держите тысячу евро в банке в виде акций, то, отнюдь не являясь богачом, вы все же имеете право именоваться капиталистом, хотя и мелким: ваши деньги служат вашему дальнейшему обогащению.

Таким образом, накопление капитала входит составной частью в определение этого понятия.

То, что в подобном обществе богатеют в основном богатые, практически неизбежно. Но цель капитализма – прибыль, а вовсе не справедливость. Именно по этой причине для капитализма характерны экономическая эффективность и моральное несовершенство. Установить между двумя этими полюсами какое-то подобие равновесия призвана политика. Не следует рассчитывать на рынок в деле достижения справедливости, как не следует рассчитывать на справедливость в деле созидания богатства.

Неразумное, непродолжительное или бессильное проявление воли. Капризы – привилегия детства. У взрослого человека каприз является признаком инфантильности.

Имеющий отношение к Декарту, достойный Декарта. Чаще всего эпитетом «картезианский» награждают особую склонность или талант к методичности, порядку, строгости и ясности рассуждения. В наши дни термин «картезианский» иногда употребляется и в негативном смысле, как если бы научная строгость исключала интуицию, а стремление к порядку и ясности ставило под сомнение сложность и непроницаемость окружающего мира. Но степень непроницаемости зависит от конкретного взгляда, степень сложности – от изощренности ума, а интуиция хороша только для того, кто умеет ею пользоваться. В учении Декарта больше всего поражает вовсе не его метод, но его научная смелость.

В переводе с греческого катарсис означает очищение, освобождение путем удаления всего, что мешает или загрязняет. Так, по Аристотелю, трагедия есть катарсис страстей; по Мольеру, комедия есть катарсис наших слабостей, достойных насмешки; по мнению некоторых современных психоаналитиков, психоанализ есть катарсис наших эмоций или психологических травм. Сильно сомневаюсь, что и в первом, и во втором, и в третьем случаях подобного очищения достаточно.

Наиболее общие предикаты, которые в рамках суждения можно присвоить тому или иному субъекту: фундаментальные понятия, позволяющие осмыслить бытие (Аристотель) или структурировать мысль (Кант). Оба эти варианта применения категорий не столько противостоят друг другу, сколько дополняют друг друга: второе делает возможным первое, первое оправдывает второе. Если бы наша мысль осмысливала только себя самое, мы были бы Богом или сумасшедшими. И в том и в другом случае нам незачем было бы мыслить.

Аристотель выделяет 10 категорий, каждая из которых представляет собой один из способов выразить бытие (поскольку «бытие выражается в нескольких смыслах»): субстанция, количество, качество, отношение, место, время, положение, обладание, действие, страсть (см. указанные слова). Кант ссылается на Аристотеля, но выделяет 12 категорий, соответствующих логическим функциям суждения, которые он группирует по три: категории количества (единство, множественность, совокупность); качества (реальность, отрицание, ограничение); отношения (присущность и самостоятельное существование, причинность и зависимость, общение или взаимодействие), наконец, категории модальности (возможность и невозможность, существование и несуществование, необходимость и случайность). По Аристотелю, это роды бытия, по Канту – чистые понятия рассудка.

Безусловное утверждение или отрицание, исключающее альтернативу. Категорическое суждение – это суждение, не являющееся ни гипотетическим, ни разделительным. Например: «Сократ – человек». Или: «Этот человек – не Сократ».

Отсюда Кант выводит понятие категорического императива – абсолютного требования, не зависящего от условий и не признающего отговорок (например, «не лги»). Все категорические императивы в конечном счете сводятся к одному-единственному, который звучит так: «Поступай только согласно такой максиме, руководствуясь которой ты в то же время можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом» («Основы метафизики нравственности», раздел II). Это закон, который воля диктует сама себе или должна диктовать, оставаясь суверенной. Любой человек волен его нарушить, но он остается автономным лишь до тех пор, пока уважает его требования.

Догматическое изложение религиозного или любого другого учения, преследующее педагогическую цель. Катехизис часто составляется в форме вопросов и ответов. Таковы яркие «катехизисы», входящие в «Философский словарь» Вольтера: китайский катехизис, катехизис кюре, катехизис японца, катехизис садовника и т. д. Эта форма позволяет автору изложить свою собственную мысль. То же самое относится и к «Позитивистскому катехизису» Огюста Конта. Однако и в том и в другом случае вопросы, и читатель прекрасно чувствует это, нужны автору только потому, что он заранее знает на них ответы. Катехизис представляет собой нечто вроде скелета мысли. Увы, мертвой мысли.