Чтение онлайн

Ксавье, не очень смышленый, хотя и старательный, серьезных ошибок не допускал, но еле-еле тянул свой участок работы. Из-за его нерасторопности проблемы откладывались и накапливались. Работники филиалов месяцами могли ожидать от него ответа, а Ксавье, если не знал, как поступить, просто отмалчивался и не проявлял никакой инициативы, чтобы дело наконец сдвинулось.

Бертран – очень неглупый финансист, пусть и несколько «книжный», как большинство бывших аудиторов, но чересчур ленивый. Свою работу он выполнял тщательно, по порядку и по инструкции. Глубоко не копал и жизнь себе не усложнял. Сроки сдачи работ выдерживал, кризисов не создавал, но в ответ на приглашение в дополнительные проекты строил недовольную физиономию и сообщал, что и так перегружен.

Ни Ксавье, ни Бертран не ожидали от Маниша особенных повышений или наград. Они рассчитывали, что ArcelorMittal – стабильная компания, где можно спокойно работать на одном месте до пенсии, особенно не напрягаясь. После нескольких лет работы, оба считали свое будущее обеспеченным, купили дома, завели детей и бурь не ожидали.

Маниш столкнулся с серьезной проблемой: у него в команде было несколько аналитиков, молодых и амбициозных, в большинстве своем из Восточной Европы и Индии, на которых свалились все неординарные задачи. Ксавье и Бертран по разным причинам справиться с этой дополнительной работой либо не могли, либо не хотели. Но при этом серьезно увеличить молодым специалистам зарплату или повысить их до уровня менеджера в благодарность за хорошую работу и инициативность Маниш не мог, потому что все позиции были уже заняты и вряд ли освободились бы сами собой.

По итогам года Маниш поставил Ксавье и Бертрану оценки «ниже среднего», объяснил, что будущего у них в отделе нет, и предложил искать другую компанию. Ни один, ни другой сначала не восприняли его серьезно. С их точки зрения, работали они как все. Тут они были правы. Подавляющее большинство сотрудников главного офиса, особенно из бывших арселоровцев, именно так и работают: выполняют необходимый минимум, ни во что не вмешиваются, впереди паровоза не бегут, в конфликты не вступают. Кроме того, в компании все твердо верят, что «у нас людей не увольняют», особенно если у них большой стаж. Ксавье и Бертран, оказывается, решили, что у Маниша головокружение от успехов и он скоро перебесится, да и HR , конечно, не позволит ему пойти на решительные меры. Оба надеялись, что их через какое-то время переведут к другому, менее требовательному начальнику. Словом, как обычно, решили, что все само образуется. Тем более работа, которую они делали, была не такой уж престижной и важной – обычная бухгалтерская рутина, куда нанимать выпускников из INSEAD [62] или LBS [63] никто все равно бы не стал. Прошло время. Ничего не изменилось. Маниш каждый месяц справлялся у обоих, как идут поиски нового места и постепено передавал их работу другим; по итогам очередного года он снова поставил обоим оценки «ниже среднего» и предупредил, что уволит после годового отчета.

Ксавье и Бертран сочли, что с ними хотят расстаться из-за кризиса, потому что они слишком дорогие, а у компании после слияния курс на молодых и дешевых гастарбайтеров. Ни один ни другой так и не поняли, что претензии к их работе обоснованны. Бертран в итоге устроился в небольшую бухгалтерскую фирму, а у Ксавье перспектив не было. Тем не менее Маниш настоял на том, чтобы с ним расстались. Волею случая уведомление об увольнении он получил за неделю до того, как у него должен был родиться второй ребенок.

Мистер А., как я слышала, поступок Маниша не слишком приветствовал, кадровики тоже. Тем не менее ему разрешили поступить по-своему. Наверное, начальники решили, раз ему так хочется набить неизбежные шишки менеджерского взросления, пусть действует. Маниша только под разными предлогами просили отсрочить «приговор»: плохо увольнять перед Рождеством, еще хуже в разгар эпидемии гриппа или посередине годового отчета. Вероятно, они рассчитывали, что или Маниш передумает, или у Ксавье что-то подвернется. Но, видимо, не судьба. Удивительно, что отдел кадров палец о палец не ударил, чтобы помочь сотруднику найти другую работу в компании. Так всем было бы проще – не было бы риска судебного разбирательства за сомнительное увольнение.

Мне понятна и близка идея построить отдел на строгих профессиональных принципах, в котором работа и награды распределяются по заслугам. Но Маниш пытался сделать это на консервативном, старорежимном предприятии. Не могу представить себе, что бы я чувствовала, увольняя бывшего приятеля-коллегу в тот момент, когда он остается единственным работником в семье, где вот-вот появится второй ребенок. Но еще труднее мне представить себе, что я в течение года игнорирую недовольство начальника и в кризис при риске потерять работу решаюсь завести ребенка.

Хотя и из кризиса можно извлечь выгоду. Он повторяется с завидной регулярностью каждые лет десять, многие успели привыкнуть: ну потеряли что-то, вдохнули-выдохнули, сделали выводы и пошли дальше работать. Все знают, что в кризис самое время начинать новые проекты, строить планы, договариваться о ценах. Ведь все дешево. Тамара, например, как раз сейчас меняет работу. Уходит из KPEY развивать стартап в области энергосберегающих технологий. На интервью она так и объяснила, что хочет быть с теми, кто умеет ловить момент и пользоваться неожиданными возможностями. А ее коллеги тем временем шушукаются, мол, в «такое время» нужно сидеть тихо и быть благодарным за то, что тебя не уволили.

Мистер А. разослал по офису циркуляр о том, что нужно быть поаккуратнее с административными расходами, корпоративными развлечениями и прочими излишествами. Документ был выдержан в вежливом и умеренном тоне. Но реакция офисных попугаев на это послание оказалась совершенно непредсказуемой. Снежный ком из рассылки «Ответить всем» парализовал на несколько часов работу офисов по всему миру:

– Предлагаю заморозить все повышения на следующие два года!

– Предлагаю добровольно отказаться от годового бонуса!

– Предлагаю закрыть офисную столовую!

– Я обещаю летать по Европе только эконом-классом!

– Обязуюсь не печатать документы на цветном принтере!

– А я все документы теперь печатаю на двух сторонах листа!

Ну и так далее. В итоге Мистер А. вынужден был разослать еще одно письмо, в котором призывал обратить больше внимания на пожелания клиентов в изменившихся обстоятельствах и бросить все силы на завоевание новых рынков.

Кризис – прекрасное время, чтобы уйти в декрет, закончить МВА и одновременно подготовить почву для перемен. Так рассудила не только я, но, как оказалось, еще две из моих МВА – однокурсниц. Правда, планировать всегда легче, чем следовать собственным планам, в которые что-то непременно вмешивается. Никогда не знаешь, на чем поскользнешься.

Беременность в тридцать шесть лет в Люксембурге совсем не то, что в восемнадцать или двадцать пять в России. Теперь я имею возможность заказывать себе специальные подушки из Франции и джинсы для беременных от JBrand из Америки, а в свободное от работы и МВА время выбирать голландскую мебель для детской комнаты в Bopita , развивающие немецкие игрушки HABA , а также ломать голову, какая же из колясок лучше: Bugaboo Cameleon или все-таки Stokke . В Люксембурге принято по французской традиции создавать liste de naissance , то есть регистрировать в каком-нибудь детском магазине список всего необходимого для малыша. За четыре-пять недель до рождения заказ доставляется клиенту, причем никакой предварительной оплаты не требуется. А после радостного события родственники и знакомые получают онлайн-ссылку на liste de naissance и выбирают, что они хотели бы подарить. Спустя еще два или три месяца родителям приходит окончательный счет, и они выплачивают остаток. Обычно к счету прилагается еще и ваучер на десять или пятнадцать процентов от суммы покупок.

Медицина в Люксембурге кардинально отличается от всего, с чем мне приходилось сталкиваться раньше. Врачи не навязывают мне единственно правильного мнения, что можно и что нельзя. Никто не советует, на какие курсы записаться, и не удивляется, что я отправляюсь со всей нашей МВА – группой на недельный семинар в Южную Африку. Казалось бы, можно расслабиться и наслаждаться ожиданием. Не тут-то было.

К сожалению, я сильно переоценила свою эмоциональную устойчивость и умение отрешаться от деловых вопросов. Круг забот очень широк, а требования к себе высоки: нужно держать под контролем работу, учебу, не забывать о карьерных планах, контролировать покупку нового дома. Вот бы можно было отложить яйцо в какое-нибудь гнездо или лучше в инкубатор, а самой уйти спокойно по делам, выпить бокальчик-другой вина, не беспокоясь по поводу мелких недомоганий. Ожидание ребенка в благополучной стране среди безграничного изобилия детских товаров – это прекрасно, но с инкубатором лично мне было бы гораздо проще.