Чтение онлайн

Р-А-Х!

Плетение влетело точно в окно того дома, в котором Иваныч вновь увидел какое-то движение, распустившись внутри искрящимся цветком. Из-за поднявшегося облака пыли было невозможно рассмотреть того, что сейчас происходило внутри здания.

Седой церковник осёкся, наблюдая за иллюминацией, устроенной начинающим магом.

У храма вновь заголосили.

Внезапно из-за пыльной завесы к храму метнулись три стремительных тени.

– Ох, ё.. – только и смог выдавить из себя Павел, спешно создавая, одно за другим, три плетения.

Одну из тварей окутал белый свет. Две её товарки смогли каким-то образом уклониться от летящих в их сторону шаров, неумолимо приближаясь к ученикам магов.

– РУ-У! – жаба с боевым кличем бросилась в атаку на приближающихся монахов.

Р-А-Х!

Искрящийся шар поглотил в светлой вспышке разрыва ещё одну фигуру в рясе.

– РУ-А! – тварь пыталась сдёрнуть вцепившегося в её живот малыша Вали.

– Держись, носатый! – Иваныч перехватил тяжёлый меч и устремился к последнему оставшемуся из нападавших.

Лезвие клинка с гулом разрезало воздух и врубилось в шею вертящейся на месте твари. Но вместо того чтобы просто снести голову изменённого монаха, оно перерубило позвоночник и завязло в теле.

Тварь дёрнулась, отчего её перерубленная голова запрокинулась назад и повисла мешком. Иваныча передёрнуло от вида висящей на одних мышцах и при этом клацающей зубами головы.

Тварь дёрнулась ещё сильнее, и рукоять меча выскользнула из рук начинающего мага. Монах завертелся из стороны в сторону, отчего поймать утерянное оружие для Павла оказалось делом вовсе не возможным.

– Посторонись, – ворчливо буркнул седой монах, потеснив Иваныча плечом.

Закатав рукава рясы и поплевав на широкие ладони, он примерился к засевшему в теле твари клинку.

– Благослови, Создатель! – выдохнул старик и, крякнув, метнулся к не желающему умирать монаху.

Павлу оставалось только удивлённо присвистнуть, наблюдая за ловкой работой пожилого церковника.

Раз!

И он уже ухватился за рукоять, торчащую из мечущейся из стороны в сторону спины.

Два!

И на крепких, покрытых шрамами руках вздуваются толстые канаты мышц.

Три!

Старик бьёт ногой в поясницу твари, и клинок с хлюпаньем покидает изменённое тело.

– РУ-У! – заверещал малыш Вали, когда тварь завертелась вокруг своей оси и принялась слепо полосовать когтями воздух.

Седой старик вновь примерился, замахнулся и с кхеканьем отсёк изменённому левую руку. Через несколько секунд процесс повторился, и на землю упала правая рука. Затем, также поочерёдно, пришла пора и нижних конечностей.

Павел с интересом наблюдал за работой пожилого служителя церкви, не забывая при этом поглядывать по сторонам в ожидании новых гостей. Старик орудовал клинком так, будто это было для него обычным рутинным делом. Да, в его движениях не было той завораживающей красоты и лёгкости, которые были у Мишико, когда тот брал в руки оружие и начинал свой танец смерти, но… Но седой церковник не совершал ни одного лишнего движения. Лишь скупые, экономящие силы, но при этом крайне продуктивные действия.

Раскрасневшийся старик удовлетворённо оглядел бьющийся в агонии обрубок и посмотрел на Павла, обнажив в улыбке крепкие белые зубы.

– За сегодня уже третий! Эх, и живучие же гниды, поглоти их пустота! – седой служитель не сводил взгляда своих выцветших глаз с сокрытого глубоким капюшоном лица начинающего мага. – А вы кто такие будете? На столичных братцев не больно-то похожи.

– Путники мы, – коротко ответил Иваныч, откидывая капюшон рясы.

– Путники, значит… – задумчиво протянул старик и внимательно осмотрел пришедшую в себя юную ведьму и жабу, которая по-кошачьи игралась с щёлкающей гнилыми зубами головой твари. – Хороши путники, что могут походя несколько гнилушек в пепел обратить. А к нам какими ветрами занесло?

– Попутными, – угрюмо ответил Павел и протянул руку в недвусмысленном жесте.

– Ох, и весёлый ты малый! – хохотнул старик и, перехватив клинок, протянул его рукоятью вперёд. – Где же тебя так потрепало-то? Вроде, молодой ещё, а рожу тебе будто демоны пережевали, да, прости, Создатель, высрали.

– Мир не без добрых людей, – уже теплее ответил Иваныч, принимая меч. – Ты тоже на смиренного служителя ордена не сильно похож.

– И много ты служителей-то повидал, парень? – при всей кажущейся балагуристости седого церковника, цепкий взгляд его некогда ярких голубых глаз буквально ощупывал начинающего мага.

Иваныч хмыкнул и покачал головой. Ему почему-то импонировал этот крепкий старикан с выцветшими глазами цвета горных льдов.

– Повидал, – усмехнулся юный маг, – Много повидал. Да вот только если не считать паладина, то поговорить удалось пока лишь с тобой.

При упоминании паладина у старика на миг блеснули глаза.

– Дела-а-а, – протянул церковник, задумчиво оглаживая свою бороду. – Видимо, есть нам, о чём с тобой поговорить, парень. Заходи ко мне, как всё… Кхм. Закончится.

– Закончится ли? – поинтересовался Иваныч.

– Закончится, – кивнул старик. – Всё рано или поздно заканчивается.

– Я тебя услышал… – Павел вопросительно посмотрел в глаза служителя ордена.

– Авель, – помог юному магу старик, – отец Авель.

– Я тебя услышал, отец Авель, – продолжил Иваныч и, что-то решив для себя, добавил: – Там в храме… Люди?

– Верно, – подтвердил отец Авель, – где же ещё детям Его скрыться от напасти, как не в доме Его?

– Они там в безопасности? – уточнил Павел.

– Отец всегда позаботится о детях своих, – ответил старик, указав раскрытой ладонью на украшающий шпиль храма символ Создателя.

– Это я и хотел услышать от тебя, отец Авель, – Павел сделал вид, что ничуть не удивился увиденному. – Присмотришь?

– Вполглаза, – кивнул церковник.

– За кем? – вклинилась в их разговор Мали.

– Я надеюсь на тебя, отец Авель! – Павел вновь заглянул в старческие глаза.

– На всё воля Его, – старик осенил себя священным знаком и повернулся к юной ведьме, которая так и продолжала сжимать в руках длинный нож: – Пойдём, дочка. Вознесём молитву отцу нашему.