Чтение онлайн

— Хм... — наконец изрек он.

— Да? — Сандер наклонил голову вбок.

— Сейчас проверим кое-что.

Ёситада снова взял телефон, нашел нужный номер и поднес к аппарат уху:

— Здравствуйте. Это Токугава Ёситада. Могу ли я встретиться с господином Токугавой Иэясу? О, как жаль... А куда, можно узнать? И когда вернется? А, понятно. Запишите меня, пожалуйста, на вечер следующего дня. Большое спасибо, — он опустил телефон. — Вот это номер...

— Это ты с кем разговаривал?

— Секретарша Токугавы Иэясу. Ии Киёми.

— Что разузнал? Не тяни.

— А то... — Ёситада улыбнулся было, но тут же снова нахмурился: — Он уехал в Нагою. Как тебе это, а?

— Ого... — Сандер откинулся на спинку дивана и раскинул по ней руки во всю длину: — ...А задачка-то сошлась с ответом...

— М-да... что это все вообще может значить?

— Так, — Сандер хлопнул себя по колену. — Давай начнем расследование с того, что предположим, что подозреваемый виновен.

— Чего?..

— Ну, давай исходить из того, что Токугава Иэясу — это Токугава Иэясу. И начнем искать этому доказательства. Потому что по-другому получится — «я не верю в бога, потому что никогда его не видел».

— Да, ты прав. Давай искать. Только как?

— Думаю: нужно съездить в Никко, в Кумамото и... в эту, Нагою. В Нагою — чем быстрее, тем лучше. Можем вообще поймать на месте преступления.

— Да, точно... но я не смогу до воскресенья, извини.

— А чего ты передо мной извиняешься? — Сандер сел ровно и снова открыл ноутбук. — Это же тебе в первую очередь надо.

— Именно. Поэтому и извиняюсь. Не хочу тебя напрягать.

— ...Но напрягу, — Сандер рассмеялся и набрал в поисковике «Нагоя билеты купить». — Я поеду сегодня вечером. А ты — в воскресенье в Никко... или в Кумамото? Куда лучше?

Ёситада потер лоб и задумался:

— Хм. И туда, и туда я за один день не успею. Никко — это рядом, а если в Кумамото — то это только ехать сколько... будет ли у меня время кого-то расспрашивать? В Никко, однозначно.

— Эх... а кого бы отправить в Кумамото? Во, а твой одноклассник этот? Журналист который?

Ёситада покачал головой:

— Он не журналист, он владелец газеты. Он организует работу... о, стоп, — лицо его внезапно просветлело, и спустя секунду на губах заиграла все та же нехорошая усмешка.

— Что?

— Я, кажется, нашел того, кто у нас поедет в Кумамото.

Он положил клавиатуру на колени, нашел страницу со своими фотографиями и щелкнул на имя автора статьи. Открыл его профиль и написал: «Это Токугава Ёситада, которого ты сфотографировал в аэропорту без разрешения. Вот тебе в подарок еще одно фото... — он открыл папку «мой класс» и выбрал оттуда одну из фотографий. И добавил к сообщению. — ...Надеюсь, ты узнаешь человека справа от меня, хоть он и стал сейчас старше. Я ему еще не звонил по поводу твоего увольнения и рекомендаций, но собираюсь позвонить. Однако я готов предоставить тебе шанс. У меня есть для тебя работа. Если хорошо ее выполнишь — останешься в редакции». — Он нажал «отправить».

— Опа!.. — воскликнул Сандер. — А ты добрый.

— Да, ты же сам сказал: разнюхивать — это и есть работа таких, как он.

— Хорошо. А если и правда у вас тут ками воскресают? Он не напишет про это статью?

— Нет, я же сказал: это вполне приличная газета, там такую чушь не опубликуют.

Сандер и Ёситада оба в один голос расхохотались.

Пискнул телефон Ёситады, и на экране тоже высветилось: «вам пришло сообщение».

Ёситада открыл и прочитал: «Что я должен сделать?»

— Ха, — сказал Сандер и подмигнул: — Давай, кидай ему инструкции, а я пока билеты куплю.

В дверь позвонили. Похоже, прибыла заказанная еда.

Иэясу вскинул руку и перехватил меч за лезвие через ткань рукава до того, как Киёмаса успел его выдернуть.

— Стой.

Киёмаса нахмурился, замешкался на миг, но все же потянул за рукоятку, возвращая себе оружие.

Иэясу поморщился:

— Ты все же порезал мне руку... — он показал кровь, стекающую по ладони на синий шелк. И медленно перевел взгляд на сидящего на постаменте Хидэёси, наблюдавшего за происходящим с явным интересом. Аж рот раскрыл, обезьяна старая. Впрочем, о чем это он? Хидэёси выглядел просто неприлично молодо. Иэясу помнил Токитиро, но даже когда они только познакомились с этим человеком, он выглядел значительно старше, чем сейчас. Тем не менее Иэясу ни с кем бы его не перепутал. Прозвище «Обезьяна», которое дал Ода Нобунага, было на редкость точным и емким. И отражало одновременно и внешность, и натуру Токитиро. Его лицо все время находилось в движении, и тело тоже. И даже если ничего не двигалось — пальцы, ноги, голова, то все равно создавалось впечатление, что этот человек в любую секунду готов сорваться с места.

— Я думал: ты умнее, Хидэёси. Или что ты все-таки любишь своего сына и хочешь его увидеть, — слова давались Иэясу с трудом. Приходилось следить за дыханием и больше не двигать руками.

— Глупости, маленькая шутка, ты что обиделся? — рассмеялся Хидэёси. — Раз твои потомки научились делать человеческие тела — слепят тебе новое, не обеднеют. А ты шустрый, тануки.

Иэясу поморщился. Не только от боли — он терпеть не мог слышать это прозвище из уст Хидэёси.

— Если бы ты был умнее, Обезьяна, ты бы догадался, что то, на чем ты сидишь своим бесхвостым задом, и есть та штука, которая «лепит тела». И если мы с Като Киёмасой устроим тут драку — от нее ничего не останется. И твой сын будет продолжать завывать в пустоте неупокоенной душой.

— Да как ты смеешь! — Хидэёси вскочил и сжал кулаки.

— Подумай. У тебя теперь полно времени на это. — Иэясу наконец вдохнул полной грудью и вышел из зала.

Оказавшись на улице, он понял, что до машины с оборудованием не доберется, об отеле даже речи не шло. Он чувствовал, как кровь стекает по его ногам, и надеялся, что многочисленные слои одежд хорошо ее впитают — в основном он и нарядился так, потому что ожидал от Хидэёси чего-то подобного. Рана уже почти закрылась, но от ходьбы разошлась снова.

Скамейка. То, что надо. Ему не потребуется много времени, чтобы залечить такое ранение, но нужен покой. Иначе все зарастет криво и будет потом болеть.

Иэясу сел на скамейку и откинулся на спинку. Проклятье, ну до чего же больно! И это еще только начало — дальше будет просто кошмар, когда рана начнет ужасно чесаться изнутри. Он поднял руку. На ней все еще сочился кровью порез. Обычно такая мелочь исчезает почти мгновенно. Но сейчас все силы направлены на более серьезное ранение.

Заметил ли Хидэёси? Судя по его словам, нет. А вот понял ли Киёмаса? А если да, то крайне важно — расскажет он своему господину или нет. Киёмаса очень, очень сильно изменился. Однако, вероятнее всего, его бывший хозяин еще не понял этого.

Все владеющие силой больше всего оберегали свою тайну. Не сам факт умения управлять стихиями и первостихиями — это как раз было почетным, и многие, кто был лишен такой способности, прибегали к фокусам, чтобы их тоже считали потомками богов. Но что именно дает тебе твоя стихия и каким элементом ты владеешь — держалось в строжайшем секрете. И доверяли его только самым близким друзьям. Даже дети не всегда знали, какой силой владеет их отец. А что поделать — в такое время вырос Иэясу: не раз бывало, что сын бил в спину отцу.