Чтение онлайн

— Да, — Таец стал темнее тучи. Что его беспокоит? Мое желание дать огласку делу? Он должен понимать, что мне тоже проблемы не нужны. Мне проще убраться из этого места, только не участвовать в судебных тяжбах. Это же затянется на долгие месяцы. Пусть идут с миром, а я забуду как страшный сон и двинусь дальше. Шляться по темноте в одиночестве теперь точно не буду. А в следующий раз, возвращаясь ночью, меня будет ждать такси. Отвезет прям до дома.

— Послушайте, — Отмирает полицейский и поднимает на меня потяжелевший взгляд. Видать, он расценил мое молчание, как борьбу с несправедливостью обстоятельств и самой собой. — Я вас понимаю, они заслужили наказание. Мы можем начать дело, но…

Мой следователь опускается чуть ниже, впиваясь глазами, и убавляет голос на пару тонов, что заставляет меня притянуться ближе и прислушиваться к его неидеальному английскому:

— Но идти против них будет сложно. Ваш защитник — не простой человек. А он очень заинтересован в ликвидации последствий их потасовки.

Я усмехнулась, но мне и не надо было ничего объяснять:

— Не волнуйтесь, — Легко отвечаю я, зная как работаю деньги во всех странах мира. — Мне и самой не нужны проблемы. Я хочу просто отдохнуть, как обычный турист, и спокойно вернуться домой.

Полисмен молчит, выискивая что-то на дне моих глаз, а я беспрепятственно разрешаю копаться там.

— Значит, претензий нет? — Да отстань ты уже от меня. Хотелось крикнуть, но вместо этого я устало выдыхаю и четко произношу свое слово “нет”.

— Хорошо, — И что он меня так испепеляет? Сказала же, что не заинтересована в разбирательствах. — Тогда вы свободны.

Да неужели, самой не вериться, что всё так закончилось. Я очень резво подрываюсь со стула. Усталость как рукой снимает, очень захотелось домой. Готова к новому забегу, только теперь до бунгало.

— Вас есть кому проводить до дома? — Спрашивает меня следователь, когда мы оказываемся у стола дежурного на выходе. Вокруг ни души, только с улицы долетают голоса оживленной беседы и суеты. Блики мигалок танцуют на стенах.

— Да, я уже написала другу, он ждет меня, — Нагло вру, не желая столкнуться с очередными желающими “просто со мной познакомиться”. Идти то одной. А на часах почти двенадцать ночи.

— Спасибо за чай, — Добавила напоследок, выдавив из себя улыбку.

— Постойте, — Окликнул меня дежурный у выхода. Началось. Что ещё? Я заторможенно разворачиваюсь, надеясь на отсутствие повода задержать меня тут ещё хотя бы на минуту. Чувствую, как сердце заводиться в ускоренном темпе.

Он что-то протягивает мне в руки, а я боюсь опустить взгляд:

— Передайте, пожалуйста, парню, который за вас заступился на пляже. Он оставил их в камере.

Звук моего облегченного выдоха скорее всего был слышен на острове Пхи-Пхи.

Я слабо улыбнулась, думая о том, как крепко буду спать сегодня, и осторожно вытащила из его пальцев наручные часы, не очень понимая, зачем вообще это делаю. Некому передать?

В ладонях оказывается черная махина, больше похожая на классику. Вверху красивым кудрявым шрифтом написан бренд Breguet. Если честно, то я не знаю такого бренда. Но выглядят качественно и серьезно.

Чего он сам не отдаст их? Не очень хочется встречаться с этим “милым” человеком еще раз. Несмотря на то, что спас.

Почти убегаю на улицу, чтобы у представителя порядка не было желания остановить меня ещё раз. Правую ладонь холодит тяжесть металла, спешу на улицу и успеваю рассматривать эти часы, чувствуя тонкий шлейф древесно-мускусного парфюма. Сейчас могу точно дать характеристику их хозяину. Он такой же холодный, стальной и дорогостоящий. Надеюсь, ему хорошо живется в его амплуа.

На улице меня сразу привлекают горящие мигалки на авто стражей, они так ярко переливаются, что бьют по вискам. Сирена отключена, внутри сидят тайцы. Рядом стоят черные джипы, которых я насчитываю три. Толпа людей суетится, кто-то куда-то звонит, о чем-то договаривается.

Физически ощущаю как у меня начинает гореть правая щека. Сразу понимаю куда надо смотреть, чтобы найти хозяина помпезного аксессуара. Такая энергетика может быть только у одного человека. И я не прогадываю, поворачиваясь и попадая под рентген этих черных бриллиантов. Именно так схоже они переливаются под светомузыкой полицейских машин.

Остыл парень, сразу видно. Пристроился на бампере внедорожника, руки сложил на груди, заметно расслабился.

Я смотрю на него, он — на меня. В его глазах холодная отстраненность, в мои — усталость. Он, наверное, чего-то ждет от меня, а я не собираюсь ничего делать. Ничего, чтобы потешить его самолюбие.

Приближаюсь ближе, не выпуская его глаз. Он заметно подбирается, а потом, наверное, вспомнив, что я — какая-нибудь несущественная для него “угроза”, берет себя в руки и натягивает надменное выражение лица обратно.

Размеренно подхожу ближе, встаю рядом и протягиваю ему свой трофей. Смотрю в упор.

Парень не сразу опускает взгляд на зажатую в моей руке пропажу. Наверное, ждет, что я благодарить начну, а мне пофиг. А может надеется, что я примусь унижаться и требовать объяснений по поводу отзыва дела.

А мне пофиг.

И он точно читает это в моих глазах.

Лениво опускается ниже и усмехается, разглядывая свои часы в моих руках.

Он слишком долго ничего не делает, поэтому я подхожу ближе и складываю безделушку на его крепко сложенных на груди руках, неторопливо разворачиваюсь и ухожу в луну, не роняя ни слова.

Выпендриваться будет перед своими обожательницами.

Глава 10

Как только скрылась за зданием полиции, втопила быстрее эфиопского гепарда. Дома была уже через четыре минуты.

Вбежала и закрылась на все замки. Для подстраховки. Хотя моя защита от внешнего мира вряд ли выдержит ударов зверя, что положил на меня глаз. Надеюсь, после сегодняшнего он забрал свой глаз обратно.

Приняла долгожданный горячий душ и скрылась под недрами одеяла.

Но не тут то было. Эта ночь оказалась такой же бессонной как и две предыдущих. Есть вероятность, что я скоро постарею.

На самом деле в этот раз мне не давали спать совсем другие мысли, чувства и эмоции. Они открылись во мне порывом и пошатнули бронированные стены. Я впервые ощутила на себе, как это — быть той, кого защищают.

Все мой антураж успешность и независимости прятал внутри меня маленькую беззащитную девочку, о существовании которой я доныне не знала. Ей очень понравилось наличие у неё спасителя, дитя было на небесах от счастья. Как ни говори, а за меня никто и никогда не заступался. Я всегда отстаивала себя самостоятельно и чаще всего шла против общества в одиночестве.