Чтение онлайн

Радар, который приходится выключать вскоре после начала полета, дабы его не разнесло вместе с самолетом, - это все же лучше, чем полет без всякого радара. Но ненамного. Разрешив Гольдфарбу непосредственно общаться с истребителями, которых он наводил по своему радару, ученым не мешало бы придумать какой-нибудь способ, позволяющий, не выключая радар, одновременно не подвергать самолет опасности уничтожения.

Тэд Лэйн испустил пронзительный боевой клич краснокожих.

– Один из наших истребителей только что сшиб вражеский самолет. Атаковал его сверху, почти лобовое столкновение. Подкрасться сзади было никак, у ящеров скорость выше. Говорит, видел, как самолет развалился в воздухе, а потом все потроха полетели вниз.

В кабине "Ланкастера" раздались радостные возгласы. Затем Кен Эмбри спросил:

– А что с остальными "москитами"? Через некоторое время радист ответил:

– Там... несколько самолетов не отвечают на мой запрос, сэр.

Ликование оказалось преждевременным. ВВС медленно и болезненно учились тому, как наносить ущерб ящерам. Ящеры же прекрасно справлялись с ВВС. Бэгнолл надеялся, что пилотам истребителей удалось выброситься. Заменить опытного летчика труднее, чем самолет.

Гольдфарб, сидевший позади, перед погасшим теперь радарным экраном, сказал:

– А ведь парни на земле все время нас слушают. Если им удастся, они тоже смогут врезать по ящерам. Во всяком случае, они несколько раньше сумеют узнать, откуда эти твари появятся.

– Жди от них пользы, как же, - хмыкнул Эмбри.

Как любой пилот, он придерживался мнения, что зенитчики едва ли в состоянии сбить вражеский самолет своими пушками. Если такое отношение придавало ему уверенности, Бэгнолл не собирался переубеждать друга. Спокойный пилот - это уравновешенный пилот, а у такого пилота куда больше шансов благополучно вернуться на землю вместе с экипажем.

– Могу ли я снова включить установку, сэр?
– повторил свой вопрос Гольдфарб.

Эмбри оторвал правую руку от руля и постучал сжатым кулаком себе по ляжке. Бэгнолл подумал, что Кен даже не заметил этого своего жеста. Наконец пилот сказал:

– Да, валяйте, теперь можно. Как вы изволили заметить, именно в этом заключается причина нашего пребывания здесь в сей прекрасный осенний вечер.

– Неужели?
– усмехнулся Бэгнолл.
– А я-то все время думал, что мы решили проверить, как скоро ящеры смогут нас сбить. Насколько я понимаю, наземные службы побились об заклад. Не желаешь ли поставить свой шиллинг, Кен?

– Боюсь, что нет, - невозмутимо ответил Эмбри.
– Когда мне сказали, что кто-то назвал двадцать секунд после взлета, я решил, что мои шансы почти равны нулю и нужно приберечь денежки для наследников. А как насчет тебя, дружище?

– Жаль, что я испортил тебе пари, но должен признаться: я и был Тем самым парнем, который назвал двадцать секунд после взлета.

Радарная установка, как и любое электронное устройство, сделанное людьми, после включения требовала некоторого времени на разогрев. До Бэгнолла доходили слухи, что электронная техника, снятая со сбитых самолетов, включается мгновенно. Бортинженер сомневался в этом. Насколько он знал, лампы (американцы называли их трубками) по природе своей должны разогреться. Возможно, ящеры не применяют лампы, но ему трудно было представить себе, чем их можно заменить.

– Еще один приближающийся самолет ящеров, направление то же, - доложил Гольдфарб.
– Расстояние... двадцать три мили. Проклятье, он движется очень быстро. Выключать радар?

– Нет, подожди, пока они не выпустят по нам ракеты, - сказал Эмбри.

Бэгноллу показалось, что пилот спятил. Но безумие пилота было логичным.

– Мы уже убедились, что можем уклоняться от ракет, самонаводящихся на наш радар. Если выключить его прежде, чем ящеры пустят ракеты, они могут подлететь ближе и обстрелять нас ракетами другого типа, от которых не увернешься.

– Да, их тактика строится на стереотипах, - немного подумав, согласился Бэгнолл.
– Сделав выбор, они будут повторять свои действия снова и снова, не задумываясь о результатах. И если они такие умники, зачем им давать в этом усомниться?

– Поэтому я и...
– начал Эмбри. Гольдфарб перебил его:

– Ракеты пущены! Летят на нас!

– Выключай радар!

"Ланкастер" вновь завертело в воздухе; и вновь Бэгнолл обеспокоенно подумал, не покинут ли рыба и чипсы его желудок. Ракетам ящеров и на этот раз не удалось сбить английский самолет.

"Может, в конце концов, мы все-таки выживем", - подумал Бэгнолл. Когда "ланк" покидал взлетную полосу, бортинженер сильно в этом сомневался.

Тэд Лэйн прислушивался к уцелевшим "москитам", которые атаковали самолет ящеров.

– Наши завалили еще одного ящера!
– воскликнул па-диет.

На этот раз никто из экипажа не закричал от радости. Все понимали, какую цену приходится платить пилотам истребителей за каждый сбитый вражеский самолет.

Спустя некоторое время радист сообщил Эмбри:

– Нам приказывают сворачивать действия и возвращаться на базу. Вице-маршал авиации считает, что, поскольку нам повезло дважды, нельзя искушать судьбу и рассчитывать, что она улыбнется нам и в третий раз.

– Старый придурок этот вице-маршал, - буркнул пилот. И поспешил добавить: - Разумеется, нет необходимости передавать ему мое мнение. Мы конечно же подчинимся его распоряжениям, как послушные детишки. Штурман, не будете ли вы любезны предположить, какой нам выбрать курс?

– Именно предположить, верно сказано, - отозвался Элф Уайт из своей занавешенной кабинки, находящейся позади кресел пилота и борт-инженера. После твоих выкрутасов с самолетом стрелка компаса продолжает выплясывать, как под хороший джаз. Если мы действительно там, где мне кажется, курс ноль-семь-восемь минут через десять-двадцать приведет нас в район Дувра.

– Ноль-семь-восемь, понял, - сказал Эмбри.
– Выхожу на этот курс.

Он развернул бомбардировщик в небе так лихо, словно самолет был продолжением его самого.

Джордж Бэгнолл следил за аккуратными рядами приборов с таким вниманием, будто они показывали частоту ударов его сердца и состояние дыхания. Это не было преувеличением: если бы двигатели "ланкастера" или гидравлическая система отказали, биться его собственному сердцу оставалось бы недолго.

– Я нахожусь на связи с базой, - доложил радист.
– Они сообщают, что за сегодняшний вечер нападений ящеров не было.

– Приятно слышать, - сказал Эмбри.

Бэгнолл кивнул. Приземление будет не из плавных - как всегда. Наспех починенные повреждения самого самолета, наспех починенная полоса. В этот раз их самолет не пострадал, как бывало после возвращения из полетов над Германией или Францией. В бомбовом отсеке нет бомб, которые не сумели сбросить. Но в баках горючего больше, чем обычно оставалось на обратный путь. А горючее, на котором летал их самолет, в случае неполадок превосходно умеет взрываться.