Чтение онлайн

— Я не возражаю, — бормочет он, слегка двигая бедром.

Я делаю медленный, размеренный вдох. Если бы мы действительно были парой, я бы не пыталась сбежать от него.

— Хорошо.

Я тянусь за ремнем безопасности и застегиваю себя. Затем я поднимаю взгляд, чтобы посмотреть, заметил ли происходящее кто — нибудь ещё, но Хёрст сидит впереди, разговаривая по телефону, Белла всё ещё печатает свое электронное письмо, а Уэст слишком занят, уставившись на неё с места перед нами, чтобы сосредоточиться на чем — то ещё.

Мне приходит в голову, что мисс Кацура правильно сделала, не дав мне накидку. В машине невыносимо жарко, и я уверена, что это из — за того, что сегодня душно, а не из — за того, что Оливер — настоящая печь, от его тела исходит тепло.

— Я ещё не поздравила…

— Мне жаль, что у нас не было возможности…

Мы с Оливером начинаем говорить одновременно, затем прерываемся, улыбаясь. Он делает мне знак продолжать.

— Поздравляю с твоей вчерашней гонкой, — говорю я. — Было страшно смотреть, но ты так хорошо выступил.

Он фыркает и качает головой.

— О боже, я ненавижу, когда Белла права.

Я хмурюсь.

— Что, прости?

Он складывает руки на груди и признается:

— Она сказала, что тебе будет всё равно, что я не добрался до подиума.

Мне требуется мгновение, чтобы понять, но потом до меня доходит.

— Ты думал, я буду плохо думать о тебе, потому что ты не получил приз? Но ты стартовал с четырнадцатого места и занял четвертое!

Уэст, наконец, выходит из — под своих чар и поворачивается к нам.

— Да, чувак, я сегодня смотрел повтор. Ты был в ударе. И, э — э, спасибо за твою помощь с Рейвенскрофтом.

Кончики ушей Оливера краснеют.

— Не стоит об этом.

— И с тобой мне тоже не удалось поговорить, — быстро говорю я Уэсту, отвлекая внимание от Оливера. — Это была потрясающая гонка.

Уэст прихорашивается, как я и ожидала, и объясняет свой план победить Граффа в чемпионате этого года. К тому времени, как он заканчивает свою сложную стратегию, мы подъезжаем к высокому отелю со стеклянными стенами.

— Одному из членов правления Формулы–1 принадлежит всё это здание, — бормочет Оливер. Он протягивает мне руку, чтобы я ступил на безупречно чистую черную ковровую дорожку. — Гала — приём состоится на террасе на крыше.

Я хватаю его за руку и позволяю ему поддержать меня — и он не отпускает меня. Вместо этого он переплетает свои пальцы с моими и слегка сжимает их.

— Так нормально? — бормочет он.

Моё сердце замирает, но я всё равно киваю.

— Да.

Рука об руку мы проходим через высокие стеклянные двери в оживленный вестибюль. Я напоминаю себе, что всё это напоказ, держание за руку и задушевные разговоры, но трудно помнить об этом, когда он рассеянно проводит большим пальцем по внутренней стороне моего запястья, пока мы ждем лифты.

Прежде чем я успеваю задуматься, не рискую ли я влюбиться в Оливера, наступает наша очередь, и мы втискиваемся в лифт вместе с двумя водителями “Sigma” и пожилой чернокожей женщиной в потрясающем красном платье, которая, как мне кажется, певица. За мной следуют ещё люди, пока я не оказываюсь прижатой к Оливеру с одной стороны и незнакомому мужчине с другой. Оливер хмуро смотрит на меня сверху вниз, затем отпускает мою руку и обнимает за плечи, притягивая меня в объятия сбоку, чтобы я была защищена от прикосновений кого — либо ещё.

Я ничего не говорю — мы не обсуждали подобную ситуацию, но я думаю, что это точно заслуживает прикосновения. Я наклоняюсь к нему, опираясь на его смокинг, и вдыхаю его аромат. Мои веки, затрепетав, закрываются на мгновение. Я снова поднимаю взгляд и вижу, что Оливер смотрит на меня, прикрыв серые глаза. Он никогда так на меня не смотрел, и мне это нравится. Несмотря на то, что мы в переполненном лифте, всё его внимание приковано ко мне. Я хочу, чтобы это продлилось как можно дольше, но дверь лифта слишком быстро открывается, и мы все вываливаемся на крытую террасу, освещенную со вкусом расставленными напольными светильниками.

Я поворачиваюсь туда, откуда доносится музыка, и ахаю. Передо мной открывается панорама Дубая, тысячи огней сияют в сумерках, а вдалеке море мерцает оранжевым и фиолетовым в последних лучах заходящего дня. Солнце, должно быть, скрылось за горизонтом несколькими минутами ранее.

Оливер не отпускает меня. Он обнимает меня за талию и ведет вперед, мимо просторной гостиной с большими круглыми столами, накрытыми для ужина, к танцполу, где пары раскачиваются под мягкую джазовую музыку.

Он наклоняется, кладет руку мне на поясницу и спрашивает:

— Потанцуешь со мной, Элли?

ГЛАВА 18

Элли

Я кладу свою правую руку Оливеру на плечо и позволяю ему держать меня за левую. Мы старательно смешиваемся с другими танцорами, и я нисколько не удивлена, когда Оливер оказывается неплохим танцором.

— Есть что — нибудь, чего ты не умеешь? — шепчу я ему в плечо, потому что боюсь встретиться с ним взглядом.

Оливер наклоняется ближе, так что его подбородок касается моего виска.

— Очевидно, я не способен позаботиться о своём имидже.

Я улыбаюсь.

— Ах да. Чуть не забыла.

Он крепче сжимает мою руку, его пальцы переплетаются с моими. Затем он притягивает меня на дюйм ближе к своему телу и говорит:

— А ещё иногда я забываюсь. Что ты здесь, потому что я не смог бы сделать это без тебя.

Я не это имела в виду, но я не хочу его поправлять, потому что он прав. Я нахожусь здесь, чтобы помочь ему исправить его имидж, и наши танцы на модной вечеринке во многом помогут в этом, тем более что мы, вероятно, представляем собой идеальную картину влюбленной пары, танцующей близко, но уважительно, ведущей задушевную беседу шепотом.

Но мой живот болезненно скручивается при этом напоминании, и я проклинаю себя за глупость. Да, я нахожу Оливера привлекательным — я честная, красно — кровная9 женщина. Вероятно, он думает, что я достаточно сексуальна, иначе он бы вообще не согласился на этот фарс. Но на этом всё. Мы не можем быть ничем большим, чем друзьями и коллегами.

— Это хорошо. Может быть, нам стоит попросить Беллу сфотографировать нас, — я не хочу ничего забывать об этом моменте, но я не могу признаться в этом Оливеру, поэтому я добавляю: — Спасибо, что прислали мисс Кацуру помочь мне. Она потрясающая.