Чтение онлайн

— Я видела, что Лиам ушел…О, Боже, Оливер, что случилось? — она подбегает ко мне, опускается на колени на линолеум рядом со мной и берет моё лицо в ладони. — Ты в порядке? Тебе больно?

Я качаю головой, затем киваю, не уверенный, на какой вопрос мне следует ответить в первую очередь. Однако перед глазами у меня всё плывет, поэтому я откидываю голову назад, пока она не ударяется о стену, и закрываю глаза.

— Оставайся здесь, я позову тебе помощь, — говорит она, и в её голосе слышатся нотки страха.

Она встает, и я тянусь к ней, но промахиваюсь — она движется слишком быстро. Мои гребаные рефлексы на пределе, и я профессиональный спортсмен? Чёрт, может быть, Лиам был прав.

— Оливер? — голос Элли кажется далеким. — Ладно, я не могу оставить тебя вот так. Где твой телефон?

Она слегка подталкивает меня, чтобы я достал его из кармана моих спортивных шорт, затем придерживает меня за плечи. Она поворачивает моё лицо в сторону и использует его, чтобы разблокировать экран, затем прижимает телефон к уху.

— Этьен? — выдыхает она. — Что — то не так с Оливером. Мы в кабинете Беллы.

Он прибежал через несколько секунд — а может, прошла минута или десять. Я не уверен. Элли тем временем заставила меня опустить голову между колен, и твердая тяжесть её ладони на моем затылке — единственное, что я чувствую.

Этьен со щелчком закрывает за собой дверь.

— Оливер, поговори со мной. Ты нормально дышишь?

Он опускается на колени рядом со мной и берет меня за запястье, прижимая кончики пальцев к точке пульса. Затем он направляет луч света мне в глаза — понятия не имею, откуда он его взял, — и ощупывает мое лицо.

— Он выглядит нормально, — объявляет он. — Что случилось, ты знаешь?

Рука Элли рисует круги на моей спине, поэтому я сосредотачиваюсь на этом и прерывисто дышу.

— Я оставила его здесь с Лиамом, — говорит она тихим голосом. Это было пять минут назад. Может быть, десять. Я видела, как Лиам вылетел отсюда, поэтому вернулась, чтобы проверить Оливера, и нашла его в таком состоянии.

Этьен тихо ругается, вглядываясь в моё лицо.

— Лиам что — то с тобой сделал?

Я качаю головой, затем зажмуриваю глаза, когда от этого комната начинает качаться.

— Хорошо. Оливер, послушай меня, — говорит он. — Теперь мы будем дышать вместе. Вдох — раз, два, три, четыре, задержи дыхание — раз, два, три, четыре, теперь выдох — раз, два, три, четыре.

Я следую инструкциям, его низкий голос успокаивает. Мы так часто выполняли это упражнение в медитации, что срабатывает мышечная память, и мои тренировки помогают овладеть моим дрожащим телом, заставляя его успокоиться. Это самое странное ощущение, как будто каждый орган в моём теле перезагружается. Моё сердцебиение замедляется, зрение проясняется, и покалывание в руках медленно проходит.

— Вот и всё, — говорит Этьен. — Продолжай дышать.

Сделав ещё несколько глубоких вдохов, Элли встает и достает бутылку воды из мини — холодильника Беллы. Я делаю несколько глубоких глотков, от которых у меня щиплет в горле, затем подношу холодную бутылку к своему липкому лбу.

— Может, позвоним Хёрсту? — шепчет она Этьену. — Ему нужно в больницу?

— Нет, — немедленно отвечаю я, вскидывая голову. — Нет, не надо. Я в порядке.

Я пытаюсь встать, но Этьен кладет свою тяжелую руку мне на плечо и толкает обратно на пол.

— Пока нет, друг мой. Дай себе ещё пару минут, а потом мы решим, — он снова щупает мой пульс, смотрит на часы, затем отпускает мою руку. — Не хочешь рассказать нам, что произошло?

Я перевожу взгляд с него на Элли. Она сидит рядом со мной, её рука на моём плече, и её лицо чертовски бледное. Должно быть, она испугалась за меня, но не запаниковала — она могла бы позвать на помощь, и об этом уже было бы известно всему паддоку. Вместо этого она позвонила единственному человеку, способному справиться с этой хуйней, чем бы она ни была, и оставалась со мной на протяжении всего этого.

— Я могу уйти, если хочешь, — говорит она. — Я не против. Вы двое можете поговорить.

Я протягиваю руку и хватаю её за пальцы.

— Нет. Останься. Пожалуйста.

Выражение её лица смягчается, и она кивает.

— Хорошо.

Я сажаю Этьена на стул Беллы, достаточно того, что мы вдвоем расположились на полу, затем пересказываю им суть моего разговора с кузеном. Элли закусывает губу, затем прикрывает рот рукой, как будто пытается сдержать свои слова, и Этьен тоже слушает молча, его хмурый вид становится всё мрачнее.

— Итак, он ушел, — заканчиваю я. — И я, э — э, оказался на полу.

Моё лицо горит от смущения, но Этьен — мой тренер. Он должен знать об этом, и у него достаточно медицинского образования, чтобы решить, нужно ли мне ехать в больницу. Я не совсем уверен, почему позволил Элли остаться для этого разговора. Может быть, это потому, что она единственный человек, который знает всю правду об этом беспорядке, но не в состоянии исключить меня из команды.

— Ты же знаешь, что всё это неправда, не так ли? — Этьен убирает руки от груди и наклоняется вперед, упираясь локтями в колени. — Лиам полный говнюк.

Я пожимаю плечами.

— Кое — что из того, что он сказал, правда. Он действительно отказался от своей карьеры ради меня, и я дал слабину. Он рассчитывает на мою победу.

— Это ложь, — огрызается он. — Ты ни дня в своей жизни не расслаблялся. Я знаю его статистику, Оливер. Я слышал, как он говорил об этом, и это заставило меня задуматься. Зачем человеку бросать карьеру в величайшей гоночной лиге мира, чтобы следовать за своим двоюродным братом, если он достаточно хорош, чтобы сделать это самостоятельно? Он не был хорош. Ты всегда был лучше.

Я откидываю волосы назад, сжимая их пальцами.

— Да, но это потому, что его отец был мудаком. У Лиама никогда не было шанса…

— Ты хочешь сказать, что твой отец был другим? — спрашивает Этьен. — Я слышал, как он кричал на тебя. И не раз.

Я опускаю лицо, мне стыдно, хотя с момента его смерти прошло почти два года.

— Чёрт возьми, мне жаль, что тебе пришлось это услышать.

К моему удивлению, Этьен не слишком нежно подталкивает мою ногу носком ботинка.

— Почему ты извиняешься? Это не ты дерьмовый отец. А теперь скажи мне, то, что у тебя был мудак в качестве отца, когда — нибудь мешало тебе побеждать?