Чтение онлайн

Но развитие общества на большей части бывшего Союза отброшено на сто лет назад. В свое время большевики, придя к власти, не реформировали капитализм и монархию, а сходу растоптали их, ничего не взяв оттуда полезного. Так же получилось и с учением марксизма, строительством социализма. С лёгкостью капризной барышни мы бросили под ноги и то лучшее, что было при социализме.

А напрасно. Слишком дорогой ценой – Горбачёвым, Ельциным, Акаевым, Бакиевым – расплачиваются за свою доверчивость, за беспечное пренебрежение историей народы бывшего СССР. Опыт прошлого ничему нас не учит.

…Лёгкий морской бриз освежил лицо и грудь Павла. Гвардеец в последний раз притянул к себе подружку, крепко, всласть поцеловал.

– Ну, мне пора, Натаха, в полк.

– Когда-то ещё свидимся? – заглядывая в глаза курсанта, спросила девушка.

– А кто знает? Лучше не загадывать. Как будет возможность, сообщу твоей тётке или передам записку. Сейчас вот надо быстро проскользнуть через Невский проспект, – застёгивая на все пуговицы шинель, озабоченно сказал Павел. – Козырять надо на каждом шагу. Генералы, князья, а то и полковое начальство, не ровен час, повстречается. А я ведь уже запаздываю.

– Ну ладно. Иди, иди, мил-лай, – легонько подтолкнула его девушка.

Озираясь вокруг, молодые вылезли из заброшенного баркаса, который стоял в глухом уголке порта уже давно и не раз служил влюблённым парочкам местом встречи.

Павел заканчивал военно-фельдшерскую школу в Питере, и их выпуск готовили к отправке в Порт-Артур. Шла русско-японская война. Солдатам и морякам России приходилось туго. Командование царской армии, связанное по рукам и ногам бездарными директивами двора, криминальной интендантской службой, когда вместо снарядов приходили в действующую армию вагоны икон, ничего не могло противопоставить продуманным оперативным действиям японцев.

Кровавая война на море и на суше вызвала огромные потери, наводнила страну десятками тысяч раненых. Не хватало госпиталей и медперсонала. Тогда Николай II личным распоряжением отправил на театр военных действий часть врачей из своей гвардии. Готовились к отправке в Порт-Артур и выпускники военно-фельдшерской школы Преображенского полка. Новый командир роты курсантов, где служил Павел, князь Ро…цев давал курсантам перед отправкой на фронт увольнительные. Так Павел познакомился с Наташей, тётка которой служила при дворе кастеляншей.

Отдавая честь и вытягиваясь во фрунт перед генералами, Павел уже подошёл к развилке Невского проспекта. Совсем рядом находились казармы преображенцев. Развилку окружала толпа зевак. Павел глянул в круг и… обомлел. Окруженный плотным кольцом городовых, с шинелью за спиной, которая держалась на указательном пальце, по кругу ходил его сосед по койке, тоже курсант, Ваня Марченко. Городовые, видимо, уже пытались его взять, но получили отпор.

– Ну и силища у этого малого! – восхищённо сообщил Павлу рядом стоящий мастеровой. – Городовых, как мячики, раскидал. Теперь ждут околоточного надзирателя Медведева.

Павел попытался прорваться к товарищу, но городовые не пустили. Неслыханное дело – на Невском проспекте, где гвардейцу нельзя было пройти даже с одной расстёгнутой пуговицей, появился курсант в небрежно наброшенной шинели. Да ещё пьяный! Да ещё устроил дебош! Об этом, конечно, доложат царю.

Зевак становилось всё больше. Все ждали околоточного надзирателя, дюжего детину с пудовыми кулаками. Окрестные забияки и любители покуролесить знали, сколько эти кулаки весят, не понаслышке.

Наконец появился Медведев.

– Что же вы не скрутили его до сих пор? – грозно бросил он подбежавшему городовому.

– Пытались, ваш благородь, – оправдывался городовой. – Всех раскидал.

– Я ему сейчас раскидаю, – потирая кулачищи, пообещал околоточный. Приноровившись, сзади, когда Иван, двигаясь по кругу, повернулся к нему спиной, он, как тигр, бросился на курсанта, схватив его в железный замок. Иван остановился, слегка присел и мгновенно, как будто был смазан мылом, повернулся в руках околоточного – прямо к нему лицом.

– Тебе что, фараон, надо? – с угрозой произнёс гвардеец.

Околоточный самодовольно хмыкнул, не выпуская свою жертву из объятий. В ту же секунду Иван двинул плечами и кулаком левой руки, как будто его и не связывали руки гиганта, ростом выше его почти на голову, ударил околоточного в грудь. Медведев грохнулся навзничь. Толпа охнула, городовые расступились.

Павел подскочил к товарищу.

– Давай быстрей в казарму, Ваня! Может, всё обойдётся. Надевай шинель!

Через несколько минут курсанты уже были в своей комнате, на втором этаже казармы.

– Эх, Пашка! Никто не знает силу Ваньки Марченко!.. А ну-ка, Пашка, ложись на койку! Посмотрим, кто чью силу не знает…

Вокруг собрались курсанты:

– Ложись, Павел, ложись, раз Иван велит, – слышалось со всех сторон.

Павел всем своим стокилограммовым весом рухнул на кровать. Иван присел, поднатужился. Железные ножки кровати как бы напряглись, и богатырь приподнял ее изголовье сантиметров на тридцать…

По лестнице застучали сапоги городовых, и они, с оружием в руках, в сопровождении околоточного ворвались в казарму.

– Взять мерзавца! – сходу заорал околоточный, наставив пистолет на Ивана. Городовые, как мухи, облепили плотную фигуру курсанта и потащили его к двери. Но в дверях Иван стряхнул с себя городовых и, как столб, упёрся ногами в пол, а руками в косяки. Что только ни делали городовые, чтобы оторвать от косяков и пола его руки и ноги!

Околоточный Медведев, не сводя пистолета с Ивана, матерно бранил городовых, но сам боялся прикоснуться к богатырю. Убедившись, что им не взять курсанта, городовые отступили, поглядывая на околоточного.

– Вызовите командира роты, – приказал тот.

Дневальный побежал в штаб полка.

Надо сказать, что нового командира роты князя Во…цева солдаты и курсанты не только уважали, но и сдержанно, по-мужски, любили. И вот почему. До этого командиром роты у них почти два года был граф Ро…цев, самодовольный аристократ с постоянным стеком в руках. На марш-бросках он садился на жеребца и загонял солдат до седьмого пота. Бывал жесток в муштре. Гвардейцы его роты чувствовали себя в полку как прокажённые.