Чтение онлайн

Но такой ответ не удовлетворил нас, хотя и позабавил. Мы отправились искать рецепт оригинального пудинга дальше. Наткнувшись на рецепт от самого поэта Роберта Бернса, мы совершенно опешили и могли только молча хлопать ресницами, читая подобное представление о пудинге. Никаким сладким десертом тут и не пахло!

Тогда мы спросили сотрудников популярного в Англии сетевого кафе быстрого питания Fish and Chips, а что же такое настоящий английский пудинг. И вновь начались разночтения. Немудрено. В этом кафе главным блюдом является рыба с картошкой. По одному поварскому рецепту, пудинг представлял собой кекс, изготавливаемый из подсушенного старого хлеба в особой печи, нечто вроде классического рецепта шарлотки. Согласно другим рецептам, пудинг представлял собой творожный десерт, для которого не требовалось чудо-духовки, но зато абсолютно необходима была целая фермерская молочная линейка, творог, масло, сливки. По одним рецептам для пудинга непременно требовались орехи, а по другим – орехи оказывались совсем не обязательны, но вот непременно нужны цукаты и толченые сухари. Единственно, что объединяло абсолютно все рецепты, так это изюм.

Про изюм как главное условие хорошего пудинга мы запомнили хорошо и даже разобрались в том, чем изюм без косточек лучше изюма с косточками. Однако мы так и не смогли выяснить главного: на каком именно этапе готовки пудинга требуется этот самый изюм?

Загадочное национальное блюдо стало для нас символом знакомства с Англией. Мы понимали, что Блэкпул, маленький приморский городок, который уже через неделю проживания в нем становится тебе так же хорошо знаком, как и собственная квартира, – это еще совсем не Англия, а лишь одна маленькая изюминка в еще неизвестном и восхитительно-манящем культурно-географическом шедевре.

Довольно рано приходит осознание, что еда для британцев не является ценностью, а всего лишь средством утоления голода и насыщения организма энергией. Здесь, пожалуй, проходит водораздел между западным и восточным типами мышления. В больших торговых центрах вы, конечно же, набредете на площадки – кафе, где продают довольно стандартные и похожие на американские сэндвичи, с пастой из консервированного тунца или же с куриной котлеткой внутри, рубленым яйцом и листиком салата. Но от этой пищи, в отличие от сытных трехэтажных американских бургеров, вы не растолстеете, питание в Британии – удовольствие не из дешевых. К примеру, тот же сэндвич стоит 2 фунта и столько же – рубашка, кофта или юбка в чарити-шопе. Может быть, поэтому за все время нашего пребывания в Великобритании нам не встретилось ни одного толстопузого джентльмена, ни одной увесистой матроны. А вот одеваются британцы все со вкусом – до весьма преклонного возраста, и для этого вовсе не обязательно бегать по брендовым магазинам дорогой одежды, даже чарити-шопы вполне позволяют одеться достаточно стильно.

Вероятно, у британцев нет таких же излюбленных национальных блюд, великолепие которых они были бы готовы защищать с пеной у рта, как, скажем, чехи, отстаивающие свой кулинарный шедевр – кнедлики, что известно из истории «простодушного» Аркадия Аверченко, путешествовавшего по Европе и навлекшего своим пренебрежением к кнедликам ярость и возмущение своих друзей-чехов.

Если вы зайдете в торговый центр, то непременно обратите внимание на автоматы с газированными напитками. Главное, чем они соблазняют гостя торгового центра, так это богатым выбором. Вот, скажем, автомат, продающий пепси, рассчитанный на самообслуживание. В нем множество нюансов и настроек, как если бы от стакана этого напитка в вашей жизни действительно зависело нечто очень важное. Пепси стандартный или лайт? Со льдом или без? Большой стакан, средний или маленький? И никаких барменов и официантов. Выпив стакан такого напитка, ты не просто удовлетворяешь жажду, а испытываешь радостное удивление от того, как здорово эта автоматика умеет за тебя думать и даже объяснит, что именно тебе следует пить.

Поблизости от такого автомата вы можете наткнуться на снэк-бар, над которым вы увидите только одно слово из трех букв, выведенное огромными латинскими буквами – EAT, что означает «ешь!». В этой закусочной кормят пресными лепешками, которые следует сворачивать рулоном, с начинкой по вашему выбору – мясным или овощным салатиком, с рисом или картофелем. Все это обильно посыпается пряными индийскими специями, поливается соусом карри, заворачивается в плотную салфетку – и ваш обед готов. Вы берете фаршированный блин в руку и, не теряя лишних минут, продолжаете свое шествие по торговому центру. Вообще, порой кажется, что еда для британца занимает столь малозначительное место в жизни, что не должно отвлекать от главного дела. Кажется даже, что британцы не едят, а заправляются едой, они на ходу проглатывают индийскую лепешку или сэндвич с тунцом, так, словно забрасывают в себя новую порцию энергии, необходимую для решительных и энергичных действий. Они едят так, словно заливают бензин в автомобили.

Над равнодушием англичан к кулинарии не устают посмеиваться французы – о, эти знают толк в тонкостях вкуса! Изобретательный мир французских поваров дал миру не только непревзойденный новогодний салат оливье, но и такие общеизвестные понятия, как омлет, антрекот, майонез, гарнир. Даже слово «ресторан» – французского происхождения. Нет ничего удивительного, что гурман Гаргантюа был создан воображением французского писателя Франсуа Рабле. Кстати, и слово «гурман» – французское, и означает оно «обжору», просим не путать со словом «гурмэ» – «знаток, эксперт». И пусть вы не любитель фуа-гра, котлеты де-воляй и лягушачьих лапок в кляре, но сможете ли вы отказаться от истинно французского крем-брюле, пломбира, круассана и багета? А сотни сортов сыров, которые французы создали, словно отыгрываясь за собственное неуважение к творогу и кефиру? Твердые как камни, мягкие как масло и даже с растительностью на корочке в виде зеленой плесени. Разве могли бы британцы создать хоть один сыр подобного уровня? Нет, как мы знаем по истории «Троих в лодке…», сыры у британцев такие, что лучше всего их не есть, а закапывать в саду, ну от греха подальше.

А прекрасные бургундские вина, которые хороши не только для пития, но и для запекания телятины? А десятки, нет, сотни сортов соуса – главная гордость французских поваров. Уж где тут до них британцам, тьфу, с трудом сумевших изобрести единственный, с позволения сказать, соус – горчицу!

Французы не устают посмеиваться над бедностью кулинарного воображения англичан, ведь для Франции еда – это часть ее культуры. Еще бы, откройте «Пышку» Ги де Мопассана и перечитайте тот удивительный фрагмент, где спасающаяся от немцев девушка везет с собой в карете большую корзину всяческой снеди. С каким упоением Мопассан описал эту корзину Пышки, в которой нашлось место и паштету из жаворонков, и бутылкам красного вина, и цыпленку в желе, а ведь речь идет о бегстве от немцев, карета движется по оккупированной территории. А как вам понравятся монахини со шматком чесночной колбасы, завернутой в бумажку? Эти «святые», выставленные против «блудницы» автором повести. Такие простые детали – и как много ими сказано о типажах персонажей!

То, что вы закажете в английском ресторанчике, будет наверняка заимствовано из других кухонь мира, и вряд ли вы найдете в меню блюда, требующие длительного стояния у плиты или тщательной возни с сырыми продуктами.

Ни одному британцу, видавшему лягушек сотнями на Черном озере, или, если угодно, «черном болоте», даже в голову бы не пришло, что лягушка может рассматриваться в качестве дичи! Британцы отшучиваются чем-то вроде «чем выше качество жизни у нации, тем меньшее внимание уделяется еде, тем меньше времени затрачивается вообще на кухню».

Кстати, творческий дар легендарного шотландского поэта Роберта Бернса создал на этот счет такой шутливый комментарий:

В длинном павильоне «Зимнего сада» со стеклянной, как у оранжереи, крышей неторопливо прохаживались танцоры в гриме и блестках. Рядом с ними прогуливались артисты, успевшие переодеться в повседневную одежду – спортивные брюки или джинсы и футболки. Почему-то у большинства ансамбль был черного цвета, словно яркие «райские птички» хотели блистать лишь среди избранных, а выходя в сообщество обычных людей, стремились, напротив, стать как можно более незаметными.