Чтение онлайн

...

Аккорд за аккордом, время незаметно для меня утекало.

«Мику что-то там говорила про нормативы... Надеюсь, вожатая удовлетворится, если я смогу спеть у костра "Пока Земля ещё вертится" или подобную медленную лирику. А вообще, что я из песен помню? Что смогу воспроизвести на память, к чему подобрать аккорды?»

Я старался дёргать струны с осторожностью, чтобы не помешать Мику. Она исполняла какую-то красивую переливистую мелодию на флейте.

Мику играла безмятежно и легко, но с чувством, вызывая в уме живые образы: казалось, мелодия уносила меня куда-то на ветреный берег южного моря, где остаёшься один на один с природой. Музыка зачаровывала красотой и тайной.

Кое-что не оказалось обманом воображения: в самом деле, ветерок гулял по классу из-за распахнутого настежь окна, возле которого сидела Мику с флейтой. Ветер растрепал на лбу чёлку зелено-голубых волос.

«Крайне миловидное лицо, не лишённое изящества... Похоже, я впервые позволил себе вот так пристально изучать его. Словно только сейчас ее образ сложился у меня в голове цельно и полно. А раньше, вроде как, и не воспринимал Мику целиком как личность. Так, отдельные моменты и характерные особенности, позволяющие как-то выделить и обособить от остальной массы пионеров.»

Её прелестные губы приникли к дульцу флейты, чуть сжатые для ритмичных дуновений, которыми рождался тот чудесный воздушный звук непрерывной мелодии. Похоже, я поддался не только очарованию музыки, но и её исполнительницы...

«Она безусловно талантлива. Неудивительно, что ей так легко все дается. А вот у меня способностей к чему-либо нет. Не замечено. Да, говорят, что успех - это десять процентов таланта и девяносто процентов труда. Но сдается мне, что это говорят неудачники, которым мало что дано от природы. Вот и трудись, упирайся, а потом придет одаренная личность и легко и непринужденно продемонстрирует, что все твои годы усилий ничего не стоят перед ее изначальным превосходством.»

Я вспомнил, что хотел спросить у Мику, не связаны ли такие достижения с тем, что музыка - её единственное занятие.

Мелодия постепенно затихала, пока совсем не смолкла.

...

— Здорово получилось. Не будь мои глаза открытыми, я бы подумал, что нахожусь не в этом душном помещении, а у моря.

— А?! Спасибо-спасибо, Семён! Я даже не поняла, что ты меня слушал! Хотя должна была, ведь перестала звучать твоя гитара.

— Да, увлёкся тем, как... как ты играешь. Скажи, долго училась?

— С четырёх лет! Но не только на флейте, на других инструментах тоже.

— И кроме этого больше ничего? Ни свободного времени, ни прогулок с друзьями? Знаешь, я бы на твоём месте не смог успеть всё. Даже безо всяких кружков я не заимел вменяемых приятелей.

— Что ты, Семён, конечно, у меня есть друзья и подруги! И дома, и здесь, в вашей стране, уже появились. Правда, их, конечно, не так много. Но настоящих друзей много ведь и не бывает!

— Рад за тебя.

— Спасибо!

«Зря я надеялся услышать что-то другое и вообще судил о ней преждевременно.»

Я снова отгородился от неё гитарой.

— Ладно... Мику, если я исполню одну песенку простую - этого хватит? — честно говоря, какую именно - я и сам пока не знал. Всё, что вертелось в голове, я помнил или отрывками, или пока не мог подобрать. — Никто не скажет, что я тут только прохлаждаюсь в обществе симпатичной девушки, а клубная деятельность мне по барабану?

— Вообще, Ольга Дмитриевна, конечно, мечтала, что ты исполнишь что-то на дне творческой самодеятельности. Или мы вместе... исполним. Она как узнала, что ты вступил в музклуб, сразу так обрадовалась. Говорит: "Вот кто будет отдуваться за всех из моего отряда! Наконец хоть кто-то нашелся! "

— Э-э-э... И когда этот день самодеятельности?

— Через два дня!

— Не, ну это несерьезно! Я едва струны перебирать научился.

— А я считаю, что ты вполне успеешь! И вообще справишься! Я так вчера и сказала нашей вожатой!

— Та-ак... И что еще ты сказала?

— Что в нашей программе выступления три песни! Одна для тебя, другая для меня и еще совместно...

— Что? Я уже две песни должен выучить и сыграть?!

— Ну... да... я хотела больше, но мне запретили. Потому что ребят много, и если мы будем долго выступать, то другим времени совсем не останется! Ты не переживай! Это ведь легко! Я тебя быстро всему научу! Я очень хочу выступить с тобой! Это так чудесно, что теперь я могу заниматься творчеством с кем-то в паре... и не просто с кем-то, а с тобой! Делать что-то вместе с любимым... я так счастлива!

«Что же, теперь, глядя в это мечтательное лицо, я не могу сказать: "Да в гробу я видал эту вашу самодеятельность! "»

— Ой! Я что, правда сказала это?! — Мику покраснела и отвернулась.

«Особенно после того, как меня назвали "любимый".»

— Но в общем, н-наверное, и так было понятно... Хотя это было преждевременно, не нужно торопить события, да? Так что, ты согласен? Выступаем вместе?!

Я тяжело вздохнул. «Похоже, все-таки мне придется стать звездой местной сцены. Или, что вероятнее, опозориться и сорвать выступление еще и этой девушке, поверившей в меня.»

— Ладно, куда деваться. Буду учиться. Может, и правда что-то выгорит.

Мику с радостью покивала и снова взяла флейту.

— Конечно, все у нас получится! Я даже не сомневаюсь!

Я не имел понятия, сколько прошло времени, когда Мику перестала музицировать.

— Семён... Семён... — позвала она.

— М?

— Хочешь, я тебе что-нибудь сыграю на рояле?

— Давай.

— А что тебе нравится?

Я пожал плечами.

— Слушаю всё, от чего кровь из ушей не идёт. Если вещь хорошая и нравится мне — я готов сутками слушать ее!

— Хорошо, тогда я сыграю что-нибудь из своего любимого.

Она сложила флейту в продолговатый кейс-футляр и села за рояль.

— Сначала то, что нашла у вас...

— Так вот сразу стало любимым?

— По-другому быть не могло! Просто классный сборник, тут столько всего!