Чтение онлайн

Посмотрев на лица женщин, я увидела, что они купились на это. К тому времени, когда Вероника закончила и женщины попросили ее выйти, я была готова к худшему.

Предчувствие меня не обмануло. Разумеется, они все были религиозными людьми, особенно Долли. Как это часто случается с одинокими людьми, она готова была всех прощать, понимать и всем сопереживать.

– Я не могу видеть, как она страдает. Думаю, мы должны дать ей еще один шанс, – сказала она, вставая. – Конечно, не без контроля. Надо ее проверять. Я заерзала на стуле, приготовившись вмешаться, но Хэйди удержала меня за руку.

– Это сработает, я думаю, – добавила моя мать.

– Вы позволите ей избежать наказания? – возмутилась все же я.

– Мы не хотим ее наказывать. Мы хотим дать ей шанс сделать что-нибудь хорошее в жизни, – сказала мне мать.

– Она обокрала вас! – закричала я.

– Может быть, мы сами в этом виноваты. Мы никогда не обращались с ней как с равной, особенно ты, София.

Замечательно! Теперь я виновата в том, что была груба с Аль Капоне в юбке.

– Я никогда не думала, что до этого дойдет, – заикаясь, добавила Агнес. – Насколько плохо дело?

Тут я встала, чтобы вернуть их на землю.

– Она украла у вас около двух миллионов долларов наличными. Эти деньги пропали.

Лица женщин побледнели. Я продолжила, чтобы закрепить успех:

– Она должна сесть за это в тюрьму. Если мы не сделаем этого, это сделает кто-нибудь из ее других клиентов. Они, возможно, тоже пострадали. Она сказала, что крала только у нас, но можно ли ей верить?

Последовало долгое молчание.

– Что мы собираемся делать? – спросила Агнес наконец.

– О чем вы говорите? Она застрахована на миллион долларов, если вы помните, на случай потери работы. Она в любой момент может уволиться, снять эти деньги и улизнуть. Если мы не заявим на нее, мы станем соучастницами преступления!.. – завопила я.

Тут я сама должна покаяться. Эту страховку в свое время предложила я, чтобы как-то уладить нашу обоюдную враждебность. Добрые дела никогда не остаются безнаказанными.

– И что будет с Вероникой?

Я промолчала, все и так было ясно.

И вдруг я взглянула на Агнес и вспомнила, как она поступила с Инигоу Стаутом. Она добилась своего, не сделав ни одного выстрела.

Может быть, она была права?

Все молчали, и в конце концов я успокоилась. Это были их деньги, и их право казнить и миловать.

– У меня есть идея, – сказала я громко, нарушая тишину в комнате.

Моя идея заключалась в том, что следовало срочно что-то предпринять. Увы, мне надо было как-то объединить вместе две противоположные вещи. Я должна была сделать так, чтобы Вероника Харрис больше не запускала руки в деньги членов клуба, а с другой стороны, надо было выполнить желание женщин и предоставить Веронике еще один шанс.

Я напряженно думала об этом, когда мы втроем вышли из дома Марты. Я поглядывала искоса на Веронику, пытаясь решить про себя, искренне ли она раскаивается в том, что сделала.

Вероника не облегчала мне задачи. Смирение на ее лице уже сменилось злостью.

– Ну, гений ты наш, в чем заключается твоя идея? – спросила она меня с вызовом.

– Моя идея в том, что я подвезу вас к офису, и оттуда вы поедете куда-нибудь пообедать. А через два часа обе вернетесь в офис.

– Это твоя идея? – фыркнула Вероника.

Я кивнула.

– Чушь собачья.

Хэйди идея тоже не понравилась. Она была доброй девушкой, но очень любила всех членов клуба. Она явно боялась, что, оставшись наедине с Вероникой, надает ей по шее или расквасит нос.

Но мне было некогда спорить.

Я отвезла их к офису, где они пересели в машину Хэйди, а сама пошла на рабочее место.

В кабинете было прохладно. Я зашла в ванную и вытерла полотенцем лицо и волосы.

Мне стало не по себе, когда я села за стол. У меня не было никаких идей. Мне нужен был чей-то дельный совет, и я даже знала чей.

Я набрала номер, и после пятого гудка услышала голос Марси.

– Марси, это я. Где ты?

– На работе, детка, где же еще? – хмыкнула подруга.

– Прости.

– Ничего страшного. Что случилось?

– Мне надо тебе что-то сказать по секрету. Посоветоваться.

– Как с адвокатом? С друзьями не работаю, ты же знаешь мой принцип, – напомнила Марси.

– Пожалуйста, Марси!

– Ты кого-нибудь задавила?

– Хуже.

– Застрелила?

– Кое-кто украл у членов клуба два миллиона долларов, – призналась я.

– Господи Иисусе! – послышался какой-то шум. – Слушай, если ты серьезно, то нам лучше встретиться. Это не телефонный разговор.

– Знаю. Увидимся в ресторане «У Мартелли»?

– Через полчаса, – быстро сказала Марси, а потом прикрикнула: – Отстань, Билл! Мне надо ехать.

Я приехала в ресторан около десяти, прикидывая в уме, что скажу подруге. Решила рассказать всю правду.

Мне нужен был совет Марси. И не только потому, что она была хорошим юристом с большим опытом, чем у меня. Ей всегда была присуща независимость от общего мнения, которой так не хватало мне. Я знала, что Марси обязательно что-нибудь придумает. А у меня, кроме желания никогда больше не видеть Веронику Харрис, в голове ничего путного не появлялось. Даже если бы она удрала в Бразилию с полным чемоданом наших денег, я была бы рада. Но она была в городе. И более того, должна была скоро прийти ко мне в офис.

Марси приехала, опоздав на десять минут, как обычно. Она, как всегда, прекрасно выглядела. Только глаза у нее были воспаленные. Должно быть, она очень устала. Восточные религии не спасали от перегрузок на работе.

– Вот она! Блестящий адвокат, замученный клиентами, – пошутила я.

– Хватит издеваться. Я сижу на такой диете, что еле держусь на ногах, но об этом как-нибудь в другой раз. Меня сейчас больше волнуют твои проблемы.

Марси раньше ходила в методистскую церковь и хорошо знала всех членов клуба, кроме Скай. Она была в курсе, чего они сами добились, и терпеть не могла Веронику с детства, как и я.

Она слушала меня, не перебивая. Но по ее лицу можно было прочесть все чувства: от заинтересованности и брезгливости до гнева.

– Ради бога, что она сделала с этими деньгами? – спросила Марси, когда я закончила.

– Немного истратила, а остальные вложила в дешевые акции компаний, которые никогда не существовали на самом деле.

– Господи, лучше бы она спустила их в Лас-Вегасе.

Все же мы с Марси были близкими подругами!

– Ей просто хотелось, чтобы ее уважали.

– Боюсь, она хотела, чтобы в растрате обвинили тебя. Старая свинья. Сволочь она, вот и все.