Чтение онлайн

Он погрузился в свои воспоминания и на какое-то время словно забыл обо мне. Морщины на его лбу прорезались еще чётче, а сцепленные над коленями руки дрожали.

Наверно, у настоящей Беренис его рассказ вызвал бы целую бурю эмоций — и вновь переживаемую от потери отца боль, и гордость за его подвиг. Но я не была знакома с графом Деланжем, а потому слушала маркиза почти спокойно. Меня интересовал лишь ответ на заданный вопрос — что побудило старого короля выбрать в жены своему сыну скромную провинциальную барышню, о которой он почти ничего не знал?

— К сожалению, в тот момент, когда враги напали на его величество, я находился довольно далеко, а маги, которые были рядом, растерялись и не смогли выставить защитные щиты. Личная охрана короля была сражена, а находившиеся рядом придворные и вовсе в панике бежали в ближайшее укрытие. По сути, его величество остался один перед врагами, и следующий удар наверняка поразил бы и его самого. Если бы не ваш отец, мадемуазель.

Я попыталась представить всё то, что нарисовал сейчас маркиз Верон. А представив, посмотрела на рассказчика с удивлением. Как один человек мог отразить столь мощную атаку? И даже если граф заслонил собой короля, разве этого было достаточно?

— Его магический щит оказался таким прочным, что ни единый удар врагов не достиг его величества. Конечно, долго удерживать этот щит он не мог — слишком неравными были силы, ведь против него стояли лучшие маги противника. Но ваш отец продержался несколько минут — этого оказалось достаточно, чтобы я подбежал достаточно близко, чтобы напасть на врага. А потом, наконец, опомнились и другие маги. Граф Деланж погиб как герой, и до последней секунды он думал о вас, мадемуазель. Но когда он просил короля позаботиться о вас, он, разумеется, вовсе не думал о том, что забота окажется именно такой. Это уже сам его величество принял решение, из-за которого вы оказались во дворце.

Маркиз так и не ответил на мой вопрос, но этого уже и не требовалось. Я догадалась обо всём сама.

— Король хотел, чтобы его сын женился на девушке с сильной магией! — тихо сказала я.

— Именно так, ваше сиятельство, — подтвердил маг. — Он был так впечатлен магией вашего отца, что всё остальное — и ваша провинциальность, и ваше недостаточно высокое происхождение, и ваша бедность — уже не имели большого значения. К сожалению, каждое следующее поколение династии Коруа владеет куда меньшей магической силой, чем их предки. В Рузании осталось слишком мало по-настоящему сильных магов. И было особенно неожиданно обнаружить такую силу у простого графа.

— Его величество надеялся, что Беренис Деланж тоже обладает этой магией!

Мне стало страшно от этой мысли. Если Беренис действительно владела магией, то у меня-то ее не было от слова «совсем». И если это обнаружится, то все — и прежде всего сам маркиз Верон — поймут, что я — это не она!

—Сейчас в Рузании мир, но он очень шаток, — продолжил его сиятельство. — Его величество хотел, чтобы рядом с его сыном была женщина, которая в минуту опасности могла его защитить. А еще — передать свою магию будущим принцам и принцессам, подпитав таким образом ослабевшую династию.

Меня уже била мелкая дрожь. Я ничего не знала о магии. Я не знала, откуда она берется. Не знала, можно ли увидеть ее со стороны и понять, есть она у кого-то или нет. Переходит ли она исключительно от отцов к детям, или её может освоить и тот, кто изначально ею не владел.

Но если Беренис владела магией, то почему молодой король ее отвергал? Даже если он не любил саму девушку, он не мог не понимать, как много она могла дать ему самому или его детям. Разве ради этого он не мог хотя бы сделать вид, что он тоже желает этого брака?

Но скоро я поняла и это. Вернее, память услужливо подкинула мне картинку, на которой маркиз Верон давал Беренис какой-то кристалл. Тогда мадемуазель Деланж, кажется, не поняла, для чего это было нужно. Но, возможно, она поняла это позднее.

Потому что, в отличие от меня, она-то доподлинно знала, что никакой магии у нее самой не было!

— Почему король Дидье не убедился, что у меня есть магия, прежде чем называть невестой принца? — спросила я.

— Он и подумать не мог, что столь сильная магия могла не передаться детям графа Деланжа. К тому же существует вероятие, что магия может передаться через поколение. Или ею могли обладать только лица мужского пола. А значит, вы, даже не обладая ею сами, могли передать ее своим сыновьям. Да и к тому времени, когда его величество вернулся в Анфлер из Кемпьена, он уже был болен тифом, а потому времени на раздумья у него просто не было. Возможно, если бы он убедился, что магии у вас нет, он переменил бы свое решение и дал возможность сыну расторгнуть помолвку.

— Но что же теперь? Значит ли это, что его величество обязан жениться на мне, даже несмотря на то, что испытывает ко мне не любовь, а презрение и даже ненависть?

Положение казалось мне просто отчаянным. Я совсем не хотела быть связанной с этим напыщенным фанфароном брачными узами. Мне даже думать об этом было неприятно.

— Король не может нарушить данное им слово! — важно заявил маркиз. — Даже если это идет вразрез с его собственными желаниями.

Он произнес это почти с гордостью. А я вдруг вспомнила текст известной песни, в которой говорилось, что жениться по любви не может ни один король. Я даже, пожалуй, пожалела бы Рауля — если бы он сам не вел себя с Беренис как самый настоящий подлец.

— А я? — я подалась вперёд. — Я могу разорвать помолвку?

Мне показалось, что мой вопрос привел маркиза Верона в замешательство.

— Что вы такое говорите, мадемуазель?

— Я спросила вас, сударь, — медленно и четко повторила я, — могу ли я разорвать помолвку? Я понимаю — король связан обещанием, данным его отцу. Но, в отличие от его величества, я никому не давала никакого слова.

— Но как же так, ваше сиятельство? — он всё еще не мог поверить в то, что слышал. — Разве вы не хотите выйти замуж за его величество? Ведь об этом мечтает каждая девушка благородного происхождения!

Наверно, он был прав. Если бы я родилась и выросла в Рузании, возможно, я и сама мечтала бы о том же самом.

Я задумалась и ничего не сказала после того, как маг замолчал, и он принял это за сомнения.

— Вам следует хорошенько подумать, ваше сиятельство, — посоветовал он. — Такое решение не стоит принимать сгоряча. События вчерашнего дня вывели вас из равновесия. Но когда вы придете в себя, успокоитесь, вы будете смотреть на всё по-другому.

Я покачала головой. Если бы речь шла только о том, что случилось вечером, его слова были бы справедливы. Но король Рауль уже не первый раз демонстрировал Беренис свое пренебрежение — он унижал ее на протяжении всего того времени, что они были знакомы. И вряд ли он сможет перемениться.

Но я не торопилась отвечать маркизу Верону. Ведь я принимала решение не только за себя, но и за настоящую Беренис. Если когда-нибудь мы снова поменяемся местами, то скажет ли она мне «спасибо» за то, что я отказалась выходить замуж за короля?

Все ее воспоминания, что были связаны с Раулем, были пропитаны любовью к нему. И даже когда она узнала, что он изменяет ей перед свадьбой, она не возненавидела его. А возможно, даже не поверила тому, кто ей это сказал — не случайно же она потащилась к садовому домику в ту памятную ночь.