Гадюка
Шрифт:
— В каком контексте? — спросил он.
— Говорят, сегодня в Гарвилле была перестрелка. Ланка — среди пострадавших, — сказала она.
— Среди пострадавших? — переспросил он.
— Ещё двое, имена я не разобрала, — пояснила она.
Кровь отхлынула от лица.
— Когда вы говорите «жертвы»…? — спросил он.
— В репортаже — Ланка погиб. По двум другим — не уверена, — ответила Кайра.
Он поблагодарил, оборвал звонок и сел к ноутбуку. Топ-новость радиостанции:
ОДИН ПОГИБ, ДВОЕ ТЯЖЕЛО РАНЕНЫ В ПЕРЕСТРЕЛКЕ В ГАРВИЛЛЕ
Сегодня в полдень на тихой улице Гарвилла разгорелась перестрелка. Начальник полиции Ллойд Клаггер заявил:
— Мы расследуем насильственный инцидент у «Lanka’s Specialty Foods» на Четвёртой улице. Между мужчиной, идентифицированным как Джек Хардвик, владельцем магазина Бруно Ланка и управляющим Домиником Веско произошла перестрелка. Г-н Ланка скончался на месте. Г-н Хардвик и г-н Веско доставлены в Олбанскую общую больницу. Оба — в критическом состоянии. Причины конфликта уточняются.
Далее — справка о Хардвике, бывшем следователе «Бюро по уголовным расследованиям». Официальных версий, связывающих его прошлое с инцидентом, нет. Источники в больнице: Хардвик перенёс двухчасовую операцию у травматолога, остаётся в реанимации в критическом состоянии. Данных по Доминику Веско нет. Обновления — по мере поступления.
По телу Гурни прошёл ледяной озноб. Он уставился в экран, моля его обновиться: «выкарабкался», «стабилен», «вне опасности». Он нажал «обновить» раз, два, три — пусто.
С четвёртой попытки страницу перерезал мигающий баннер «СРОЧНО» — над статьёй, которую он боялся открывать:
СТУДЕНТЫ-КИНООПЕРАТОРЫ СНЯЛИ СМЕРТОНОСНУЮ ПЕРЕСТРЕЛКУ В ГАРВИЛЛЕ
Питер Флейк и Йоко Кляйн, студенты-кинематографисты колледжа Марлона, оказались «в нужном месте в нужное время» и засняли столкновение на парковке.
Кляйн объяснял: они катались, снимали материал о городках северной части штата, переживающих упадок. Увидели потрясающий красный GTO 60-х; притормозили — снять другой ракурс. В этот момент подъехал огромный чёрный внедорожник и встал позади. Водители «Эскалейда» и GTO сцепились; началась бойня; все трое были ранены — и всё это попало в кадр.
Мы получили доступ к аудио-видео; ссылка — внизу. Предупреждение:
СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ КРАЙНЕГО НАСИЛИЯ
Рука у Гурни дрожала, когда он нажал.
Видео HD начиналось с сверкающего красного Pontiac GTO 1967, припаркованного на стоянке «Lanka’s Specialty Foods». На водительском сиденье — сутулый Джек Хардвик. Через несколько секунд — чёрный Escalade, останавливается сзади. Водитель — Доминик Веско, его Гурни узнал сразу.
Тот вышел, подошёл к окну GTO, постучал. Звук тихий, но различимый.
— Да? — спросил Хардвик, опустив стекло.
— Это частная территория, — сказал Веско.
— Думал, парковка для клиентов, — ответил Хардвик.
— Вы тут уже были. Лица я не забываю. Валите к чёрту, — проворчал Веско.
— А если мне хочется купить деликатесов Lanka’s? — парировал Хардвик.
— А если я вам сейчас башку снесу? — пригрозил Веско.
Хардвик выдохнул:
— Нарываешься на проблемы.
— Да ну? — отрезал Веско.
Когда Веско полез в карман серой ветровки, Хардвик распахнул тяжёлую дверцу GTO — ударил Веско и вжал его в «Эскалейд». Выскочил следом и обрушил серию ударов в голову. Тот рухнул к пассажирской двери; стекло опустилось, мелькнул пистолет — выстрел отбросил Хардвика. Второй выстрел развернул его корпус; он полупал-полуприсел, отползя к передку — уйти из линии огня.
Пока Веско пытался подняться, из «Эскалейда» вышел Бруно Ланка. С оружием оба двинулись к лежащему Хардвику. Последовала короткая перестрелка — казалось, все трое стреляли одновременно. Затем — тишина.
Её нарушил дрожащий голос одного из студентов:
— Охренеть!
Финальный наезд камеры — на три тела, неподвижные, рядом с «Эскалейдом», у каждого в правой руке — пистолет; кровь сочится на асфальт.
Кулаки Гурни стиснулись до белизны костяшек. Ярость вскипела — смешавшись с жгучей виной.
Обретя немного ясности, он зашёл на сайт Олбанской общей, нашёл справочную, набрал. Спросил о состоянии Хардвика — ответ: пациент в реанимации, федеральный закон не позволяет давать сведения медицинского характера, посетители — только ближайшие родственники.
Мысль перескочила к Эсти. Узнала ли она? У неё нет стационара, и у него нет её мобильного. Стоит ли ехать в Диллвид, если она не в курсе? Или, скорее всего, кто-то из её знакомых в полиции уже позвонил? Вероятнее всего — она уже в больнице.
Он снова позвонил — на этот раз попросил реанимацию. На посту ответили:
— Эсти Морено вышла на минуту. Попробуйте позже.
Теперь он знал, что она в курсе — и где она. Но что дальше? Подождать минут пять и звонить? Оставить номер? Или просто ехать?
Последнее было единственно верным. Дело не только в информации или соболезновании. Ему нужно быть там. Он убрал телефон и пошёл на кухню.
Мадлен мешала что-то в кастрюле.
— Мне нужно в Олбани, в больницу. Джек ранен, — сказал он.
Она подняла глаза:
— Как?
— Его ранили.
— Выстрелили? — спросила она.
— На парковке. Возле Олбани. Я поехал. Позвоню оттуда, — ответил он.
На парковку больницы он въехал в 18:28 — весь, как в оцепенении. По местному радио как раз шёл репортаж о смертельной перестрелке в Гарвилле:
— Сегодняшняя ожесточённая перестрелка унесла ещё одну жизнь, — сообщил корреспондент. — У Доминика Веско остановка сердца после операции. В 17:45 констатирована смерть. Джек Хардвик вывезен из операционной и введён в искусственную кому — чтобы повысить шансы на выживание.
Он выключил радио. Попытался собраться с мыслями. Простая фраза, возвращавшая его к делу — «сделай следующее правильное действие» — не сработала. Он не знал, каково «следующее правильное».
Пока Хардвик в коме, лезть в реанимацию бессмысленно. К тому же полиция Гарвилла или штата уже наверняка здесь: теперь знают, что он — участник перестрелки с двумя погибшими. Возможно, Кэм Страйкер, помня о связи Гурни с Хардвиком, отправила людей — ждать. Он чуть осел в кресле, оглядел парковку осторожно. Посмотрев в сторону главного входа, заметил женщину, вышедшую через вращающуюся дверь. Несмотря на мороз — на ней джинсы и свитер. В одной руке — сигарета, в другой — зажигалка. Повернувшись к двери, чтобы прикрыть пламя от ветра, она показала профиль — Эсти.