Чтение онлайн

— Пытыраш-ага, все делом заняты, а ты чего ходишь руки в боки?

— А что мне делать? Скажите, и я сделаю, я же не маленький!

— Ну-ка, хватай бурдюк и принеси в нем воды. А то манджу не на чем готовить.

Взял Пытыраш бурдюк и пошел к колодцу. Еле-еле его дотащил, но водой наполнять и не думает. Надул бурдюк воздухом и возвращается, прикидываясь, якобы очень уж тяжело ему, аж вспотел весь. Дэвы, увидев это, порадовались:

— Эге-ге, наконец-то этот никчемный хоть одно дело до конца исполнил!

А Пытыраш как пришел, так и повалился у шалаша отдыхать, бурдюк же до поры до времени рядом держал, а потом потихоньку выпустил из него воздух. Когда дэв-повар кинулся за водой — а воды-то нет!

— Где вода, Пытыраш-ага?

— Гм, — ответил тот, — я ее выпил, мне как раз и хватило напиться.

И пришлось одному из дэвов бежать за водой, чтобы манджа не подгорела. Остальные же снова удивлялись, как этот, ростом с иголку, смог выпить целый бурдюк воды! И опять стали они думать, как от него избавиться.

На другое утро главный дэв говорит своим товарищам:

— Силой нам с ним не справиться, давайте добром его возьмем. Прикинемся, что мы расстаемся — разделим все наше хозяйство на части и разойдемся на все четыре стороны. Нам бы только избавиться от этого Пытыраша, а потом вновь соберемся и заживем вместе.

Так они и сделали. Позвали Пытыраша, сказали ему, что пришла пора товарищам расставаться, что каждому достается из нажитого добра по мешку золотых, каждый берет свою долю, и расходятся они на все четыре стороны.

Димитраш, однако, притворился больным, и один из дэвов, чтобы поскорее избавиться от него, взялся ему помочь донести мешок золотых до дома. И даже от угощения отказался, как только услышал голоса детишек Пытыраша: сбросил мешок на пороге дома и тут же исчез с глаз долой. А Димитраш-Пытыраш теперь мог прокормить всю семью. Может, если жив-здоров еще, и до сих пор кормит.

Было ли, не было ли… У одного пастуха было три дочери. Однажды отец с матерью отправились молоть муку, а дочери дома остались. Позакрывали все окна и двери, сидят-посиживают у окошка и разговаривают. Говорит старшая сестра:

— Если бы меня взял в жены сын падишаха, то я бы соткала ему ковер, да такой, что он им все свое войско покроет, да еще и останется.

Говорит средняя сестра:

— Если бы меня взял в жены сын падишаха, то я бы напекла ему хлебов, да столько, что он ими все свое войско накормит, да еще один каравай останется.

Говорит младшая сестрица:

— Если бы меня взял в жены сын падишаха, то я бы ему родила двух детей — мальчика и девочку: у мальчика во лбу будет гореть месяц, а у девочки — солнце.

В то время сын падишаха обходил свои владения и оказался как раз в этих местах. Он услышал разговор трех сестер. А как только услышал, вошел к ним в дом, чтобы посмотреть на них.

Вернулся он домой и сказал отцу с матерью:

— Там-то и там-то живут три дочери пастуха. Я возьму в жены одну из них.

Отец с матерью говорят:

— Как это ты женишься на дочери пастуха? Ты же сын падишаха!

— Нет, я женюсь, — ответил он им.

Посватался он к младшей сестрице. Сыграли свадьбу. Стали они жить-поживать да добра наживать.

Вскоре жена молодого падишаха зачала. А старый падишах, как водится, когда ездил по другим странам, брал с собой и своего сына. Вот выходит указ — ехать и ему в дальние страны.

У жены молодого падишаха родились дети, каких она пообещала: девочка Гюн [12] и мальчик Ай [13] .

Свекровь позвала бабку-колдунью, и соорудили они короб, схватили тех малюток, уложили туда и пустили по воде. А жену сына падишаха отвели к яме, закопали по пояс, рядом положили воз терновых веток, чтобы всякий прохожий мог хлестнуть и плюнуть в нее.

После этого написали письмо ее мужу: так, мол, и так… «Обещала родить мальчика с месяцем во лбу и девочку с солнцем во лбу, а родила тебе двух щенят». Молодой падишах ответил: «Щенок ли, котенок ли, оставьте все так, как есть, пока я не вернусь».

Проходит год или полгода, воротился муж домой, увидел свою жену в том самом месте да так ее там и оставил.

Детей же по воде прибило к опушке леса, а там стояла землянка. В ней жили старик со старухой: не было у них ни детей, ни внуков. Старуха и говорит старику:

— Если в коробе будет выпивка, то это твое, старик, счастье, а если живая душа, то это мое счастье.

Посмотрели — а там двое детей. Обрадовались, подобрали их, стали заботиться о них, растить. Начали дети ходить в школу — оба умные да такие красавцы, каких не сыскать на всем белом свете, а месяц со звездой-солнцем у них светили так, что все вокруг освещали.

Все бы хорошо, только вот дети в школе стали их дразнить: «найденыши», «найденыши». А они не стали этого терпеть и пустились на хитрость. Говорят старику со старухой:

— Нас отправляют в село Курчу, мы туда пойдем.

Приготовили старик со старухой питки, положили их в торбу. Ушли дети, как и задумали.

Идут они, идут, смотрят — огонек вдалеке. Когда подошли, видят — дом, и никто в нем не живет. Полным-полно всякого богатства в том доме, но нет никого. Ешь, пей — не хочу! Живи здесь вольготно — никто не помешает. Стали они здесь жить-поживать.

А тем временем та бабка-колдунья, которая навредила жене сына падишаха, учуяла, что дети живы. И мать молодого падишаха отправила ее в те места, где они жили:

— Иди и что хочешь сделай, но сотри с лица земли этих детей.

Пошла бабка. Добралась до тех мест и застала девочку в доме одну. Во дворе стояла лошадь, а паренек был на охоте.

— Как поживаешь, девочка моя? Все одна да одна, небось?

— Да как поживаю? Брат ходит на охоту, приносит мне разные вещицы для развлечения. Вот так и живу.

— И-и-и, девочка моя, чего тебе так одной тосковать?! Отправь-ка лучше братца принести тебе яблоко от Дюнняя-гюзели.

Когда приходит брат, сестра и говорит ему: