Чтение онлайн

— Спасибо, люди добрые, за ласку. Повеселимся и мы с вами, да с уговором: ежели отдадите вы свою невесту вот за этого добра молодца, — и показывает на Иванчу.

Страшно разгневалась молодежь на старика за эти слова. Жених вконец из себя вышел. Хотели уж было прогнать прохожих, да тут старики вмешались:

— Что ж, отдадим мы нашу девицу за твоего парня. Да только прежде надо их счастье испытать. Видишь вон, в котлах, петухи да индейки варятся. Вот ежели петухи из котла вылетят и песни запоют, а индейки подойдут к столам крошки клевать, быть по-вашему.

Не успели они рты закрыть, как петухи из котлов выпорхнули, залились-запели, а индейки к столам метнулись, крошки собирать принялись. От удивления все так рты и разинули. Но делать нечего, слово не воробей.

— Видно, и вправду это их счастье, — сказали все.

Распрощался старик с молодыми и пошел своей дорогой.

Много ли, мало ли минуло времени, никто не знает. Решил как-то старик проведать братьев. Дошел он до водяной мельницы, смотрит: кипит работа вовсю. Одни муку взвешивают, другие мешки тащат, третьи деньги считают. А средний брат хозяином ходит, ручки потирает. Старик и говорит ему:

— Ласков будь, сынок, дай хлебушка кусочек. Проголодался я, устал очень.

А хозяин не узнал старика да и отвечает:

— Много вас, бездельников, тут шляется. Каждому по кусочку дашь — и от мельницы ничего не останется.

Посмотрел дед на него и говорит:

— И это может быть.

Тут разразилась буря, из тучи хлынул ливень, и вода в реке высоко поднялась. Ушла под воду мельница. Только ее и видели.

Пошел дед дальше. Смотрит: отара овец пасется. Одни пастухи овец доят, другие брынзу делают, третьи мясо солят, четвертые шерсть стригут. А старший брат барином ходит, на пастухов покрикивает. Подошел старик к нему и говорит:

— Сделай милость, сынок, дай брынзы кусочек. Я очень устал и проголодался.

Рассердился брат, раскричался:

— Много вас, попрошаек, здесь шляется. Кабы кормил я всех, давно бы с одной палкой остался.

Посмотрел старик на него, погладил рукой бороду и говорит:

— Что ж, и это может быть.

Только сказал, как овцы воронами обернулись и улетели.

Пошел дед к младшему брату. Шел, шел, а как дом увидел, больным притворился. Вышла молодая жена Иванчу, увидела старика, в горницу его пригласила.

— Заходи, — говорит, — дедушка, гостем будешь.

— Муж тебя бранить станет, молодка, — отказывается дед.

А тут как раз и Иванчу в ворота входит. Взял он старика под руку, в горницу завел, на мягкую постель уложил.

— Что с тобой, дедушка? — беспокоится.

— Болен я, сынок. Видать, помру. Одно только меня спасти может: люди добрые говорят, будто есть на свете целебный корешок. Да не достанешь ты его…

— Найду я этот корешок, дедушка, — отвечает ему Иванчу.

Вышел он в другую комнату, достал из сундука корешок — тот, что отец ему дал, принес старику.

— Вот, дедушка, корешок. Поправляйся скорее.

Встал тут старик с постели, обнял Иванчу и говорит:

— Добрый ты человек, Иванчу. Душевный. Жить тебе в счастье и в достатке.

Махнул он левой рукой — из рукава серебро посыпалось, махнул правой — золото рекой полилось.

— Живите, люди добрые, во славу.

Сказал так и исчез.

Вот и весь сказ. А много ли в нем правды — кто знает. Только раз уж люди говорят, значит, есть там правда.

Жил-был однажды мужик, был он очень трудолюбив и умен. Нажил дом, стадо скота, возделывал кусок земли. И только одно несчастье печалило его: не было у него детей. Много раз молил он Бога, но детей все нет как нет.

Шел как-то раз Ванчу, — так его звали, — по дороге и думал о том, как счастливы, должно быть, те, у которых есть дети, и как тяжело приходится бездетным людям. Вдруг видит он: прямо к нему идет сам Бог со святым Петром.

— Куда идешь, сын мой? — спросил его Бог.

— Иду бросаться в овраг, дабы избавиться от своего горя.

— Что же у тебя за горе? — снова спросил Бог. — Скажи, я тебе помогу.

— Хочу, чтобы у меня были дети, — ответил Ванчу.

— Что еще хочешь?

— Больше ничего, — говорит Ванчу.

— Иди домой, у тебя уже есть дети, — обращается Бог к Ванчу.

Ванчу побежал домой, смотрит: и в доме, и во дворе полным-полно детей. Было их не менее ста, и все они в один голос кричали: «Папа, папа!» — и просили есть.

Задумался Ванчу: как накормить столько душ? Продал все, что у него было, и купил муки. Затем отправился куда глаза глядят заработков искать.

Долго ходил он по свету, и однажды вечером наткнулся на стадо овец у опушки леса. Тысяча овец там было, а в землянке двадцать или двадцать пять чабанов: все сильные, краснощекие, такие, что словами не передать, — все равные по силе.

— Добрый вам вечер! — сказал Ванчу.

— Будь здоров, путник! — ответили на приветствие чабаны. Пригласили его присесть, накормили-напоили и принялись беседовать.

Рассказал Ванчу о своей нужде, и чабаны посоветовали ему, чтобы лучше он оставался у них. В окрестностях появился дракон, который каждую ночь по три овцы из их стада похищает.

— Да как же это, столько вас человек, не можете одолеть одного дракона? — спросил Ванчу.

— Да вот, надо признать, не можем.

— Что дадите мне, если избавлю вас от него?

— Третью часть стада, — сказали чабаны.

Спрятался Ванчу неподалеку от загона и стал сторожить.

В полночь прилетел дракон. Не успел он еще войти в стадо, как Ванчу гневным голосом окликнул его:

— Стой, дальше чужакам пути нет.

— А кто ты такой, чтобы меня не пускать? — со смехом спросил дракон.

— Я Ванчу-пеливан. Ем только обрезной камень и драконье мясо! А ты кто такой?

— Я дракон, которого ты надеешься съесть. Давай померяемся силой.

— Давай, — сказал Ванчу, — но сначала посмотрим, кто сможет выдавить воду из камня.

Обхватил дракон огромный булыжник, сжал раз, сжал два, нет, — не выходит вода.

Ванчу взял в ладонь кусок свежей брынзы, сжал, — сквозь пальцы полилась сыворотка.