Чтение онлайн

Несколько мгновений пальцы Льюка зависали над клавиатурой, он сделал несколько пропусков для красной строки и начал:

«По мере приближения Дона Мартсона к силуэту, который ожидал его на тропинке, он начал догадываться, что речь шла о мужчине с разбойничьим выражением лица, с ног до головы одетом в черное. В руках поверх серебряной шишки на луке седла он держал кусок разбитого карабина. В этот момент…»

Поначалу каретка переводилась медленно, но потом скорость стала увеличиваться. Льюк, зачарованный треском клавиш машинки, трепетно плыл в бурном потоке изливавшихся из него слов. И вдруг…

Один из марсиан, совсем небольшого росточка, объявился сидящим верхом на каретке и вместе с ней мельтешил перед глазами Льюка, бодро покрикивая.

— И-эх! Трогай, милая! Гони во всю, жми! Быстрее, Джон, живее! Вперед!

Льюк зарычал.

А потом…

— Что у него, доктор, кататония 4 ? — тихо осведомился интерн.

Врач «Скорой помощи» почесал подбородок, рассматривая неподвижное тело, лежавшее на кровати.

— Очень странно, — сказал он. — Больной несомненно находится в состоянии кататонии. Но, похоже, это только приступ.

Повернулся к хозяйке квартиры, которая стояла у входа в комнату Льюка:

— Вы сказали, что сначала раздался крик?

— Да, так и было. Я подошла послушать, что случилось, мо машинка продолжала стучать, и я подумала, что все нормально. А потом, минуты через две-три, услышала треск разбитого стекла. На этот раз я уже вошла: окно было вдребезги разбито, а он был с другой стороны, на площадке пожарной лестницы, куда он упал. Если бы не она, мне бы пришлось звонить в морг.

— Странно, — повторил доктор.

— Вы его увезете, доктор? Он, видно, потерял много крови…

— Не волнуйтесь, порезы не серьезные. Да, придется забрать его с собой.

— Может, раны-то и не очень страшные, но смотрите, что сделалось с моим платьем. Теперь его, такое испачканное, и не отстираешь!

— Мне действительно жаль вас, поверьте.

— А разбитое окно, кто мне за все это заплатит?

— Простите, — глубоко вздохнул врач. — Но это вопрос не к нам. А что, если нам сделать хотя бы первичную обработку ран, остановив кровотечение? Будьте так любезны, принесите нам кипяченой воды.

Хозяйка не стала спорить и поспешно вышла из комнаты.

— Вам действительно нужна кипяченая вода? — удивился интерн.

— Ну конечно же, нет. Но мой тебе совет: если хочешь избавиться от женщины, попроси у нее кипяченой воды. Срабатывает на все сто.

— Да, похоже. Сначала обработаем раны спиртом или все же увезем его?

— Продезинфицируй прямо сейчас, а я тем временем осмотрюсь.

Врач подошел к письменному столу и наклонился над пишущей машинкой, в которую был вставлен лист бумаги.

— Льюк Деверс… Мне знакомо это имя. Совсем недавно я его слышал, но где?

— Понятия не имею, доктор.

— Напечатано начало какого-то вестерна. Так, «Глава один». Первые три абзаца вроде ничего… потом литера пробила бумагу насквозь. Именно в этот момент что-то и произошло. Наверняка какой-нибудь марсианин.

— Как будто не существует в мире чего-то еще, способного довести людей до помешательства!

— Другое дело раньше. Тогда как-то люди сходили с ума каждый по-своему. А теперь один диагноз на всех — марсиане. — Доктор вздохнул. — Вот в этом месте он закричал. Затем, по словам хозяйки, еще какое-то время стучал на машинке… Иди сюда! Посмотри-ка на это.

Интерн как раз закончил обрабатывать раны и подошел к врачу. Прочитал вслух:

— «Ну трогай милая давай давай гони вовсю вперед жми по тракту живей скорей вперед». Похоже на телеграмму, посланную Зорро своей лошади, — добавил он. — Это вам говорит о чем-нибудь, доктор?

— Даже не знаю, что и сказать. Думаю, между этим набором слов и тем, что произошло с ним, есть что-то общее. Но что? Да ладно. Идем отсюда.

Интерн прошелся по карманам Льюка в поисках бумажника (если бы нашлись деньги, то пациент имел бы право на частную клинику). Конечно, неплохо было бы обнаружить какие-то указания насчет того, кого «предупредить при несчастном случае со мной». Увидев всего три банкнота по одному доллару, доктор с интерном скривились. Но тут же от удивления широко распахнули глаза, когда наткнулись на два чека.

— Льюк Деверо! — воскликнул врач, читая имя получателя на чеке. — Теперь вспомнил. Его псевдоним очень похож на настоящую фамилию, поэтому-то он и показался мне знакомым.

— Не знал, что у вас хватает времени на чтение дешевых книжонок.

— Ну конечно же, нет. Тут совсем другое дело. В психиатрической клинике работает медсестра… она обзвонила все медицинские учреждения подобного рода с просьбой сообщить ей об этом типе, если он попадется кому-то на лечение. Я думаю, это ее бывший муж.

— Ну и отлично. Вот и нашелся тот, кого в таких ситуациях следует предупреждать. Но как насчет денег?

— Ах, да… Если его признают сумасшедшим, будет ли признан действительным этот чек? Вот в чем проблема.

— Верно. Посмотрим, что скажет жена. В конце концов, это ее трудности.

— Справедливо. Позвоню-ка я ей.

Через пять минут врач вернулся. Бодренький и веселенький.

— Все о’кей, дружище. Она берет на себя все расходы и просит отвезти его в клинику. Пришлет за ним частную «скорую», просит, чтобы мы ее подождали на месте.

— Высший класс! — интерн зевнул. — Интересно, почему это она опасалась, что с ним могло что-нибудь этакое случиться? Он что, припадочный?

— В некоторой степени, да. Но это еще не все. Она особенно беспокоилась, как бы он снова не начал писать. Это дело он забросил с появлением марсиан. По ее словам, когда у него наступает очередной творческий порыв, он до такой степени сосредоточивается на своей работе, что не дай бог его внезапно потревожить. Тогда он способен подпрыгнуть метра на три, а то и в транс впасть. Когда он творил, она взяла за привычку ходить на цыпочках и вообще быть тише воды и ниже травы.

— Эх, узнать бы, что такое мог сделать с ним марсианин в этот вечер.

— Да и я сгораю от любопытства.

— А почему бы вам не спросить об этом меня, господа? Их словно током ударило. Оба резко повернулись: Льюк Деверо сидел на краю кровати, а у него на коленях примостился марсианин.

— Ничего себе! — ахнул врач, не веря своим глазам.

Льюк улыбался. Вид у него был вполне нормальный. Он прекрасно владел собой.

— Вот я вам и говорю: спросили бы меня — и удовлетворили бы ваше любопытство. А произошло вот что: месяца два назад я тронулся (возможно, от сильного умственного напряжения, так как тогда я лихорадочно искал сюжет для романа). Дело было в одной хижине, кругом пустыня, вот у меня и появились галлюцинации — начали мерещиться марсиане. С того самого дня они меня постоянно преследовали, и только этим вечером я, кажется, избавился от этого наваждения. Я снова здоров!