Чтение онлайн

Вернувшись к креслу, он снова сел и на этот раз задумался о прошедшей ссоре серьезно. Больше всего волновали две вещи: его желание оградить баронессу от проблем и, конечно же, незапланированный поцелуй.

Он не мог вспомнить, когда в последний раз целовал кого-то по желанию, а не из-за потребности сбросить напряжение. Наверное, это было еще во времена юности, когда он был еще горяч и полон всяческих надежд.

Если говорить честно, то в этот раз он не помнил, что хотел именно поцеловать. Ему просто требовалось немедленно заткнуть чем-нибудь рот баронессе. Ее слова были правдивы, и он понимал это, но, кроме этого, он осознавал, что для нее будет опасно идти против всего общества. Хотелось донести это до нее.

А еще Легран хорошо понимал, что Висконсии было плевать на высший свет. И это его почему-то злило. Он никак не мог найти причину этих чувств, ведь он и сам видел, что ей действительно лучше держаться от аристократов подальше.

Тряхнув головой, Эруард снова сосредоточился на внезапном даже для него самого поцелуе. Он прекрасно помнил притягательную мягкость ее губ.

Стоило воскресить в памяти ощущения, как внутри начал разгораться хорошо знакомый жар. Самое интересное, что возбуждение было вызвано не ощущениями от поцелуя, а осознанием того, кого именно он поцеловал. Было что-то восхитительное в том, чтобы прикоснуться таким способом к этой невыносимой женщине.

Ему хотелось, чтобы она услышала, приняла его доводы, сделала так, как он говорит. Но в то же время он находил ее личность и непокорность просто головокружительной.

Конечно, среди леди в замке короля хватало тех, кто пытался продемонстрировать независимость и гордость, но Легран всегда знал, что подобное поведение всего лишь игра, которая должна увлечь в сети тех, кому не по нраву образ полной покорности. Висконсия не играла. Она действительно была изумительно непреклонной и свободной.

Это будило в нем что-то совершенно незнакомое.

Глава 25

– Понадобится еще покрытие, – доложил Жакар.

Галина Николаевна кивнула. Она намеревалась заменить все, что было совсем старым. Начинать работу решили с крыши. Галя не представляла, сколько лет это здание стояло без ремонта. На первый взгляд все выглядело нормально, но стоило Жакару надрубить одну из балок, как стало понятно – дерево находится в плачевном состоянии.

Строитель очень цветисто выразил свои негативные эмоции по поводу тех, кто возводил здание. По его словам, предыдущими рабочими не были проведены некоторые действия с древесиной, отчего она так сильно сгнила.

Крышу разобрали очень быстро. Никто даже не подумал выбрасывать доски. Их решили распилить на дрова. Эта работа досталась Йоргану.

Мальчишка, поначалу едва ли не трясшийся из-за мнимого проклятия, со временем привык и начал верить, что слухи были всего лишь выдумкой.

– Может, покушаете, госпожа? – робко спросила Петра.

Она сильно волновалась за хозяйку. В последние дни баронесса выглядела потерянной и более суровой, чем обычно.

Поначалу, только уйдя от прежней госпожи, Петра никак не могла привыкнуть к новой личности Висконсии. Еще совсем недавно баронесса была милой и послушной, но после того, как болезнь отступила, ее тихая девушка превратилась в серьезную женщину, которая мало походила на трепетную леди. Это преображение было удивительным, но не настолько странным, как могло бы показаться. Баронесса характером явно пошла в покойного барона. Они даже губы поджимали одинаково! Любой, кто достаточно знал барона дель Каруссо, мог с уверенностью сказать, что Висконсия – истинная дочь своего отца.

– Не сейчас, – отмахнулась Галина, наблюдая, как строители укладывают стропила.

– Вы давно не ели, – попыталась Петра еще раз.

Женщина хорошо помнила, что госпожа старалась сбросить немного веса, но ей не хотелось, чтобы баронесса упала в обморок от голодания. И вообще, Петра не понимала эту моду на тощие тела. Что в этом хорошего? По ее мнению, небольшая пышность только добавляла даме красоты, ведь это показывает всем, что леди могла позволить себе хорошо и вкусно покушать. Да и женщины с объемами, на взгляд Петры, выглядели более здоровыми. Жаль, что слова простой кухарки для других не аргумент.

Галина Николаевна снова хотела отмахнуться, но почувствовала сосущее ощущение в животе, поэтому все-таки согласилась поесть, но что-нибудь легкое и нежирное.

Галя ждала, что к ним кто-нибудь придет, чтобы задать вопросы по поводу строительства, но проходили дни, а на пороге никто так и не показался.

Спустя несколько дней, убедившись, что строителям не требовалось ее неусыпного внимания, Галина вернулась к чтению книги.

Больше всего ее волновало несколько вещей.

Первая – как управлять магией. Вторая – что за испытание, о котором говорилось в самом начале. Ответ на второй вопрос был вскоре найден. Он заставил Галину Николаевна несколько дней бродить в трансе. Она пыталась переварить то, что узнала.

Оказалось, что с ее подселением не все так просто. Дело в том, что Висконсия принадлежала к древнему роду темных ведьм. Магией в этой семье могли обладать исключительно женщины. В давние времена род преступил закон (в книге не было указано, что именно они сделали), и магия наложила на семью наказание.

Каждые несколько поколений с одаренной женщиной происходило то, что случилось с Висконсией. Ее ментальное развитие останавливалось. Так продолжалось до ее двадцатилетия. Если девушка и родственники проходили испытание (бывало, бедняжек умерщвляли), то магия даровала испытуемой награду. Поощрение всегда было разным.

В ее случае магия открыла доступ к знаниям о прошлой жизни. Это заставило Галину впасть в ступор. До этого момента она искренне верила, что просто каким-то образом попала в чужое тело, но, судя по всему, это было не так. Выходило, что в своем мире она умерла, а после переродилась в этом. Неизвестно, сразу или через какое-то количество жизней, о которых она теперь ничего не помнила.

Родившись у женщины, принадлежащей к роду ведьм, она попала под древнее наказание магии – ее мышление перестало развиваться. В двадцать магия подарила ей награду за прохождение испытания – дала доступ к знаниям одной из жизней, которая когда-то была у души.

Честно говоря, это не укладывалось в голове! Получалось, что она живет в этом мире не несколько недель, а годы и годы! Странно, что у нее не было воспоминаний о том времени. Память Висконсии (Галя решила себя и девушку все-таки разделять) по какой-то причине была полностью утеряна.

На самом деле, Галина Николаевна еще долгое время находила то, что ей удалось узнать, невозможным. Она ни в коей мере не ощущала себя Висконсией. Разве от девушки не должно было хоть что-то остаться? Знания? Умения? Привычки? Какие-нибудь мелочи?

Она ощущала себя собой и не видела в своих мыслях, действиях или ощущениях ничего постороннего.

Все эта история была жутковатой. Была ли она теперь именно Галиной Николаевной? Или она – это просто набор воспоминаний?

Обдумав все как следует, Галя пришла к выводу, что вполне может считать себя тем же человеком. У нее была прежняя душа и тот же набор знаний. Выходило, что сейчас она именно та женщина, которая жила когда-то на Земле. Единственная разница – тело было другим. Не чужим – ведь, по сути, она родилась с этим телом, – просто другим.