Чтение онлайн

Затем Ганнибал, умевший чуять ветер удачи, захватил еще два греческих города. Метапонт сдался ему, когда римляне вывели оттуда войска, чтобы усилить гарнизон Тарента, а Фурии показали пример того, как можно сдать город с помощью предательства. В этих греческих городах вооруженные жители, как надеялись римляне, должны были дать отпор Ганнибалу в силу ненависти, которую греки питали к карфагенянам. Рядом с Фуриями в Бруттии стояла карфагенская армия под началом Ганнона и Магона, и жители города договорились с ними о том, что если карфагеняне подойдут к городу, то город сдается Ганнибалу. Карфагеняне приблизились к Фуриям и спровоцировали римлян на бой; когда же последние бросились в атаку, карфагеняне отступили и оттянули римские войска от стен города. Затем карфагеняне перешли в контратаку, а горожане закрыли ворота перед отступающими римлянами, крича, что они не хотят впускать врага в город на плечах отступающих. Остатки разбитых римских отрядов рассеялись, а карфагеняне вступили в Фурии.

Тем временем развивались события в Испании, в ходе которых выявились две новые колоритные фигуры, сыгравшие затем немалую роль в истории. Один из нумидийских царей, Сифак (столица его владений находилась в городе Сига, к западу от Орана в теперешнем Алжире), оказался под влиянием побед Сципионов в Испании и все чаще подумывал о том, что его интересы теснее связаны с Римом, нежели с Карфагеном. Это ослабило позиции Карфагена не только в Испании, где нумидийцы все чаще переходили на сторону Рима, но и в самой Африке, где имя Сифака было весьма авторитетно. Сифак сообщил в Рим, что он может надеяться на его конницу, но не пехоту, который не хватает умения и экипировки, и римляне обещали учесть это замечание.

Узнав об этих действиях Сифака, Карфаген пошел на сближение с Галой — еще одним нумидийским царем, чьи владения находились в Месулийской (Maesulian) Нумидии, отцом Масиниссы — юного принца с большими амбициями. Столицей Галы была Цирта (Константина в современном Алжире). Карфагеняне убедили Галу в том, что Сифак стремится прежде всего к усилению собственного влияния в Нумидии, и сделано это будет за его, Галы, счет. Гасдрубала Барку отозвали из Испании, и он с армией Галы, которой командовал Масинисса, разгромил войска Сифака, потери которого, как передают, составили 30 000 человек. Сифакс бежал в Марокко, где набрал другую армию, с которой собирался переправиться в Испанию. Но Масинисса вновь разгромил его, и Гасдрубал смог со своей армией вернуться на Пиренейский полуостров. Но Сципионы достигли успеха, заимев такого союзника, как Сифакс; кроме того, они захватили крепость Таррако (Таррагона), в будущем — столицу римской Испании.

Самое важное событие 212 г. до н. э. — осада Сиракуз и последовавшая за ней трагедия. Бывший царь Гиерон послал одного из граждан города, Архимеда, в Александрию (Египет), где преподавал Евклид, и Архимед настолько превзошел премудрости греческой науки, что прославился своими дарованиями на весь свет. Архимед вернулся в Сиракузы и силой собственного знания помог родному городу противостоять в течение многих месяцев римской осаде, которой руководил сам Марцелл. Баллисты и катапульты Архимеда позволяли сиракузянам метать более тяжелые снаряды на большие расстояния с высокой точностью; он создал метательные орудия, пускавшие дротики и другие снаряды, начиненные воспламеняющимися веществами, что позволило уничтожать римские осадные башни и тараны на расстоянии от города; он научил сограждан устраивать подкопы, в которые проваливались осадные приспособления римлян либо разбивать их огромными валунами вдали от стен Сиракуз. Используя гигантские коромысла с острыми железными крючьями, уравновешенные грузами на противоположных концах, он ловил римские корабли, подходившие слишком близко к стенам города, поднимал и резко сбрасывал вниз; суда либо тонули, либо попадали в руки к сиракузянам. Считают, что он первым использовал выгнутые зеркала, с помощью которых за счет концентрации солнечных лучей поджигали римские корабли на расстоянии.

Воспользовавшись празднеством в честь Артемиды, когда сиракузяне устроили пир и пребывали во хмелю, воины Марцелла взобрались на стены крепости и захватили Эпиполы и кварталы Сиракуз, прикрывавшие подход к городу с суши. Затем римляне напали на карфагенян, которыми командовал Гимилькон, и сицилийцев, находившихся под командованием Гиппократа, а также приняли бой с сиракузянами, вышедшими на вылазку из Ахрадина — главной цитадели города, при этом создалась угроза флоту карфагенян, который стоял в гавани Сиракуз и его командующий Бомилькар увел корабли. Для римлян военные действия развивались успешно, но неожиданно разразился мор, поразивший оба вражеских войска. Карфагеняне понесли большой урон: Гимилькон и Гиппократ заболели и умерли, а их армии практически перестали существовать. Римляне укрылись в уже захваченной части Сиракуз и понесли меньший урон. Но один из испанских военачальников по имени Мерик совершил предательство и впустил воинов Марцелла в часть города, которую еще удерживали сиракузяне. Марцелл отдал город на разграбление своим солдатам. Приказа о розыске Архимеда от него, однако, не поступало. Но когда римский солдат ворвался в дом Архимеда и гневно закричал, увидев, что он чертит пальцем на песке решение какой-то геометрической задачи, Архимед столь же возмущенно воскликнул: «Не тронь моих чертежей!» Реакция вояки была мгновенной: ударом меча он оборвал жизнь великого ученого.

Спустя полтора века могилу Архимеда обнаружил не кто иной, как Цицерон, назначенный сенатом квестром на Сицилию. Он нашел ее рядом с одними из сиракузских ворот, запущенную, забытую и поросшую травой. Над ней возвышалась колонна с изображением сферы, вписанной в цилиндр — как напоминание об открытии, которым Архимед установил соотношение между этими геометрическими формами. Позволив воинам грабить Сиракузы, Марцелл позаботился о сохранности царских сокровищ, и они были отосланы в Рим — вместе со статуями и произведениями живописи, захваченными в городе. Согласно Ливию, с этого деяния Марцелла началось знакомство римлян с подлинными шедеврами греческого искусства, горячими поклонниками которого они позднее стали.

Большинство городов Сицилии пыталось договориться с Марцеллом миром, но на острове еще оставались карфагеняне; Находились они у Агригента под командой Ганнона и Эпицида. К ним присоединился один из военачальников Ганнибала, Муттин, который командовал отрядом нумидийской кавалерии. Нумидийцы блуждали по Сицилии и сумели удержать в союзе с Ганнибалом несколько городов. Ободренные их успехами, Ганнон и Эпикид покинули укрепления Агригента и направились к реке Гимере, где карфагенский военачальник Муттин уже несколько раз вступал в успешные стычки с передовыми постами римлян. Но когда явился сам Марцелл со своими легионами, карфагеняне вынуждены были откатиться назад к Агригенту, и стало ясно, что решающий перевес находится на стороне римлян. С точки зрения Ганнибала, сицилийская кампания была более чем бесполезна, поскольку не только не принесла результатов, но и отвлекла войска, которым он во всяком случае нашел бы лучшее применение.

Как бы то ни было, Ганнибалу противостояли два консула, Квинт Фульвий Флакк и Аппий Клавдий, укрепившиеся в северной Апулии. Гракх стерег Луканию, а Гай Клавдий Нерон из Суэссулы прикрывал подходы к Капуе с юга. Римляне уже начали осаду Капуи, и вскоре из города вновь раздались призывы к Ганнибалу о помощи — римская армия контролировала всю равнину Кампаньи, и капуанцы не могли собрать урожай.

Ганнибал не хотел уходить из окрестностей Тарента и поэтому приказал Ганнону выдвинуться из Бруттия к Беневенту, чтобы дать капуанцам возможность заготовить провиант и фураж и спасти город от голода. Ганнон сумел уклониться от преграждавшего ему путь Гракха, обошел с фланга Нерона, разбил укрепленный лагерь и сообщил капуанцам, что они могут свозить собранный урожай к нему, для чего просил мобилизовать все повозки, которые имеются в их распоряжении. Капуанцы отнеслись к делу безответственно и прислали всего четыреста телег; Ганнон был разгневан — ведь он совершил опасный переход, чтобы помочь Капуе. Он послал горожан собрать еще телег, и вскоре они вернулись с двумя тысячами повозок. Но время было упущено — римляне уже знали о том, что происходит у них под боком. Фульвий Флакк подошел к лагерю Ганнона, напал на карфагенян, захватил повозки с хлебом и взял в плен капуанцев. Сам Ганнон с большей частью своего отряда собирал фураж. Узнав о случившемся, он увел отряд назад в Бруттий. Капуя осталась без провизии.

Чтобы исправить ситуацию Ганнибалу пришлось действовать самому. Четыре римские армии были размещены между Тарентом и Капуей, перекрывая дороги, по которым Ганнибал мог бы войти в Кампанию. Но он сумел отправить к городу 2 тыс. нумидийских всадников. Обойдя римские кордоны, они вошли в Капую. Перед этим им пришлось принять бой, в котором полегло 1,5 тыс. римлян. Фортуна и дальше благоприятствовала карфагенянам. Некто Флавий — знатный луканец, до того лояльный Риму, приехал в лагерь Гракха и пригласил его на встречу со своими знатными земляками, уверяя, что они хотят отойти от Ганнибала и восстановить союз с Римом. Поддавшись на обман, Гракх согласился поехать с Флавом и взял с собой только небольшой отряд всадников. По пути люди Флава напали на римлян, и Гракх погиб. Следуя своему правилу, Ганнибал похоронил его с воинскими почестями.

Затем Ганнибал неожиданно появился в своем старом лагере на Тифате. Он подошел к Капуе, не взирая на то, что ее осаждали две консульские армии. Произошло сражение, и римляне уже были готовы отступить, но вдруг с фланга обеих армий появился неизвестный крупный отряд кавалерии, что привело в замешательство и римлян, и карфагенян. Бой был прекращен, а сам Ганнибал укрылся за стенами Капуи.

Пока Ганнибал находился в Капуе или рядом с ней, римские военачальники опасались, что он может устроить для них очередную ловушку на открытой равнине Кампании. Поэтому они решили выманить Ганнибала из города. Фульвий Флакк со своей армией пошел на Кумы, а Аппий двинулся в Луканию, откуда он мог угрожать базам Ганнибала на южном побережье Италии. Ганнибал пошел следом за Аппием, но римляне совершили маневр, проскользнули мимо карфагенян и вернулись к Капуе. Вскоре туда же возвратился Фульвий Флакк, и осада возобновилась.

Ганнибал решил, что для Капуи он сделал все, что мог, и двинулся к Таренту. Ему преградило путь войско Марка Центения Пепула, который сам повел легионеров в атаку. Он пал одним из первых, что привело легионеров в замешательство. Римляне были быстро окружены конницей Ганнибала и почти все погибли.

Ганнибал не пошел прямиком к Таренту, и повернул на северо-восток к Гердонии, которую осаждал претор Гней Фульвий. Магона с конницей он отправил перекрыть пути отступления в тылу римского войска, а на его правом фланге устроил засаду. В результате произошло очередное массовое истребление римлян. Сам Фульвий бежал; с ним спаслось около 2 тыс. воинов. Фульвия обвинили в трусости, и он отправился в добровольное изгнание. Его воины, оставшиеся в живых, также понесли наказание: на зимние квартиры они должны были останавливаться на расстоянии не менее 10 миль от любого города.