Чтение онлайн

— Aeterna nox, — насколько я смог разобрать его слова.

Сначала мне показалось, что я ослеп. Я рванулся влево… и выбежал из облака тьмы, опустившегося на то месте, где стоял чародей. Я подождал несколько секунд, чувствуя постепенное возвращение сил. Кисть уверенней сомкнулась на рукояти меча, а сама рука перестала дрожать.

Тьма рассеялось, но в нем никого не осталось. Лежала лишь пустая склянка. Очевидно в ней было это облако, которое маг выпустил и сбежал, пользуясь его прикрытием.

Я вернулся к Альберту. Он лежал на боку, опираясь на локоть. Его рвало. Подождав, пока ливонец опустошит свой желудок, я помог ему подняться, сунул в руки флягу с вином и отправился искать Себастьяна.

Фон Вормсвирген лежал лицом вверх там, где его настиг первый удар некроманта. Скомканный плащ сбился с плеч и мок в грязи под Себастьяном. Рубаха на его груди была разодрана, словно он задыхался. Сейчас граф лежал неподвижно. Я приложился ухом к его груди и услышал слабый, медленный перестук сердца.

— Жив, — облегченно выдохнул я.

В это время за моей спиной возник Альберт, откинувший опустошенную флягу в грязь.

— Поднимаем его и несем в город. Если ему не помочь как можно быстрее, будет поздно.

Мы срубили два деревца и кое-как соорудили волокушу из плащей. Закатив на нее Себастьяна, я взялся за жерди и медленно двинулся к городу. Альберт побрел вперед, надеясь добраться до пригорода раньше и позвать кого-нибудь на помощь.

Одетый в камзол с воротником куньего меха, гость стоял перед своим собеседником. Человек в черном что-то черкал в толстой книге, усмехаясь себе под нос.

Он выглядел так же, как и на прошлой встрече — черная ряса, низко надвинутый капюшон. Монах-бенедектинец, ни дать, ни взять. Разве что не хватает распятья на груди.

Человек в черном поднял голову, отложил перо и проскрипел:

— Так в чем же дело? — голос его стал еще неприятней, чем в предыдущий раз. Казалось, он был простужен или его совсем недавно сильно ударили в кадык. — Почему этот юнец в Оснабрюке носил амулет, который дал тебе я?

— Он был послан мастером Болем к тем троим шпионам, вернувшимся из Амстердама. Я собирался таким образом привлечь ваше внимание и думал, что вы сможете понять, что означало это послание.

— Да, гонец многое рассказал мне, — усмехнулся человек в черном. — Потом…

Он многозначительно замолчал. Гость тоже молчал, но с тщательно скрываемым страхом.

— Что ты можешь мне о них рассказать? — спросил человек в черном у гостя после очередной записи своей книге.

— Я знал одного из них, капитана Дитриха Штадена. Мне приходилось сталкиваться с ним по долгу службы.

— Он высокий и светловолосый? Голубые глаза, узкие губы?

— Нет, это Себастьян Вильгельм Иоганн, граф фон Вормсвирген. Один из лучших наших специалистов в области денег и банков. Он иногда приезжает в мой город с ежегодной инспекцией, проверяя затраты и доходы.

— Экономист, значит, — что-то пометил у себя в книге человек в черном. Гость продолжал рассказывать.

— Дитрих Штаден будет повыше его ростом и пошире в плечах. Темные волосы, кареглазый…

— Все, понял! — оборвал его человек в черном. — Что-нибудь еще?

— Они вернулись с неделю назад в Бремен и имели долгую беседу с мастерами Болем, Штейнманом и Дункелем. Вскоре после этого был собран совет Верховного Магистрата, где был принят ряд решений о военной помощи имперскому дому Габсбургов и об ужесточении контроля информации. В связи с этим мне было несколько затруднительно выбраться из города.

— Беседа с верховными мастерами Ганзы, — повторил человек в черном. — Так-так.

При выражении «верховные мастера Ганзы» гость недовольно поморщился.

— Расспросив одного из помощников мастера Боля, я узнал, что речь шла о противостоящем Союзу маге, связанном с Ост-Индскими компаниями.

Человек в черном потянулся, рассмеявшись.

— Я встречался с этими тремя. Но я был не готов, а они примерно предполагали с кем встретятся. Мы обменялись ударами и разошлись. Двоих я сумел повергнуть, а третий, этот твой Штаден, оказался слишком хитер. Не предполагал наличия у него этой дряни, — он закашлялся, достал платок, утер им лицо под капюшоном, затем в раздражении отбросил запятнанный кровью лоскут ткани на пол.

— Но они все в добром здравии, — удивленно заметил гость.

— Еще бы, с вашими-то возможностями. Один мастер Штейнман чего стоит, — на мгновение показалось, что в голосе человека в черном прорезалась зависть. Но потом это ощущение исчезло.

Хозяин снова потянулся к перу и принялся делать пометы в гроссбухе. Гость рассматривал небогатое убранство комнат.

— И много у вас таких комнат по империи? — он встречался с человеком в черном уже в четырех городах империи. И в каждом из них у человека в черном были либо свои дома, либо комнаты в гостиницах, за которые было заплачено задолго вперед.

Ответа не последовало и гость продолжил ждать.

— Пришло время для очередного удара, — сказал внезапно человек в черном, отрываясь от записей. — Но не сейчас, гораздо позже.

Гость вопросительно поглядел на хозяина, но не решился ничего спрашивать. Молча можно узнать гораздо больше, чем торопливо задавая вопросы.

— Третьего дня, у Луттера-на-Барренберге, граф Тилли с имперским войском сошелся в битве с объединенными армиями Кристиана IV и Евангелической унии.

Гость напряженно слушал, стараясь не пропустить ни слова.

— У Кристиана Датского было двенадцать тысяч пехоты, пять тысяч кавалерии и выступающий на его стороне шеститысячный отряд дворян-униатов. С Тилли пришли десять тысяч пеших воинов и восемь тысяч всадников…

Маги тихо напевали свои заклинания над колдовской машиной, похожей на требучет или огромные аптекарские весы с двумя чашками.

— Ждем, ваша милость, — тихо объяснил фельдмаршалу представитель Ганзейского союза.

Ставка располагалась на отлогом холме, с которого можно было окинуть взором все поле будущей битвы. С юга равнину ограничивала река Барренберг, на которой стоял замок Луттер. Отсюда прекрасно были видны его башни с гордо реющим флагом Датского королевства. Подступы к замку защищали бастионы, спешно возведенные королем Кристианом.