Чтение онлайн

Потому, едва бронедвери разъехались перед нами, я убрал револьвер в кобуру.

Машинное отделение — сердце Волота, и здесь не место для стрельбы.

Ноздри сразу же заполнил запах масла. Кармилла дернула головой и резко выдохнула.

— Я их здесь не учую, — сообщила она без намека на извинение в голосе.

— А будь ты чистокровной альпой, то…

— То я бы сожрала тебя при первом же намеке на шутку в мой адрес, — вампирша прищурилась, и красные глаза начали едва заметно светиться.

Мы ступили на настил из листов рифленой стали и осмотрелись. Помещение состояло из нескольких отсеков и занимало значительно больше одного яруса. Для обслуживания механизмов служили площадки, соединенные трапами. Всюду проходили различные трубопроводы с вентилями. Работали насосы, воздушные компрессоры и вентиляторы. Хладагент циркулировал по медным трубкам, словно кровь по сосудам. Мостовые краны и манипуляторы дожидались оператора.

Как же мне нужен механик…

Проходы здесь узкие и неудобные. Кармилле пришлось идти следом. У меня за спиной.

Великолепное ощущение.

Шаги гулко отдавались в металле, так что остаться незамеченными мы не могли.

Но все же альпа заметила лазутчиков раньше, чем они нас — спасибо шуму работающего оборудования и ее острому зрению. Перевесившись через леерное ограждение, вампирша крикнула:

— Они в генераторной!

Проклиная всех богов и дьяволов, я кинулся вниз по ступеням. Но Кармилла опередила меня. Белые локоны обвили трубки поручней, и хищница грациозно перемахнула вниз. Чертыхаясь еще сильнее, я поднажал, не собираясь отставать от этой заразы.

На этом ярусе располагается главный двигатель. К нему подходят два мощных вала на одной оси. Они приводят в движение верхнюю часть ног шагохода — заставляют курочку двигать бедрышками. Но сейчас и главный, и все вспомогательные двигатели молчали, ведь избушка стояла на полянке и никуда не спешила.

Миновав двигатель, я промчался мимо поста управления с кучей датчиков. Манометры измеряли давление, термодатчики следили за перегревом и так далее. Они меня сейчас не интересовали. Впереди я заметил быстро прыснувшие в стороны кошачьи фигуры, а следом — пряди белых волос.

Если эти гаденыши вывели из строя часть оборудования…

Мой мозг отказывался верить, что дикари могут оказаться настолько смышлеными. Наверняка среди них просто есть бывший раб, прошедший обучение в одном из городских конгломератов. Сбежал или получил свободу, после чело вернулся к корням. Тойгеров еще не постигла судьба ангорийцев, но единичный отлов идет своим ходом.

И сейчас какой-то особо умный кошак гадит на моем Волоте!

Ворвавшись в генераторную, я сразу же остолбенел.

Оборудование искрило, повсюду валялись выломанные детали, торчали вырванные или покусанные провода. Не знаю, как этих пушистых засранцев не шарахнуло, но обугленных кошачьих трупов на полу не валялось. Зато обоняние неприятно щекотал запах горелой проводки, а тепловые индикаторы мигали красным светом, предупреждая о недопустимом перегреве.

Тойгеры раскурочили два основных генератора! Убью гаденышей!

Мой взгляд мгновенно оказался прикован к шерстистым фигурам, мелькавшим среди механизмов.

— Поймай их! — крикнул я Кармилле, экстренно отключая поврежденное оборудование.

Вампирша именно этим и занималась, но кошаки ловко ускользали от ее прядей. Для полного счастья рядом со мной дзынькнула о настил дикарская стрела.

— Проклятые гаденыши! — прорычал я, едва сдержавшись, чтобы не схватиться за револьвер. Вместо этого бросился в погоню вместе с Кармиллой.

Кошаки разбежались в разные стороны. Рыжие полосатые шкуры совсем не помогали маскироваться среди царства трубопроводов и прочей арматуры, но скудное освещение и общая загроможденность играли им на руку.

Я преследовал одного, оставив других альпе.

Тойгер двигался проворно, его мягкие лапы совсем не тревожили стальной настил.

— Стоять! — крикнул я и все же взял его на мушку.

На моих губах заиграла азартная усмешка.

Будет у меня полосатый коврик!

Кошак в это время стоял возле перекинутого между переборками мостового крана. Он принял боевую стойку, а услышав щелчок взводимого курка, дернул хвостом, усмехнулся и сказал:

— Ты не будешь стрелять здесь. У меня за спиной цистерна с запасом смазочного масла.

— А, так это ты главный затейник! — со злой радостью воскликнул я.

Кошак перескочил на кран-балку и с грацией эквилибриста перебрался на противоположную сторону. Матерясь под нос, я последовал за ним. Идти по перекладине, глядя вниз на мешанину труб совсем не хотелось. Потому и не стал. Просто пробежал по ней на одном дыхании.

Тойгер в это время спустился на ярус ниже. Хватаясь за леерное ограждение с облупившейся краской, я несся следом. Из протеза уже выскочил секач.

В котельной я потерял его из виду. Гаденыш где-то залег. Медленно обходя здоровенный котел, я старался уловить если не звук, то мелькнувшую тень. Котел работал, шумел вентилятор, нагнетающий воздух к его форсункам. Внутренняя топливная емкость подавала нефть на горелку. Но основной запас горючего хранился не здесь, а в топливных резервуарах на самом нижнем ярусе — рядом с бурилкой, которая должна обеспечивать Волот топливом в полевых условиях.

Кошак подкрался сзади, но я успел пригнуться — его когтистая лапа пронеслась у меня над головой, едва не сбив шляпу. Мой берц врезался в его коленную чашечку, заставляя кота взмявкнуть и отступить. Я одним движением распрямился, сразу же пуская секач в ход. Тойгер увернулся, лезвие скользнуло по трубе, высекая искры.

Удар за ударом я оттеснял его к перилам. Убивать этого лазутчика не хотелось, он мог пригодиться в качестве языка. Это бы сэкономило время на поиски Сэши и Шондры. Потому я инстинктивно сдерживался, старался загнать его в угол, но не сильно попортить шкуру. Одного я не учел: кошки отлично прыгают.

Этот полосатый мерзавец ловко перескочил через поручень и спрыгнул вниз. Я с досадой навалился на ограждение и увидел, как тойгер приземлился на трубу ярусом ниже, но поскользнулся и сорвался еще ниже.