Чтение онлайн

Если подробнее, боевые дроиды, что уже добрались до обшивки, долетели, оттолкнувшись от борта челнока, и закрепились, а на них специальный материал, от сканеров, должны проникнуть внутрь, дорогу проложат диверсанты. Дальше боевики перережут шины питания. Никакого взлома реакторов и отключения, сделать это мне просто не дадут. Корабль обесточен, медленно остывает. Челнок подойдёт и проведёт шлюзование. Мой дроид-техник вскроет шлюзовую, и проложит путь дешифратору к мостику, пока боевики воюют с боевыми системами на борту, там тоже есть боевые дроиды. Шесть штук. Кажется, универсалы. Не пойму с виду. Причём не вредить, а также перерезать шины питания. Вообще у всех дроидов, потом починю. А чтобы не помёрзли сидельцы в клетках, переведу их на борт челнока, правда гравитации нет, но ничего, дроиды донесут. По пути опрошу кто такие. Ну и высажу. Наших к нашим, иностранцев в Швейцарии, сами до дому доберутся. Было две девушки, молодые, и парень, лет двадцати пяти. Всё это буду делать, управляя батальоном, уже через час ожидается первое боестолкновение. Причём, немцы о нас знают, в небе висит их разведчик. Жду налёта авиации. Только вот бить по нам не дам. В стороне, вне зоны видимости с дороги, нас сопровождает мой боевой дрон, пусть зениток нам не выделили, но бомбить свой батальон я не дам, дроном буду сшибать всех, кто попытается нас атаковать с воздуха. Так что с интересом крутил головой. Надо сказать, боевых дронов я уже не раз применял за последний год, неплохо очистил округу у Львова за весну и начало лета. И опыта набрался с дронами, и почистил территории неплохо. Почти пять тысяч националистов уничтожено. По моему мнению немного, но хоть так. Поглядывая назад, на колонну, я недовольно качал головой.

Мне как Герою, решили выделить новейшие танки, по сути сформировать элитный батальон, показательный. Вот только реальность внесла свои коррективы. Тут начали комиссары решать. Понятно, что служить у меня командирами могут только лучшие, имею ввиду из комсомольцев и коммунистов. Других не брали. И прислали такое гуано, танкисты и командиры они никакие, хотя на отлично знают всё о партии и цитируют Ленина в подлиннике. Не все конечно такие, но большинство. Сколько времени я убил, чтобы сделать из них танкистов, лучших их худших по крайней мере, не передать. Все лёгкие танки у меня забрали, люди вливались в экипажи новых машин. Сержанты, командиры танков, боевые, с опытом, я был вынужден назначать наводчиками, или заряжающими, а не переводить из батальона. У меня на них свои планы и избавится от них не дал. В общем, не боевое подразделение, а не пойми что. Не описать словами сколько сил и времени пришлось потратить чтобы на самом деле батальон был готов к боям, тут только мат помогал. При этом били по рукам. Танки дали, и часовых поставили. Ни-ни, смотреть смотрите, а руками не трогайте. Это весной сорокового было. Так я часовых и начкара арестовал, на губу, а танкисты изучали новые машины. Комиссары рукой махнули. Хотя на полигоне на них мало ездили, ресурс берегли, но ездили, ломали машины, чинили сами, учась это делать. Небольшие стрельбы, и всё. И я делился опытом применения этих машин, что кстати тоже сказалось, бойцы впитывали мой опыт, всю информацию что я давал. Вот такие дела. Три дрона я тоже выпустил, все три артиллеристы, плюс один боевик для их защиты, ну и малая грузовая платформа с боеприпасами. Тех я уже перегнал в район боевых действий, и даже начал точечные удары наносить, по штабам, артиллерии, танки оставил себе. Пехота от них тоже страдала, и не слабо. По крупным скоплениям бил. Там куда мы шли, две пехотные дивизии были, их разворачивали нам на встречу, готовясь встретить, окапывались, а я не давал, активно уничтожая личный состав. Им на помощь кинули танковый полк, но перерезал ему дорогу, разрушив мост через реку. Объезд далеко, когда ещё восстановят. Да и я не дам. Правда всё же на артиллеристов переключился. Три дрона-артиллериста, просто вещь, правда все боеприпасы выпущены, но у обеих дивизий пушек не осталось, самоходки горят, одни миномёты. До них руки не дошли. Неплохо повоевал, хотя батальон ещё даже бой не начал.

Тут ещё и налёт, на подходе к противнику. Удивлён, что-то задержались, видимо где-то в другом месте срочная работа была. Я тут же пустил красную сигнальную ракету. И танки начали съезжать с дороги, маневрируя как я учил экипажи. Больше чтобы экипажи получили опыт противодействия налету, потому как на мой батальон не упало ни одной бомбы, а вот горели «Дорнье», бомбардировщики, как спички. Лёгкая дымка следов от выстрелов плазменных пушек дрона только я видел, и то присмотреться в нужную сторону надо. Восемнадцать тот пострелял, из двадцати трёх, остальные улетали, сбросив бомбы в стороне, так что дивизия потерь не понесла. Кстати, две зенитки где-то в тылу били по ним, пулемётные. Тылы дивизии прикрывали. Ну хоть там есть. Остальные зенитки на полевых лагерях, собрали для учений, а вернуть не успели. Я думал такое только в Белоруссии. Оказалось, и тут также. Больше похоже на сознательную диверсию. Мы же двинули дальше, я продолжал прикидывать, как мне зенитки к батальону приписать? Нужны машины, соберу брошенными, бойцы установят в кузовах, те на треногах, но у меня нет расчётов. Мне нужно не меньше шести грузовиков с зенитками чтобы хотя бы по минимуму прикрыть своё подразделение. А лучше десять, тогда ещё неплохо. Опять-таки это на будущее. Пока я особо в бочку не лез, после первых боёв уже видно будет что делать стану, там решу по ситуации. Ну вот и немцы, спешно вырытые окопы для стрельбы лёжа, более глубокие те просто не успели. Пока я по рации, а все машины радиофицированы, связь у меня на первом месте. Так вот, пока я по рации ставил задачи, батальон покидая дорогу строясь в ударный клин, двинул на немцев, атакуем сходу, параллельно занимался крейсером.

Всё же моя идея сработала. То, что квазиживые дроиды-фехтовальщики станут проблемой для искиков крейсера, подтвердилось. Что есть, то есть. Искины используя боевые системы, пытались их остановить, сжечь, и с обоими диверсантами это получилось. Точнее дроиды целые, у них ПО слетело. А с учётом что я имею копии ПО, купил у пиратов, то восстановлю. Да я уже восстановил тот дроид, что лишился ПО после встречной атаки при захвате челнока Каллос. Главное стремительно атакуя, два дроида быстро поражали шины питания, пробивая броню боевых роботов крейсера. Монокристаллы сложно остановить. Третий же перерезал шины питания, сканер у того работал, я видел их. К моменту атаки пехотных дивизий Вермахта, мой батальон на стыке двух и атаковал, хорошее место, крейсер был обесточен. И я поспешил подогнать к его шлюзовой челнок. А вот тут произошло то, что я не ожидал. Как-то не подумал, хотя время было. Шлюзовая не подходила. Разные стандарты малой шлюзовой. Чёрт, надо было трофейный челнок использовать. Не думайте, что планам это помешало, челнок правильно укомплектован и имел резервный гофрированный переход, его приклеили к броне крейсера вокруг шлюзовой, подали воздух, и по гофру мой техник подошёл к створке и начал вскрыть её. Десять минут заняло. Дальше он сопровождал дешифратор к мостику, вскрывая двери. Зачастую просто вырезая куски переборок. Потом починю. Впрочем, вся работа шла фоном, два боевика-фехтовальщика уже были в небольшом трюме, где я мог общаться с сидельцами. Жаль дроиды, чисто боевые машины, встроенных фонарей или прожекторов нет, как у техника. Там темно было, света нет. Техник освободится, перегоню в трюм. Однако, уже стало ясно что все на борту наши.

Ладно, события конечно скачут, нейросеть полностью загружена, но я справлялся. Остановив тяжы в ста метрах от окопов, и подняв стволы, все шесть тяжей начали вести огонь по тылам дивизии, штабам. Доделывали то, что не успел с дронами. Управлял по рации. Да по сути у меня «двойки» и были за самоходки, особо в прямые боестолкновения их кидать и не собирался. А вот «тридцатьчетвёрки» носились над окопами на двух километровой передовой крутились, давя пехоту, ведя огонь. Я ими управлял тоже. У немцев в тылу пожары, вторичная детонация, накрыл удачно машины с боеприпасами. Их загнали под деревья, думали я не увижу. Вот и давал корректировку, и управляя всеми шестью самоходками, внутри одной из которых и находился. Правда, за первой линией вторая была, где тоже спешно окапывались, но ничего, справимся. Срезав из пулемёта двух пехотинцев, что хотели на надмоторную плиту закинуть мину на один из моих танков, что застряв в воронке и с трудом выбирался, я велел продолжить движение. А по бокам неслись машины второго батальона, там и остального полка. В общем, вскрыли мы оборону дивизии как нож консервный гнилое железо, и двинули дальше. За нами дивизия. Точнее тут атаковали наш танковый полк, и один мотострелковый. Второй танковый полк наступал на десять километров севернее. Его поддерживал мотоциклетный полк. Там же штаб дивизии. Удар был хорош, а вот дальнейшее исполнение могло быть ужасным. Из штаба корпуса пришёл приказ повернуть на юг, и ударить в подбрюшье настающей группировки противника. Это по их планам, в действительности немцы перегруппировались и там ждала засада, по сути строилась эшелонированная оборона, много пушек. У нас и топливо подходило к концу и снаряды. Я итак уже шесть машины потерял, причём пять небоевые, банально сломались. Нагрузка не слабая. Мои танкисты их знали более-менее, но они ещё сырые были. Одну сожгли миной. Из экипажа один выжил. Хотя командиры-комсомольцы удивили, воевали достойно. Хотя тут просто точно выполняли мои приказы, коими я сыпал.

Боеприпасов не ожидалось, колонну обеспечения сожгли вражеские штурмовики. Я их перехватил дроном на обратно пути и сжёг все девять. Я же видел ситуацию в целом, и понимал, что бить надо дальше на запад, армейская корпус противника, и отсекая его. Так можно развалить оборону на этом участке. Немцы конечно же выправят ситуацию, но это время. Вот пакостливо улыбнувшись, имитируя работу нашего корпуса, заглушив его рацию, отдал другой приказ, отменив прошлый. Так что двинули мы дальше правильно, и дивизии окружив, занялась уничтожением тех двух пехотных дивизий, против которых мы и шли. А мой батальон, ворвавшись в село, громил штаб армейского корпуса, за коим и числились обе избиваемые нами дивизии. В принципе задачу мы выполнили, разгромили, но дивизия потеряла боеспособность. Банально закончилось топливо и боеприпасы. Я же занимался делом. Пока мы заняли оборону в селе, используя и трофейную технику, броневик или «Ганомаги», даже одну целую самоходку и два танка, остальные нами были уничтожены. К этим хоть снаряды были. Да и село наполовину выгорело. К нам окруженцы выходили, часто колоннами. В тыл их, или оборону усиливали села, если подразделения в порядке. Так вот, я отобрал целую технику, с двух сараев привели освобождённых пленных, часть отправил в тыл, опросив, особисты ими займутся, остальных оставил. На шести грузовиков «Опель-Блиц», без тентов на кузовах, стали устанавливать шесть зенитных «ДШК», плюс ещё два грузовика для боеприпасов и топлива к моим зенитным силам. Принял командование усиленной зенитной батареей, подчинённой мне лично, молодой младший лейтенант. Он и был зенитчиком. Повезло среди пленных найти. А документы его в штабе корпуса, вернув их. Зенитки якобы тут в селе нашёл.

Тот и сформировал батарею, формировал уже когда темнело. Приказал двум танкистам отогнать два трофейных грузовике в сторону посадки и бросить там, вернувшись пешком. В кузовах снаряды к «Эрликонам». Я уже достал синтезатор, ночь скрыла, и теперь тот у посадки разбирал снаряды, создавая из них боезапас для дронов-артиллеристов, пополняя. Они ещё и грузовики пустили на это дало. А бензин и маслом на огненную смесь, по типу обёмно-детонирующих бомб. Накрытие одного снаряда сто квадратных метров, будет выжженная земля. Дал добро и такие снаряды начали печататься. По рации я дал штабу дивизии координаты и что требуется. Так что ночью, ближе к утру, пришла колонна обеспечения, наконец в баки танков хлынула соляра. Доливали моторное масло, танки на это жутко прожорливы. Чистились снаряды от смазки и по боеукладкам. Снаряжались пулемётные диски. Более того, в строй вернули три танка, и они нас нагнали. Скоро и остальные вернут, если какой командир не перехватит и не переподчинит себе. По первому дню войны неплохо, но могло быть хуже. Обратно колонна обеспечения забрала трофеи. Полностью гружённая уходила, мы тут одних грузовиков целыми семьдесят штук взяли. Я оставшиеся зенитки передал полку и дивизии, нужны они. Так как я фотоаппарат имел и понимал, что такое правильный пиар, то всё что делал, фотографировал, разбитые вражеские позиции, своих танкистов при танках, как в атаку идут, захвачены штаб и трофейную технику. Убитого вражеского генерала на крыльце штаба. Ну и конечно же себя на переднем фото довольно часто. Всё это с рапортами отправлял по двум адресам, в политуправление штаба корпуса и в Москву, в газету «Известия». Та обо мне писала и когда с финнами воевал. Пусть и тут пишет. Теперь что в системе происходит. А именно, за Луной, на борту крейсера.

А ничего, всё в работе. Техник заваривает шины, что повреждены, разбирает всех дроидов, также для ремонта и взлома их искинов. Всех троих наших уже перенесли на борт челнока. А их я «подавителем» вырубил, без сознания. Так что челнок улетел. И успел до утра посетить Землю, где боевой дроид, техник на борту крейсера остался, вынес все три тела наружу, положив на старые иголки в хвойном елся. Рядом с железнодорожной станцией у Вологды, и я сразу погнал челнок обратно. От пассажиров-свидетелей избавился и достаточно, сами утром к людям выйдут, как очнутся. Так что работа шла. Дешифратор встал на взлом корабельного искина. Их три на борту в шахтах. Кстати, все искины, их цилиндры, были извлечены. М-да, управляющий взламывать месяц? А я ещё удвоился что восемь дней искин челнока взламывался. Делать нечего и взлом пошёл. Причём к дешифратору перенесли ещё девять искинов, снятых техником с корабельных дроидов, и тот параллельно их взламывать начал. Вполне пошёл. Причём, три искина всего по шесть дней, от бытовых дроидов, у техников одиннадцать дней, а у боевых, две недели. Будем ждать. Так что мой дроид-техник работал, в прямом подключении, точнее не дистанционным, я проводил ремонт корабля. В базах дроида этого крейсера нет, приходилось самому. Особенно тяжело с шинами, тугоплавкий материал, фехтовальщик просто вырубил куски, вот и пришлось вернуть и вваривать. А варилось тяжело. Времянка. Доберусь до цивилизации, местного Содружества, проведу нормальный ремонт. Впрочем, крейсер я долго восстанавливать буду. К моменту, как корабельный искин взломаю, пока один, думаю сделаю большую часть работ.

В принципе, я особо не торопился, так что месяц можно подождать. Это только на то, чтобы снова пробудить корабль к жизни, уже под моим контролем. А полностью восстанавливать его буду думаю ещё месяца три, а то и полгода, если не спеша. Под утро прибыла ещё колонна с топливом и боеприпасами. А то что в первой было, едва на одну заправку и боекомплект. Также к нам вышла побитая стрелковая дивизия, с ними артполк, в принципе в порядке. Даже материальную часть в большинстве сохранили. В селе не остались, связь у нас была, их направили на новый рубеж обороны, где пополнят. Со второй колонной кстати нам пополнение перекинули, из мобилизованных. Вчера с утра мобилизация, обмундировали и вот вооружив к нам. Семнадцать танкистов, служили в прошлом, что наши машины вообще не знают, они их в глаза не видели. Ничего, потери были, кто погиб, кто ранеными в тыл, так что распределил. Я за ночь прикорнул пару раз часа по два. Не скажу, что выспался, но в принципе отдохнул. Да и усталость убирал лекарской опцией. Да дел много, не присядешь. Это бойцы, закончив приводить машины в порядок, спокойно отбыли ко сну. Мы с немецкой кухни ужинали, взяли мясного рагу. Только приготовили. Кстати, на батальон как раз одной кухни хватит. У меня не стрелковый батальон, где множество личного состава. У меня в батальоне числится всего сто сорок два человека. С потерями и пополнением стало сто сорок четыре. А с командировочными, все двести. Хотя бы взвод мотострелков иметь, да своих, а то вроде взаимодействием с мотострелковым полком, но как-то мы отдельно, те отдельно. У каждого свои задачи. Так что на борту крейсера всё замерло. Только дроид-техник шуршит, да дешифратор работает. И в ближайший месяц от последнего толку не будет. Поэтому пока повоюю.

С утра снова начался движ. Немцы в принципе за ночь от удара оправились. Уже приказы новые летали, я не без интереса слушал, мигом расшифровывая даже шифровки, и разобрался что те удумали. Неплохая идея перемолоть нас в обороне, заманивая в ловушки, и двойным ударом рассечь, только в эту игру можно и с другой стороны участвовать. Но по своим правилам. Дроид-техник на челноке сейчас, на зарядке. У него батареи, как зарядится продолжу работы, а пока я сосредоточился именно на боевых действиях. Кстати, фотоматериалы и работы от меня в газету ушли через наших лётчиков. Уже в столице должны быть, так что ждём реакции. А с утра новые приказы, доставили, кстати посыльный на мотоцикле. Настоящий, как и приказ, пока наши действуют чётко, поэтому решил не мешать. Связь нас подводит, в остальном растерянность проходила. Начали воевать. Вчерашний наш удар отрезвил немцев, серьёзно начали нас воспринимать. Вчера всего три налёта было на дивизию. Потери немцы в самолётах и лётчиках несли сумасшедшие, но собрались с силами и до десяти утра устроили только на подразделения моей дивизии семь налётов, разными составами и моделями самолётов. Даже истребители участвовали, сбрасывая мелкие бомбы и обстреливая из пулемётов. Больше для морального подавления. Да я лично сбил из «ДШК» четыре «мессера» и два штурмовика-биплана. Высота позволяла. Я уже нашёл опытного фотографа, парнишку из свежего пополнения, и тот вёл фотоотчёт по действиям моего батальона. Старший политрук Звягинцев, мой комиссар батальона, отслеживал, помогал вести журнал боевых действий. Так что двинули дальше. Оставили село, оттуда наши продолжали вывозить трофеи. Сам я свои трофеи не бросил, три бронетранспортёра, броневик, самоходка и два лёгких танка второй модели. Назначал командиров из опытных сержантов. Даже из окруженцев сформировал мотострелковый взвод, перевозили на бронетранспортёрах. Нужны они. Вооружил два десятка «ППД». Да и вообще эти пистолет-пулемёты разошлись по батальону. Хотя бы по одному «ППД» в экипаж средних танков, меняли бойцы оружие, сдавая карабины «Мосина», и по два в экипажи тяжей.

Бойцы чистили оружие от смазки, снаряжали, готовили, так что вооружил. Это хорошо. А к десяти утра, после попытки ударить по моему батальону с воздуха, где немцы потеряли шесть бомбардировщиков «Юнкерс» с высоты нас старались бомбить, но для пушки дрона это небольшая дистанция, сгорели все шесть. Так вот, к десяти и вышли к обороне противника. Тут моторизованная дивизии окопалась, и хорошо зарылась. А за её спиной танковой полк. Тот самый, что я остановил, одним ударом, по мосту. Полк в резерве, для флангового удара, чтобы оттеснить нас от своих. Ну и в мини-котле уничтожить. Я с комполка на связи, попросил меня направить вперёд для взлома оборону противника. Те тут всю ночь похоже окапывались. Пока же сказал в микрофон, тут у шлемофонов ларингофонов не было, старые модели, новые ещё не распространили: