Чтение онлайн

Ставил я задачи действительно всем, чтобы каждый сержант знал свой маневр. А тут свист со стороны, мы напряглись, а к нам выехало три лыжника, дозорные из танкистов пропустили. Наши парни, в будёновках, в маскхалатах, за спинами у двоих стволы винтовок, у одного через грудь «ППД». Я тут же приметил, что дальше среди деревьев мельтешение, не одни они тут.

– Хм, а вот и стрелки. Десантом можно на броню взять, - пробормотал я задумчиво.

– Кто такие?
– подъезжая к нам, спросил старший лыжник, в ворот комбинезона рассмотрел кубари лейтенанта, в петлицах на шинели. Шинель под маскировочными костюмами? Не самая удобная форма одежды. Видимо специальной утеплённое не выдавали, что было.

А пока представившись, я выяснил что тут взвод разведки из разведбата нашей армии, возвращаются с задания, ну и сообщил что привлекаю тех для своей операции. Не хотел лейтенант Кононов, но я надавил. Званеим старше был. Хотя по виду, по возрасту, даже моложе его. Поставил тому задачу, описал какую операцию планируем провести, тот почесал затылок, вздохнул и вызвал бойцов, он решил участвовать. Забавно, это тот самый Кононов что через месяц устроит налёт на деревню, куда мы идём. Точнее должен был устроить, но тут уже пошли изменения в истории. Те снимали лыжи, устраивались на броне, моторы всех танков работали, и дальше двинули. С одним перекуром, финны нам встретились дважды, стреляли со стороны, получив в ответ из пушек, вроде никто не ушёл, но добрались до деревни. Взвод Кузьмина в обход пошёл, с ним отделение разведчиков, второе вышло к опушке, я с ним, оставив танки в стороне. Провели визуальную разведку, дальше бегом вернулся, надо успеть, скоро стемнеет, там с прогалины выехали на накатанную дорогу что шла к передовой и нагло пошли к деревне. Выстрелил я с ходу, поразив пушку в ледяном капонире. Мало того, что попал, так по расчёту ещё крупными обломками льда прилетело. Не знаю, что страшнее, осколки или такие глыбы, что головы сносят. Вторым выстрелом снёс станковый пулемёт. При этом мы шли на максимальной скорости, за башнями танков по бойцу укрылось, так и ворвались в деревню, от опушки за нами рванули лыжники. А танки разъезжались по деревне, у них свои задачи. За каждым стрелки шли, охраняли стреляя во всё что шевелиться, вот мы вели огонь, в основном пулемётный, стреляя из пушек редко. Я же с одним танком прорвался на другую сторону деревни, тут и было всего три десятка дворов, и поразил пушку там. Кстати, та зенитной оказалась, её как раз разверчивали к нам, взрывом снаряда отбросило на бок, раскидав расчёт. Дальше работал по пулемёту, уничтожая солдат, и убедившись, что поражены все, включая зенитчики, присоединился к остальным. Шло давление, выдавливая финнов к окраинам, где Кузьмин в засаду выходил на опушке. Шум боя позволил тому подойти ближе. Моторы его машин не слышно было. И тут же стал бить по фигурам бегущих солдат. Семь десятков остались лежать на поле. Они точно его взвода. Хотя разведка тоже хорошо постреляла.

Кононов уже освободил пленных, правда, пока вооружать не спешил. С двумя бойцами и сержантом устроил проверку, пока остальные лыжники проводили проверку всех строений. К сожалению, один загорелся, спешно тушили сарай. Также в зданиях штаба лыжники брали всё под контроль, проводя осмотры. Откуда столько народу? А что вы хотели? Взвод полного штата, это пятьдесят активных штыков, потому на все дела их и хватило. За час деревня была взята. Повторная волна зачисток шла, уже два десятка освобождённых пленных участвовало, их Кононов вооружил и взял под свою руку, все стрелки под его командованием, я так распорядился заранее, так что тот знал, что делать, и особо не терялся, активный такой парень. Расставив бронемашины вокруг деревни, в укрытиях, у домов, чтобы все подъезды держали под контролем, сам подкатил к главному зданию штаба, у которого стояло четыре автомобиля, три легковых и один грузовой. Мы их не трогали, целые. Сейчас строилась спешная оборона, я же с интересом глянув на труп генерала, перешагнул через него и взбежав по ступенькам крыльца, вошёл на радиоузел. Охранял боец снаружи, из освобождённых, а внутри никого. Быстро настроив рацию, та на приём стояла, генератор работал, его не глушили, и стал вызывать штаб нашей армии, радиопозывные я имел. Радист ответил сразу:

– Шершень, я Гроза, слышу тебя хорошо. Приём.

– Гроза, примите особо срочное сообщение, информацию лично комкору. Я Шершень, изменив маршрут, выдвинулся в тыл финских войск. На данный момент нахожусь в квадрате двенадцать - три - девять. Захватил штаб корпуса, командир корпуса, генерал, и ряд офицеров, убиты, а также взяты склады снабжения корпуса. Встал в оборону. Потерь в людях и технике не имею. Подчинил себе взвод разведчиков из разведбата армии, участвовали в операции. Имеют потери, пять убитых и восемь раненых, ими занимается медик. Запрашиваю разрешения остаться в деревне, встав в оборону. Без этого логического узла противник передовую не удержит, всё снабжение идёт отсюда. Я Шершень, приём.

– Шершень, я Гроза, информация принята. Ожидайте. Отбой.

– Отбой.

Поставив рацию на приём, вызовут нас, бойца посадил слушать эфир, я проверил как там генератор, долил в бак топлива, тут канистры стояли, ну и дальше с Кононовым обходил деревню, изучая что взято трофеями. А их хватало. Пока в штабе примут решение, командующий может и запросить совета у вышестоящего штаба, время у нас есть. На складах чего только не было, я отдал приказ всем переодеться в утопленную форму, даже танкистам моим, она удобнее наших шинелей, их накидывают поверх утеплённых комбинезонов. Унты расходились. Себе два комплекта взял. Полевая кухня работала, нашёлся боец, продолжал готовить, скоро горячее будет. Удалось узнать, что зенитка целая, чуть царапины от оскалов, а так в порядке, её на площадь деревни на тросах вытянули танком, расчёт сформировали, опять же их освобождённых, а было их семьдесят два. Правда, только шестьдесят можно поставить в строй, других лечить надо, ранены и обморожены. Да и простужены. Благо нашли аж трёх зенитчиков, разбирались с пушкой. Одной техники было захвачено двадцать одна единица. Но вся автомобильная. Тут нас позвали, Гроза на связи, вместе с Кононовым рванули к радиоузлу. По голосу, хотя шумно, вроде изменён тот, но это явно комкор. Кстати, это звание сейчас такое, генералов пока нет. Уже ему я доложил, передав списки захватного имущества, вооружения и техники. Чуть помедлив, тот сообщил, что прошлый приказ усилить другую дивизию, отменяет, и дальше встать в оборону и держать деревню, склады и дорогу. Да уж, операция, по сути начатая с кондачка, пошла дальше. Это меня Централы взбесили наглухо закрытой орбитой, хотел сделать что-то безумное, сумасшедшее, вот и пришёл в голову налёт на штаб. Тем более в успехе я уверен. Вот так получив приказ, мы отключили связь, только обговорив частоты и время выхода. Если вы думаете это всё, то нет. За старшего в древне я оставил Кононова, два танковых взвода при нём, взял отделение стрелков, из разведчиков, те с нами на трофейном грузовике, и спешно выступили, уходя вглубь тыла финнов.

Куда мы идём, бойцы и командиры знали. А тут в десяти километрах финский аэродром, в основном истребители базируются. Вот и навестим, думаю финны о том, что произошло, прекрасно знают, тем более отрытым текстом говорили. Ну нет у нас шифровщиков. Примут меры, но пока есть возможность, используя фактор неожиданности, я решил устроить налёт на аэродром. Сами самолёты меня интересовали мало, а вот личный состав, как раз больше всего. Поворот был на хутор, где финский госпиталь, но мы мимо прошли. По пути встретили автоколонну из девяти грузовиков, которую просто уничтожили. Выживших не было. Оставив пылающие машины на дороге, объехав, пробивая снежный бугор, грузовик тут на трос взяли, и вернувшись на дорогу, так и вышли к аэродрому. А там паника, моторы звенели, первая пара готова к взлёту. Видели те отсветы пожар на горизонте, а уже часа два как стемнело, видимо и стрельбу тоже слышали. А как сообщили им, что русские рядом, то и решили эвакуироваться, погрузка в машины шла. Стрелял я с кротких остановок, мне темнота не мешала. Так точность выше. Один истребитель взлетел, а второй рухнул от близкого разрыва и взорвался огненном облаке. Это подсветило аэродром другим наводчикам. Правда, и первый недалеко улетел, метров триста протянул и врезался в склон холма. Видимо что-то повреждено было, а мы, пять танков, шли колонной по дороге. Не разъезжались, застрянем тут на валунах, под снегом их не видно, и вот сблизившись, вели огонь по аэродрому. Полыхнули бочки в кузове грузовика, горела другая техника, метались фигурки финнов. Некоторые залегали, готовя оружие. По ним стреляли особенно, позади, покинув крытый кузов грузовика, встав на лыжи, шли разведчики. Обезопасить их нужно. Через полчаса живых на аэродроме не осталось, никто не ушёл, от моих глаз не скрыться. Уничтожив что можно, тут и было всего девять истребителей, два разведчика и два штурмовика, взяв трофеи, мы двинули обратно, наткнувшись вскоре на колонну танков с финскими обозначениями. Встреча была неожиданной для обеих сторон.

Впрочем, тут я немного неточно сообщил. Неожиданную действительно встреча была, но немного в разные стороны. Мы шли без фар, мой танк впереди, я ночью хорошо видел, вёл колонну. Силуэты на снегу видно, так что дополнительного освещения не нужно. Мой, четыре других танка, и четыре грузовика, набитых трофеями, вот что шло в колонне. В одном пулемётная зенитка, к другому прицеплен зенитный «Бофорс», ну и топливо, и боеприпасы. Кстати, мы пополнили запасы топлива в баках танков, под пробку залили. Хочу усилить зенитную оборону нашего укрепа. Поэтому пользуясь тем что отлично вижу в темноте, пусть очки опущены на лицо, защита от сильного ветра, что тепло выдувало, я издали заметил танки. Удивился, увидев у финнов броню, особо те её не используют из-за малого количества. Присмотрелся, а это «Викерсы», те схожи с нашими «Т-26», по сути наши сделаны по лицензии Викерса. Там было четыре танка, два броневика, грузовики с пушками, и явно пехота в кузовах. Колонна на четыре десятка машин шла к деревне, что мы заняли. Первые боевые силы, похоже сильный моторизованный кулак к нам перекидывали. А нам скоро выходить к перекрёстку, с боковой дороги выезжать на трассу должны, где та колонна шла. Так что встреча для меня была неожиданной, но я их издали первым заметил. Остановил колонну, быстро собрал командиров танков, описал что вижу, и мы двинули дальше. Так что если для меня была просто неожиданностью встреча, то для финнов она стала смертельной. Мы, замерев в ста метрах от перекрёстка, те слева от нас приближались, ждали, уже всю колонну видно. Ну мне точно. Мой выстрел первый, поразил точно в топливный бак первого танка, те шли не впереди, в дозоре броневики, что я не посчитал опасными. Хорошее попадание, с первого раз и полыхнуло, осветив остальную технику. Да и с фарами те шли, видно.

Одновременно со мной загрохотали пушки остальных танков. Мы держали максимальный темп стрельбы. Танк и броневики мои, а те били по грузовикам, осколочными и пулемётами. Так что я поразил сначала танки, тут вдруг крупняк по башне моего танка прошёлся, с броневика передового дозора, но и их сжёг. Оба. Кстати, экипажи пытались прорваться дальше по дороге, увеличив скорость, единственно правильное решение, но такого шанса я им не дал. Дальше присоединился к избиению пехоты и артиллеристов, выбивая всё. Техника полыхала, освещение ярое, помогало нам. Впрочем, сам я по технике особо не бил. Моя цель пехота, тут похоже целый батальон. Личный состав мне интересен, а используя ночное зрение, видя где пытаются скрыться, и приближая картинку дальним виденьем, поражал, выбивая личный состав. По мне, чем меньше финнов домой вернётся после войны, тем лучше. Не люблю я их. Почти весь боекомплект расстреляли, я аж восемнадцать дисков опустошил, четыре десятка осколочных снарядов. От колонны уже никто не отвечал, если там стрельба и шла, то от рвущихся в огне патронов, движения не было. Так что дали сигнал, грузовики ждали в километре. Те нас нагнали, я впереди двинул, грузовики следом, остальные танки замыкали, последний развернув башню назад, так и двинули к деревне. Дошли благополучно, опознавшись с нашими. Те ждали в напряжении, звуки дальнего боя, с постоянными грохотаниями и отсветами пожаров те видали, в полной боевой были. А там мы идём. Хорошо опознались. Заметив, что те ждут, по рации не отвечают почему-то, послал бойца-лыжника, тот добрался и сообщил что свои. Вот так и въехали на территорию деревни.

А там неожиданность, Кононов отозвал в сторону, сообщив что в указанный час запустил генератор, вышел на связь, один танкист помогал, знает радиодело, а тут приказ из штаба. Всё уничтожить, прорываться к нашим. Так что отдав приказы, пока принимали трофеи, участвовавшие в операции бойцы описали как бои у нас проходили, я я в радиоузел. Кстати, деревня уже окружена, стрелки и кукушки то и дело постреливают, у нас уже два убитых и трое раненых. Научили их кукушки ходить под прикрытием строений, быстром перемещаясь. Штаб ответил на вызов, подтвердив приказ. Похоже там пересмотрели решение. Жаль конечно, но оно даже лучше. Подтвердив получение, я занялся делом. Готовились машины, все кто мог водить, за руль, даже часть танкистов посадил, не хватало шофёров, но автотехнику забирали всю. В кузова добычу, часть машин для перевозки пехоты отвели. Зенитку закрепили, забираем. «Бофорс» это. Я сам хорошо прибарахлился. Из семи тонн свободного, ничего не осталось. Последней убрал машину. Приглянулся мне ту генеральский «мерседес», свежая машина, полгода всего, две тонны весил, вот и забрал, загнал под навес, свидетелей нет, бойцы бегали, выполняли приказы, и убрал. Склады к уничтожению готовились, мы даже кухню и часть припасов забирали. Потом танками и пехотой пробив дорогу, причём не в сторону передовой, а в ту где догорали две колонны и уничтоженный полевой аэродром. А я там карт набрал, немало, штурманских, много что указано. Да и в штабе корпуса тоже. Кстати, все бумаги забирали оттуда, целевую грузовую машину выделил, туда всё в мешках, всё ценное. А вот патефон с пластинками генеральский, забрал себе. Почему в тыл? К передовой мы не выйдем. Сожгут нас в засадах, устраивая завалы из деревьев и засеки, ждут уже, а в тыл уйдя, прорваться есть шансы. Топливо есть, баки заполнены, запасы везём. Сделаем крюк по тылам, уничтожая что видим, и выйдем в другом месте где нас уже не ждут. Правда, финны хорошо снабжены связью. Для нас это плохо, информация будет о нас быстро расходится, но я на свою удачу надеялся. Пока ночь, шансы уйти есть. Вот так оставив полыхающую деревню, всё сожгли, скоро два склада со снарядами рванут, даже коробки сортиров обливали бензином и бегая с факелами всё поджигали. Вот так и ушли. Десять танков впереди, потом автомобили, и взвод Кузьмина, замыкал.

Шли хорошо, за два час ни одной остановки. На семьдесят километров умотали, уничтожая всё что было на пути, обозов семь, почему-то ночами их используют, наша авиация вроде днём мало летает, три автоколонны, две пеших. Деревню проскочили. Причём, шли нагло. Не стреляя, включив фары. Пока сообразят, что не свои прошли, мы далеко будем. А солдаты там были, видел технику и часовых. Тревоги не было, нас за своих приняли. Танки то со стороны на «Викерсы» похожи. Вот так и шли. Под рассвет, выйдя в тыл в другом месте, тут карты аж три проходимых тропы показали, и пробив дорогу, держа оборону шестью танками, провёл автоколонну, ещё девять танков сопровождали её, один на тросах тащили, движок стуканул, там Кузьмин командовал, и вышли у своих. Даже наша армия тут, не соседняя. Хотя недалеко фланг соседей. Так что встретили нас, порядок, я сообщил о выходе. А рацию и генератор прихватил, так что там в тылу заправились, и приняв сопровождение от штаба дивизии, где вышли, до штаба армии, где были ближе к обеду. Умотались все. Пока технику распределяли по стоянкам, я выгнал из нашего капонира чужой танк, вот обнаглели, для них строили? Свой загнал. Бойцы чехол натягивали, костёр разводили, как в землянке, грелись. Главное передавал трофеи, лучше в штабе армии, не в дивизии. Отблагодарят лучше. До вечера занят был. Бойцы мои все давно отдыхали, отбой, покормили их и спать, а я, убирая усталость лекарской опцией, передав готовые рапорты, писал новые, по прорыву, и устно докладывал. Вот так и закончилась наша двухдневная эпопея. Какие были результаты? Роту оставили в дивизии, батальон пополнялся. Так что участвовал в этом. За саму операцию на бойцов и командиров полился дождь наград. Мне ничего не дали по той причине, что наградные ушли в штаб округа, а там и на Москву. На Золотую Звезду представили, а это не быстрое дело. Кстати, Кононов тоже к Золотой Звезде был представлен. Вот так и ждали, в основном в тылу. Нас часто привлекали в охране колонн, но чисто на охране тыла нет, в этот раз меня не стали привлекать. К сожалению, ареста и суда не было, хотя прокурора и судью арестовали, измену и тут шили.

За неделю до окончания войны меня направили в Москву, нашу дивизию уже использовали на передовой, потихоньку двигались, а мы усиливали. Так что оставив ребят, Кузьмин пока роту принял, потянет, набрался боевого опыта. Он орден «Боевого Красного Знамени» получил. Уничтожение штаба противника серьёзно ударило по финнам и воодушевило наших. В газетах про это часто писали. В Москве я получил звание капитана, медаль Золотая Звезда и орден «Ленина». Кстати, в чине повысили по представлению из штаба округа, не штаба армии. Банкет был, жаль не задержали, вскоре военным бортом направили обратно на Ленинград. Там попутками и до дивизии. Два дня добирался. Только принял должность заместителя командира батальона по строевой, на роте так и остался Кузьмин, а за день до окончания войны был пулей кукушки убит комбат, я и принял батальон, командуя подразделениями. Жаль, батальон был раскидан, по сути как боевая единица не существовал. Одиночными танками усиливали разные подразделения. Потери были, и немалые, финны огрызались, но вот и наступило перемирие. Конец войне. Честно скажу, я бы желал уйти в отставку, но меня вряд ли кто отпустит. За время войны целый иконостас заработал. Медаль «За Отвагу», орден «Красной Звезды», второй орден «Красной Звезды». Медаль Золотая Звезда и орден «Ленина». Перечислил по степени вручения. Да ещё на два звания поднялся, с начала войны. Это серьёзно, сильно бы я сказал. Так что мирное время настало, повреждённые танки стаскивали в ремроту, восстанавливали, возвращал в состав батальона. Часть техники с тыла прислали на пополнение, людей. Так что батальон я бы сказал боеспособность вернул до штатов. И то интенданта и зампотылу пинал, так бы и не пошевелились.