Чтение онлайн

Шарлотта перевела взгляд на Патрика. Она любила мистера Треваррена всей душой, как бы невозможен он иногда mi был. Вокруг него атмосфера такой загадочности, которую она хотела наконец развеять, в его характере столько препятствий, которые она готова преодолеть, и при этом жизнь с ним словно вечное путешествие по самым отдаленным закоулкам человеческих отношений, и Шарлотта горела желанием разведать их все до одного.

– Это то, чего я хочу,- наконец произнесла она, и уха ее коснулся едва слышимый вздох Патрика.

– Что ж, очень хорошо,- почему-то осипшим голосом сказал Гидеон. Он прокашлялся и приступил к церемонии.
– Дети мои, - начал он торжественным тоном,- мы собрались, здесь, перед лицом Господа нашего...

Большая часть церемонии для Шарлотты в нескончаемом гуле разыгравшегося урагана. Как раз в тот момент, когда Гидеон провозгласил Шарлотту и Патрика мужем и женой, что-то огромное с грохотом влетело в комнату в дальней части лома и пробило все кирпичи и ставни, оглушительным крешендо заменив музыку церковного органа, обычно сопутствующую бракосочетанию.

Шарлотта не рассчитывала на такую роскошь, как поцелуй жениха в конце обряда, так ужасно он торопился покончить поскорее с этим делом. Поэтому она весьма удивилась, когда ее босые ступни оторвались от пола, а губы Патрика прижались к ее губам. Перед тем как снова опустить ее на пол, он языком раздвинул ее зубы и без слов дал понять, что предстоящее им наслаждение не идет ни в какое сравнение со всем тем, что она испытала до того. В ней тут же возник ответный трепет желания и злость, что обстоятельства так неблагоприятны. Как легко и спокойно было бы ей любить Гидеона, в каком благополучии и взаимопонимании жили бы они! Но нет, это не для Шарлотты. Ее преданность и верность раз и навсегда отданы мужчине, однажды препроводившему ее в гарем своего друга и во всеуслышание утверждавшему, что никогда не опустится до единственного дома и единственной женщины.

– Якоба, проводи женщин в винный погреб,- прервал ее размышления приказ Патрика, отданный непререкаемым тоном. Он остановился, чтобы поставить Шарлотту на пол, и направил предостерегающий взгляд в сторону Норы.
– Вы будете оставаться там, все до единой, пока не кончится ураган.

Даже у Шарлотты, при всем ее своенравии, не возникло желания перечить Патрику после того, как она услыхала тон, каким был отдан приказ. Он относился ко всем в равной степени строго, и целая армия ангелов не спасла бы сейчас женщину, у которой хватило бы глупости ослушаться.

Шарлотта кивнула Норе и остальным, чтобы они шли вперед, и покорно последовала за Якобой вниз по лестнице с высокими каменными ступенями, ведущей в темное помещение, почему-то напоминавшее ей казематы во дворце Халифа. Возникшее в ее памяти мрачное место совсем не вязалось с тем настроением, которое она предполагала соответствующим дню ее свадьбы.

– Ты была прелестна, - сказала Дебора, когда в погребе зажгли дополнительные свечи и они разместились кто как мог по разным углам этого склепа.

Нора всхлипнула, ее лицо все еще было пунцовым от унижения и злости. Обезьянка, ради которой она рисковала жизнью, с визгом выскочила откуда-то из темноты и плюхнулась ей в руки, словно нежное и преданное дитя.

– Я желаю Патрику Треваррену до конца дней своих мучиться несварением желудка, вот что!
– не удержалась Нора.
– Он не только кричал на меня так, что чуть не обвалился потолок,- он сказал, что я должна до вторника переписать весь первый акт из «Юлия Цезаря»! А когда я спросила, что будет, если я откажусь, он завопил, что с моей стороны было бы умнее не пытаться выяснить, что мне за это будет!

Стелла вздохнула, а более практичная Джейн отвела с лица непослушные рыжие пряди и сказала;

– Прекрати нытье, Нора. Ты сама знаешь, что заслужила взбучку. Бог мой, да ведь тебя запросто могло пришпилить к земле каким-нибудь обломком дерева, как бабочку булавкой!

Якоба отчитала обеих девушек.

– Джейн, я была бы благодарна тебе, если бы ты прекратила божиться. А что до тебя, Нора, на твоем месте надо бы радоваться, что за тобой присматривает не кто иной, как сам капитан. С твоим легкомыслием ты имела сегодня великолепную возможность покончить с земным существованием. А кроме того, мне и так хватает беспокойства о том, как бы этот несчастный дом не рухнул и не придавил бы всех нас от этого ветра, что так и грохочет весь день в ушах. У меня нет ни времени, ни желания ломать голову над причудами проказливых школьниц.

– Вы считаете, что мы все погибнем?- еле выговорила Дебора дрожащим голоском. В этот момент она казалась намного моложе своих лет.- Дом действительно разрушится?

– Нет, любовь моя,- вмешалась Шарлотта, беря девушку за руку.- Нас не задавит. Якоба просто слегка преувеличила опасность - ведь стены этого дома так же крепки, как сам остров.

– Я думаю, нам лучше что-нибудь спеть,- предложила Стелла.

– О Боже!
– фыркнула Джейн.- Мало того, что нам приходится пережидать ураган в темном подземелье в компании с обезьянкой, так теперь еще прикажешь слушать твои завывания.

– Но ведь надо как-то себя занять,- с улыбкой возразила Шарлотта.

Через минуту все они пели своими нежными голосками какую-то бесшабашную песенку, конечно кроме Якобы, но зато вместе с Матильдой.

Немного погодя пришли все мужчины - не было только Патрика. Они принесли одеяла, новый запас свечей, провизию и свежую воду в молочных бидонах.

Прошло нимало времени, пока ветер утих и лом перестал сотрясаться до самого фундамента. Шарлотта лежала без сил на огромном сундуке, завернувшись в одеяло, когда раздался скрип открываемой двери.

– Ураган кончился,- услышала она усталый голос Патрика.

Шарлотта вскочила и подбежала к нему.

– С тобой все в порядке?
– спросила она.

Он отвел глаза, и Шарлотта увидела, как на его виске бьется жилка.

– Да,- хрипло ответил он,- а вот плантации уничтожило полностью, как и все постройки кроме этого здания.

Шарлотта положила ему на плечи руки и ощутила бугры могучих мускулов под тонкой тканью нарядной рубашки, надетой по случаю свадьбы. Ее преданные, доверчивые золотистые глаза без слов сказали ему о том, что сегодня ночью она изо всех сил постарается помочь ему, хотя бы на время забыть и потерю урожая, и полную разруху, воцарившуюся на его острове.

«Ты нужна мне!»,- так же откровенно горело в его взоре.

– Все желающие, - дипломатично вмешался мистер Кохран, - могут возвращаться в свои мягкие постельки. Худшее позади.

Патрик долго стоял, завороженный взглядом Шарлотты, а потом взял ее руку и нежно поцеловал. Они остались совсем одни - из погреба поспешили выбраться все обитатели усадьбы, включая и обезьянку, когда он наконец прошептал:

– О миссис Треваррен! Ну почему вы так дьявольски прекрасны?

– А я опять не обута!
– прошептала Шарлотта, крепко обнимая его и игнорируя последний вопрос, так как вряд ли смогла бы найти на него достойный ответ.