ЖАНРЫ

Гарик Потный и Оружие Пролетариата
Шрифт:

– Шшшш!
– Огромаг быстро огляделся вокруг, чтобы убедиться, что никто не палит.
– Че орешь-то, охуел?

– Кстати, мы хотели задать тебе несколько острых своевременных вопросов, - вмешался Гарик, - а конкретно, кто или что еще, кроме Пушка, охраняет оружие? И цени нашу доброту - мы спрашиваем тебя без паяльника. Пока.

– ШШШШШ!
– снова зашипел Огромаг.
– Слушайте сюда. Приходите-ка ко мне попозже. Не обещаю, что вообще что-нибудь расскажу, только нехуй об этом тут пиздеть, школоте не положено ничего знать. Подумают еще, что это я пиздабол...

– Тогда увидимся, - сказал Гарик.

Огромаг удалился, небрежно волоча ноги.

– Что это он прятал в кармане?
– задумчиво протянула Галина.

– Думаешь, это эрекция?

– Пойду-ка я взгляну, за каким компом он сидел, вдруг он забыл вылогинится, - Роня был даже рад отвлечься от безделья. Он вернулся через минуту со стопкой книг в руках и свалил их все на стол.

– Про кулинарию!
– зашептал он.
– Огромаг читал про кулинарию! Вы только посмотрите: "50 рецептов сладкого печенья", "От яйца до говна", "Справочник бомжа о вкусной и здоровой пище".

– Огромаг всегда любил пожрать, это просто по его жирной харе видно, - заметил Гарик.

– Но это архинелепо, - сказал Роня.
– Если любишь жрать - закажи жратву своей кухарке, нахера книжки то читать? Видели бы вы ожоги, которые остались у Карлоса, когда он зашел на кухню к диким румынским цыганам!

– Но ведь у Огромага нет кухни?
– с надеждой спросил Гарик.

– Конечно же, есть, - ответил Роня.
– Он оттуда нам воблу приносил, помнишь?

– Что же такое задумал Огромаг?

Подойдя к хижине конспиролуха час спустя, ребята с удивлением обнаружили, что окна плотно занавешены. Огромаг крикнул: "Кто там?", прежде чем впустить их внутрь, а потом сразу же тщательно закрыл дверь.

Внутри было жарко как в бане. Несмотря на теплую погоду, в очаге полыхал огонь. Огромаг заварил веник и предложил сделать бутерброды с тухлой козлятиной, но дети отказались.

– Ну, чего приперлись-то?

– Не было смысла ходить вокруг да около. И Гарик ответил:

– Ты, сука, можешь нам сказать, кто или что кроме Пушка охраняет оружие пролетариата?

Огромаг нахмурился.

– Ясен красен, не могу, - отрезал он.
– Во-первых, сам нихуя не знаю. Во-вторых, вы и так уж шибко интеллегенты сраные, так что, и мог бы, не сказал бы нихуя. Раз оружие тут, значит, так надо. Вот взорвет Ильич эту поганую школу - будете знать. Дефективы бля, и про Пушка выведывали, и про все остальное!

– Ой, Огромаг, не пизди! Просто так ты, может, и не хочешь говорить, но уж с паяльником в жопе запоешь. Ведь правда? Давай лучше не будем доводить до таких крайностей.
– Ласковым голосом произнесла Галина. Борода Огромага дернулась, и стало понятно, что он заулыбался.
– Нам очень интересно, кто обеспечивает охрану, - продолжала Галина.
– Нам интересно, кому партия доверяет настолько, чтобы попросить о маленьком одолжении, ну, кроме тебя, конечно.

При этих последних словах Огромаг выпятил грудь. Гарик и Роня с восхищением и благодарностью посмотрели на Галину.

– Ну... Это, наверно, не страшно, ежели я вам скажу... Дайте-ка вспомнить... Он взял у меня Пушка... Потом кое-кто из преподов наложил заклятья... Проффесор Стебля - проффесор Шибзик - проффесор Макдональдс, - Огромаг как будто прибивал проффесоров к ладони, загибая пальцы, - проффесор Бельчатник - ну, и сам Ильич тоже кой-чего сделал, ясен хуй. Погодите-ка, кого-то запамятовал... Ах да, проффесор Сергей Полиэтиленович.

– Сергей Полиэтиленович?

– Конечно. Слушайте, так вы никак не угомонитесь? Поймите наконец дебилы, Сергей Полиэтиленович заслуженный член партии, для чего ж ему это оружие пиздить!

Гарик понял, наверняка и Роня, и Галина разделяют его мнение: раз Сергей Полиэтиленович сам принимал участие в обеспечении защиты оружия, то ему ничего не стоит выяснить, какими заклятиями защитили ужасное оружие остальные преподы. Возможно, он уже все знает - кроме, кажется, заклятия Бельчатника и способа обойти Пушка.

– А ты единственный, кто знает, как пройти мимо Пушка, Огромаг?
– тревожно спросил Гарик.
– И ты никому не скажешь, да? Даже кому-нибудь из преподов?

– Нихуя, ни одной живой или псевдоживой или мертвой душе! Знаем только я, Ильич и пара матросов.

– Что ж, это уже нихуево, - тихо сказал Гарик своим друзьям.
– Огромаг, а можно нахуй открыть окно? А то у меня яйца вспотели.

– Нельзя, Гарик, хуй тебе, мучайся, сука, - отказал Огромаг. Он бросил взгляд в очаг. Гарик тоже посмотрел туда.

– Огромаг! Что за нах?

Но он уже и так догадался, что это такое. В самом центре очага, на сковородке, лежало громадное черное яйцо.

Ах, это!
– протянул Огромаг, беспокойно теребя бороду, - Это... э-э-э...

– Ну и мудила ты, Огромаг!
– Роня присел на корточки у огня, чтобы получше рассмотреть яйцо.
– Кто же блядь так омлет готовит! И откуда ты его взял?

– Купил, - сказал Огромаг.
– В азбуке вкуса. Пошел в кабак пропустить пару сотен рюмочек, ну, и нажрался. A ребята и говорят - чтоб с утра хуево не было - купи яйцо страуса и сожри.

– Что, прямо так, сырьем?
– с ужасом спросила Галина.

– Ну, я тут это... в инете порылся, - Огромаг вытянул из-под подушки пачку распечаток. "О вкусной и здоровой пище наркомана" - охуенный сайт, факт, там все просто, суешь яйцо в огонь - потом тупо ждешь, ясно?
– и что, когда потрескается, как раз жрать можно. И вот еще - как определять свежесть по яйцу - у меня походу изрядно насиженное уже. Наебали, пидары.

Он был страшно доволен собой, но Галина не разделяла его радости.

– Огромаг, оно ведь подгорит нахуй, будешь угольками хрустеть - напомнила она.

Поделиться с друзьями: